Атомные боги. Фанфик по MVF

- Проснись! Проснись. Почему ты дрожишь? Ты в порядке?
В трюме армейского транспортного судна было темно и сыро. Если бы не тусклый переносной фонарик под потолком, здесь вообще невозможно было бы что-то разглядеть. На полу валялся подросток, тощий, как соломинка, с непропорционально большой головой. Это был не то бретон, не то имперец в грязных белых штенах и белой рубашке. На его голове был ежик светлых волос, которые когда-то, очевидно, были яркого желтого цвета, теперь же стали сальными и потемневшими от пыли. Над ним склонился высокий широкоплечий данмер, обнаженный торс которого был богато украшен рельефом крепких тренированных мускул.
Мальчик перестал дрожать и открыл глаза. В трюме было довольно прохладно, но он заметил, что его ступни и ладони покрывает пот. Перед глазами все еще мелькали картины из какого-то странного сна. Было в нем что-то тревожное и значимое, что заставило его попотеть, хотя сюжет был относительно спокойным, если не скучным.
Подросток принял положение «сидя» и начал протирать глаза.
- Ну, ты и соня. Как тебя зовут?
Он отнял руки от лица и злобно посмотрел на данмера.
- Ты какого черта меня разбудил?!
- Я думал, ты заболел. Спишь уже больше суток, дрожишь во сне, бормочешь. Тебя даже вчерашний шторм не разбудил. Ты в порядке?
- Я?! Я в порядке, за исключением того, что ты мне сон досмотреть не дал! – мальчик огляделся, отполз назад и прислонился спиной к какому-то ящику.
- Ну, извини, - примирительно сказал данмер, усаживаясь на бочку, - Только тебя бы все равно сейчас разбудили. Кажется, мы уже приплыли в Морровинд. Нас выпустят, это точно!
Мальчик бросил на него еще один обиженный взгляд исподлобья и начал вспоминать, что ему снилось.
- Меня зовут Джиуб, я вор из Альд’руна. Украл один хороший артефакт из поместья Дрена под Вивеком, а поймали меня в Скайриме, и там же я отмотал десять лет. Теперь думаю, пришла пора успокоиться и начать нормальную жизнь. Осяду где-нибудь на Аскадианских островах или на Горьком Берегу, построю ферму, женюсь… хотя, говорят, на Горьком Берегу сейчас опасно. Говорят, там начали появляться люди в глухих тяжелых черных доспехах, с большими пушками. Может, это только слухи, но я уточню.
Подросток, наконец, примерно вспомнил, что ему снилось. Во сне он видел какую-то древнюю старуху. Она что-то говорила про какой-то ГЭКК. Да, она сказала: «Ты должен найти ГЭКК, иначе Империя погибнет» Он ответил, что не собирается ничего искать, и плевать он хотел на Империю, но она все говорила про то, что над миром нависла смертельная опасность, про то, что только в его силах остановить зло и что многим людям придется поплатиться жизнью за его бездействие… и ему стало страшно. Он ответил, что не будет искать ГЭКК, пусть она сама его ищет, или пусть найдет кого-нибудь другого. Она сказала: «Не тебе выбирать свою судьбу, сама судьба уже выбрала тебя. И если ты откажешься действовать, то умрешь одним из первых» «Но почему я? Причем здесь я?» - «Потому что ты избранный…» - был ему ответ.
- Эй, парень, а тебя-то как звать? Ты откуда?
- Я Мирон из Хай Рока, - мальчик уже почти успокоился и решил поддержать разговор, - Алхимик. Делал лунный сахар для семьи Мордино из Нью-Рено, - парень с гордостью вспоминал былые времена, и на его бледном нездоровом лице появилась улыбка, - У меня была своя лаборатория в конюшнях, к северу от города, с компьютерами и оборудованием. Мне давали все: наркоту, шлюх, рабов для опытов, химикаты, у меня были самые классные специалисты… - тут его лицо снова омрачилось, - Но потом пришел какой-то придурок и замочил всех Мордино. Охрана сразу разбрелась, доктора тоже куда-то смылись, забрав с собой все самое ценное, и я остался один. Тогда я осмотрел все, что там еще оставалось, решил, что для производства лунного сахара снаряжения хватит, и решил открыть свое дело. Химикаты я знал, где достать: ими торговал Мецгер из Дэна, у него же можно было покупать рабов, если бы получилось раскрутиться. Но потом пришли эти тупые стражники и забрали меня в тюрьму.
Вопреки ожиданиям Мирона, Джиуб смотрел на него без особого восхищения.
- Делать лунный сахар плохо, - задумчиво сказал он, - И гордиться тут нечем.
- Делать! Да я его изобрел! – мальчик гордо посмотрел на данмера, - Лунный сахар – это моя разработка, понял? Вся империя сейчас жрет изобретение великого Мирона! Но это только начало! – он вскочил и начал прохаживаться по отсеку взад-вперед, - Я говорил этим тупым Мордино, что могу создавать новые наркотики, более мощные, но они не хотели меня слушать и заставляли совершенствовать лунный сахар! Я угробил на это слишком много времени! Но теперь я займусь по-настоящему перспективными проектами! Я сделаю такую наркоту, что от нее все будут тащиться! Лунный сахар увеличивает реакцию и скорость максимум в полтора раза, а я сделаю наркотик, который будет ускорять в два-три раза! Баффоут увеличивает силу на десять процентов, а я сделаю стероид, который будет увеличивать силу на семьдесят-восемьдесят процентов, и я уже знаю, как этого достичь! А если у меня не получится, то человек, умеющий делать лунный сахар из браминского говна без куска хлеба не останется!
Джиуб больше не смотрел на Мирона. Он скрестил руки на груди и с грустным лицом размышлял о чем-то, уперев свой взгляд в противоположную стенку.
Еще минут пять они сидели молча. С нижней палубы по лестнице спустился стражник. Он неторопливо подошел к заключенным и сказал:
- Алхимик Мирон из Хай Рока, поднимайтесь наверх и отправляйтесь в здание имперской канцелярии. Стражник на палубе укажет вам дорогу. Помните, что вы все еще под стражей, и постарайтесь не наделать глупостей.
Мирон решил последовать указаниям и направился к лестнице. Наверху его ждало ясное летнее утро. Над землей стоял легкий туман, металлические части корабля покрылись росой, а со стороны берега то и дело раздавались унылые голоса местных зверей. Земля была покрыта ковром из низкой бледно-зеленой травы, и кое-где росли диковинные деревья. Насколько понимал Мирон, город, в который его доставили, назывался Сейда Нин. Стены зданий здесь были составлены из неотесанных булыжников, которым никто не потрудился придать вид параллелепипедов, и деревянных балок, крыши были выпуклые, соломенные.
Мальчик открыл деревянную дверь и вошел в душное помещение без окон, щедро освещаемое свечами на деревянных люстрах. В углу был сложен потушенный камин, а на стене, противоположной двери, красовалось три гобелена, изображавших вора, мага и бойца в стиле астрологических энациклопедий. За низким столом сидел пожилой клерк в коричневой рясе и заполнял какие-то бумаги.
- Вы алхимик Мирон из Хай Рока? – спросил он, подняв глаза на юношу.
- Да.
Старик протянул ему свернутый пергамент и велел показать его Селлусу Гравиусу, рыцарю Имперского Легиона в соседнем здании. Мирон кивнул и вышел в коридор. Документ, выданный клерком, оказался справкой об освобождении и ничего интересного в себе не содержал. Вот что там было написано:

«Справка об освобождении из-под стражи, эдиктом императора Уриэля Сэптима VII, округ Вварденфелл провинции Морровинд.

Пол: мужской.
Имя: Мирон.
Фамилия: не установлена.
Раса: бретон.
Специальности: алхимик, нарколог, специалист по ЭЭДМ.
Дата рождения: 20-е месяца Середины Года, год 409 Третьей Эпохи.
Созвездие: Конь.

Подпись: Сокуциус Эргалла, агент имперской канцелярии в Сейда Нин, 16-е месяца урожая, год 427 Третьей Эпохи»

Алхимик бегло просмотрел краткую информацию, указанную на пергаменте, и снова свернул документ в трубочку.
В соседней комнате стоял стол с едой, уставленный кувшинами, подсвечниками и столовыми приборами. Бретон взял с тарелки кусок крабового мяса, сунул его себе в рот и пошел дальше.
Селлус Гравиус оказался среднего возраста имперцем, облаченном в пеструю броню. Ознакомившись с документами, он спрятал их в ящик стола и оттуда же достал какой-то пакет.
- Случай с вашим освобождением абсолютно уникален, - рыцарь говорил, не скрывая неприязни к собеседнику. Кажется, он тоже не любил лунный сахар, - Редко бывает, чтобы сам император специальным указом освобождал заключенных, да еще и осужденных на двадцать лет строгого режима. Тем не менее, вы были освобождены, не отсидев и месяца. Незадолго до вашего прибытия мы получили этот пакет и список инструкций. Возьмите его и отправляйтесь в Балмору. Поездка на силт страйдере обойдется для вас в пятьдесят монет в одну сторону. Если вы не боитесь мелких хищников, можете пойти пешком, так будет дешевле. К вечеру вы доберетесь до таверны «Полпути» в НКР. Вечером следующего дня дойдете до Балморы. В Балморе вам надо будет разыскать человека по имени Кай Косадес и передать ему запечатанный конверт. В дальнейшем вы должны выполнять его приказы. Где найти этого человека, мне неизвестно. Спросите об этом в трактире Южная Стена, там должны знать. Это все, что я хотел вам сообщить. Все предметы, уложенные в пакет, кроме запечатанного конверта, ваши. Выйдя за дверь, вы станете свободным человеком, но помните, что свободой вы обязаны императору, поэтому вашим долгом будет верно ему служить.
Мирон понимающе кивнул, взял пакет и поспешно вышел на улицу. Там он осмотрелся и увидел неподалеку трактир с деревянной лестницей перед дверью. Подойдя к нему, бретон уселся на ступеньку и принялся изучать содержимое пакета.
Первым предметом, извлеченным из свертка, был туго набитый монетами кожаный кошелек, который тут же был привязан к поясу. Вторым был запечатанный конверт с надписью «Не вскрывать!». Глаза юного алхимика загорелись любопытством, и конверт был немедленно вскрыт. К великому разочарованию героя, послание было зашифровано. Мирон смял его в комочек и бросил куда-то в сторону. Следующим приобретением был затертый двемерский пип-бой с чистым (не считая простенькой волт-теховской операционки) винтом на 20 Гб. Бретон неплохо разбирался в подобной технике и быстро определил, что миниатюрное устройство с ЭЛТ-экраном, двумя колонками, голодисковым приводом и четырьмя кнопками для управления позволяет работать с текстовыми, графическими, звуковыми и видео файлами 15 различных разрешений.
- Ты один из тех, кто выбрался из лодки? – спросил молодой босмер с глуповатым лицом, - Странно, что лодка пришла в это время дня. Надеюсь, имперцы хорошо с тобой обращались. Клянусь, они украли мое кольцо!
- Пошел к черту, имбецил хр*нов! – взвился на него Мирон. Эльф обозвал его грубияном и, пообещав обязательно сказать своему приятелю Арриллу, чтобы он организовуал для алхимика специальную наценку, побрел прочь.
Последним из пакета показалось письмо с у'казаниями для самого Мирона.

«Мирон.
Вы получили эти указания и пакет документов. Никому его не показывайте. Не пытайтесь прочитать документы. Конверт запечатан, и ваши попытки вскрыть его будут обнаружены и наказаны.
Следуйте этим указаниям.
Отправляйтесь в город Балмора в районе Вварденфелл. Свяжитесь с человеком по имени Кай Косадес. Вы должны выполнить все его приказы. Мы не знаем, где он живет, поэтому вы должны узнать об этом сами в трактире «Южная Стена». Там знают, где найти Кая Косадеса. Когда вы с ним встретитесь, передайте ему пакет с документами и ждите дальнейших распоряжений.
Помните, вы обязаны императору своей жизнью и свободой. Будете верно ему служить – вас наградят. Обманете его – вас постигнет судьба всех предателей.
Мне выпала честь подготовить это по указу Его Верховного Величества Императора Уриэля Сэптима,
Глабрио Балльенус,
Личный Секретарь Императора»

Немного подумав над тем, как в империи принято поступать с предателями, Мирон встал со ступенек, нашел в треве смятое зашифрованное письмо, аккуратно его расправил, сложил и, засунув в подобранный с земли конверт, спрятал себе за пояс. Коробочка пип-боя, также как и кошелек, разместилась на поясе с правой стороны, только с задней части туловища. Коробочка эта, вообще говоря, была немаленькая и здорово оттопыривала рубашку.
Бретон снова сел на ступеньку и задумался, как ему быть и что делать. Больше всего ему хотелось наняться к какому-нибудь алхимику или к какой-нибудь банде – неважно, к кому, лишь бы была лаборатория и материалы – и продолжить разработки. Но по всему выходило, что человек он теперь подневольный, и хочешь не хочешь, а придется идти на поклон к этому Каю Косадесу. Нельзя было допустить, чтобы у такой солидной организации как Империя Тамриэль накопились к нему какие-то претензии…
«Но для чего я им понадобился? Не буду же я с топором и в доспехах пещеры контрабандистов вырезать, как последний тупой мордоворот вроде этих стражников! Наверняка меня посадят делать какие-нибудь глупые зелья лечения, или восстановления силы, или еще какую-нибудь чушь»
С оружием в руках Мирона действительно было трудно представить. С виду казалось, что он не удержит и ржавую железную заточку. С магией герой тоже не слишком дружил. А вот алхимию знал на все сто.
«Ну, ладно, пойду работать к этому Каю Косадесу. Может, еще и удастся убедить его в том, что боевые наркотики нужны империи. Если не лунный сахар, и не баффоут, и не ментат, то психо-то уж точно его заинтересует»
Судя по тяжести кошелька, в нем было монет восемьдесят-девяносто, может, сто. На силт страйдера должно было хватить. Но алхимику было жалко расставаться с деньгами, поэтому он купил в трактире батон черствого хлеба с бутылкой воды, заставил себя его проглотить, хотя есть ему не хотелось, и пошел пешком.
0
Майрон))
Одно замечание:Если откуда-то скопипизжено...то зачехляй.
А так хоть какое-то разнообразие.
0
Ну он взял и объединил Фол и ТЕС, что конечно хорошо, но попахивает бредом...
Что то подобное тут было, про то как ГГ из Готики к Нереварину ездил :))
0
Я про то что если он копирует то лучше ненадо.То что это фолл я понял,не раз проходили)Ну хоть что-то будет смешное прочитать.Псевдо антилайф будет)
Я про то что если он копирует то лучше ненадо

Ну, у меня там несколько реплик и оба письма скопированы из морры, ты про это? Если да, то что в этом плохого?
0
Нет.Я про сам ээ...фанфик.Копировать морру-фол не есть плохо.Плохо есть копировать рассказы с других сайтов)
гугле ничего не нашёл, автор чист перед законом xD
занёс ссылку в утонувший топик про творчество, заодно апнул его.
0
гест?)

а рассказ действительно хм..бредовый Х)))
«В соответствии с Вашими распоряжениями, мною были организованы мероприятия по сбору сведений о деятельности Трибунала, явной и скрытой. Наблюдения будут продолжаться, но сегодня я уже готов дать предварительный отчет. На данный момент, к нашему удовольствию, никаких признаков скрытой деятельности обнаружено не было. Что касается явной, то действует Храм, как и прежде, в интересах религиозных, а не политических. В частности, ординаторами недавно были возвращены некоторые утраченные реликвии Храма, потерянные в боях с корпрусными тварями и прочими врагами человечества. Также мне стало известно о расправе над некромантом Андарисом в пещере Мавия и о ликвидации культа Шигората в канализации округа св. Делина, в Вивеке. Неделю назад отряд из пяти ординаторов проник в пещеру Хассур и провел там боевую операцию, в ходе которой погибло несколько последователей культа Шестого Дома во главе с Даготом Фавоном. В целом, Храм ведет себя как организация религиозная, действуя в интересах веры, и своими делами никак не уменьшает влияния Империи в регионе, а наоборот, всячески облегчает нам жизнь. Трибунал по-прежнему старается держаться подальше от политики, вследствие чего его власть постепенно слабеет, уступая напору Великих Домов, продолжающих расширять свои границы за счет присоединения храмовых областей. Что удивительно, в этом деле в стороне не остался даже традиционно преданный Храму дом Редоран. В связи с этим я заявляю, что усиление политической активности Трибунала на острове Вварденфелл сильно преувеличено и призвано отвлечь нас от других проблем, более осязаемых и серьезных. В частности, в прошлом своем донесении я просил Вас рассмотреть сведения об очередном расширении влияния Великих Домов Данмер, амбиции которых видны невооруженным глазом и без помощи шпионской сети. Примером тому служат возведение новой крепости Хлаалу, нового поместья Редоран и вступление в дом Тельванни господина Демневанни из Гнисиса. Новый советник Хлаалу, Риман Мантильонас, является прекрасным дипломатом и крупным землевладельцем. Кроме этого, у него есть своя транспортная компания. На данный момент все перевозки на силт страйдерах – это его бизнес. Яичная шахта Шурдан-Рапай к юго-западу от его крепости и яичная шахта Шалка к северо-востоку также являются собственностью этого оборотистого босмера. Обе они сейчас растут и процветают. Обращу Ваше внимание, что среди многочисленной охраны крепости Мантильонас (0,05 бойца на квадратный метр при общей численности в 80 бойцов) на плато Одай нет ни одного воина, выделенного имперским легионом. Это совершенно непонятно на фоне резкого увеличения активности патрулей Анклава на Горьком Берегу. По моим данным, наш новоиспеченный советник руководит гильдией воров Вварденфелла и печально известной бандитской группировкой Каммона Тонг. Барон Вавлотиан Хунчи, принятый в совет Редоран в прошлом месяце, с недавних пор возглавляет Мораг Тонг и гильдию бойцов Вварденфелла. Ему нет равных среди мечников. В пещере Одибаал рядом с Бал Исрой по его инициативе была основана колония квама. Дорога между Альд’руном и Маар Ганом начала регулярно патрулироваться, и это было бы прекрасно, если бы не поразительное пренебрежение солдатами имперских легионов. Притом, что все стражники Редоран, патрулирующие дорогу на Гнисис, являются офицерами имперских органов правопорядка, воины, курсирующие между Альд’руном и Маар Ганом, никак не связаны с Легионом, и будут действовать в интересах дома Редоран, что бы этот дом не затеял. Что же касается Баладаса Демневанни, то это очень сильный волшебник, живущий на этом свете уже несколько веков. Используя накопленные им знания о двемерских анимункулях, Тельванни хотят создать 20 боевых роботов и укомплектовать ими гарнизон новой башни на кладбище Увирит (север Молаг Амура). В целом, хочется отметить, что среди Домов намечается тенденция перехода на собственные войска. Кроме всего прочего, усиливаются позиции недавно заявившего о себе Анклава. Их солдаты патрулируют Горький Берег, а деревни Хла Оуд и Гнаар Мок, расположенные в тех местах, пустуют, и неизвестно, куда подевались их жители. Это притом, что Хла Оуд находится буквально в двух шагах от плато Одай. Меня удивляет, что я до сих пор не получил от Вас приказа принять адекватные меры.
Искренне Ваш, агент В-1, 17 месяца Урожая, 14:00»
Кай отложил перо и откинулся на спинку старого деревянного стула. Домик главного имперского шпиона округа Вварденфелл стоял на окраине Балморы и ничем особо не выделялся. Из предметов мебели здесь присутствовали кровать, полка, скамейка, сундук, два низеньких деревянных столика и два стула. На полке лежал набор щупов и отмычек, рядом с которыми стояла погашенная свечка и маленький сундучок. На столе перед Каем лежали два куска пергамента, на один из которых он только что нанес очередной отчет, перо и чернильница. Грязная тарелка с ножом и деревянной вилкой была отодвинута в сторону. Посередине горели три толстые свечки. В углу находилась старая деревянная дверь с надписью «санузел». Вторая дверь, по-видимому, вела на улицу.
Обитатель помещения полностью соответствовал обстановке: это был лысоватый имперец лет сорока, в затертых штанах (рубашка лежала в противоположном углу комнаты, на сундуке) и с короткой щетиной на лице. Он широко зевнул и потянулся. Канаты стальных мускул на торсе и руках готовы были завибрировать от напряжения. Мастер-шпион был сложен, как настоящий атлет.
Немного передохнув, он пододвинул к себе второй листок и начал переписывать отчет, используя стандартный шифр на текущий квартал. Закончить ему не дали.
Со стороны двери раздался стук. Кай немедленно спрятал оба листа с письменными принадлежностями в тайник и пошел открывать.
На пороге показалась стройная редгардша, на голове которой красовалось нагромождение непослушных черных локонов, заплетенных в косички. Кай закрыл за ней дверь и сердито спросил:
- Элон! Почему ты не на посту? Ты же должна быть в Сейда Нин!
Элон невозмутимо прошла мимо него и села на кровать.
- Зачем? Я там все свои дела закончила.
- То есть, ты его нашла? – оживился Кай, подходя к столу. Он поднял с пола опрокинутый стул, поставил его перед редгардшей и сел.
- Да, - она извлекла из складок своего платья две бумаги и протянула их шпиону, - Приехал на транспортном судне из Скайрима и пешком пошел в сторону Пелагиада. С ним было письмо с инструкцией найти тебя в Балморе и вот это послание, только зашифрованное. В лодке ехал с каким-то данмером. Они оба бывшие заключенные. У данмера ничего не было, и перед тем как его допросить, мы расшифровали послание. Когда узнали, что там написано, вообще его отпустили.
- Шифр текущий? – Кай отложил письмо с [антимат] указаниями и уставился в послание, любезно расшифрованное Элон.
- Да.
Прочитав текст, шпион сложил его вчетверо и сунул себе в карман. Письмо он поднес к свечке и сжег.
- Значит, император хотел отправить его ко мне? – сказал он с печальной улыбкой, - Надо же, как интересно. А где он сейчас?
- Здесь, в канализации, под домом Девятипалого.
- Я хочу посмотреть.
- Пошли, – Элон пожала плечами и поднялась.
Кай открыл дверь в санузел и скрылся в проеме. Секунд через пять он вынес оттуда высокую бочку с водой и поставил ее подпирать входную дверь. В санузле напротив унитаза лежал пыльный квадратный коврик, под которым обнаружился деревянный люк. Шпион откинул крышку и начал спускаться по ржавой железной лестнице в колодец с земляными стенами.
В канализации стояла кромешная тьма. Кай нащупал на стене факел, прошептал короткое заклинание, и в оранжевом свете пламени глазам шпиона явились заросшие мхом каменные стены коридора и потолок, мокрый грязный пол и поток нечистот, медленно ползущий по желобу. Дом был самым крайним на улице, поэтому в двух шагах от лестницы желоб обрывался. Над этим местом находилось зарешеченное отверстие, через которое снаружи заливали воду для смыва.
Редгардша спустилась вслед за Каем, морщась от неприятного запаха. Она сняла факел со стены и торопливо пошла впереди. Мастер-шпион двинулся следом. Не прошло и трех минут, как справа показался боковой проход. Они перепрыгнули через желоб и повернули туда. Через пятьдесят метров проход упирался в еще один коридор, проходящий под параллельной улицей. Элон опять свернула направо, прошла еще несколько метров и остановилась перед железной дверью с большим тяжелым замком. Затем она перехватила факел, достала откуда-то связку ключей и открыла дверь. В маленьком помещении с прогнившими деревянными сводами сидел уже знакомый читателю Мирон. Он был привязан к стулу кожаными ремнями, на глазах его была широкая матерчатая повязка, а рот затыкал угловатый деревянный брусок. Качество шлифовки было такого уровня, чтобы весь рот у пленника оказался в занозах.
- Только не говори мне, что это наш, - прошептал Кай, закрывая за собой дверь.
- Это он.
Шпион подошел поближе к пленнику, наклонился, вынул кляп и четко спросил:
- Ты сколько отсидел, малек?
- Двадцать пять дней – тихо сказал Мирон.
- Что – петух? – еще резче произнес Кай.
- Иди к черту.
Шпион снова выпрямился и с размаху двинул Мирону кулаком по лицу. Бретон упал на землю вместе со стулом и потерял сознание.
- Он хоть что-нибудь умеет, кроме как огрызаться?
- Когда мы пошли его ловить, он отбивался от крысы по дороге к Пелагиаду, - начала Элон, - Он даже не догадался взять в Сейда Нин оружие. Бегал от нее, как ошпаренный, камнями кидался, но ее это только злило. Выдохся совсем. Если б мы не пришли… - она покачала головой, - Но самомнение у него грандиозное. Очень злой и раздражительный. Алхимию знает. Говорит, что лунный сахар изобрел. В электронике разбирается. Ну и все.
Кай немного постоял в задумчивости и сказал:
- Если это действительно тот, кто нам нужен, значит, судьба приготовила нам грандиозный облом. Отдай его нашим комарикам на воспитание. Пусть научат хотя бы винтовку в руках держать. А мне надо поговорить с одним человеком.
- Как скажете.
Шпион молча покинул помещение и пошел домой дописывать отчет.
Мирон очнулся в каком-то темном помещении, лежа на твердом каменном полу. Правда, насчет того, что пол каменный, уверенности не было. Наш будущий герой совсем не разбирался в строительных материалах, но камней в своей жизни повидал предостаточно. Камень был твердым, прочным, гладким, а пол – шершавым и хрупким. Бретон поковырял его ногтем, отделив от поверхности несколько песчинок, и встал на четвереньки. Не будь он чужеземцем, пол немедленно был бы распознан как часть либо какой-то храмовой постройки, либо велотской башни, либо гробницы, либо постройки Хлаалу.
Мирон поднялся на ноги и принялся на ощупь исследовать окрестности. Помещение оказалось квадратным, пять на пять метров. В углу стояли большой каменный ящик и фарфоровая урна. В стене напротив была запертая деревянная дверь. В урне лежал какой-то непонятный песок, на ощупь напоминающий муку. Бретон достал оттуда щепотку и попробовал втереть ее в десну. Эффект ему очень понравился. Он зачерпнул пригоршню посерьезнее и втянул ее носом. После этого он с минуту чихал и кашлял, проклиная всех на свете.
В тюрьме его три недели мучила ломка, после чего зависимость вроде бы прошла. Но такой торчок, как наш Мирон, всегда готов снова подсесть на какую-нибудь гадость, имея за душой слишком много приятных воспоминаний.
Порошок он идентифицировал как перемолотые данмерские кости, пролежавшие несколько веков в неосвещенном помещении. По крайней мере, эффекты были узнаваемы, а подозрительно похожий на саркофаг ящик в углу указывал на то, что пленник находится в какой-то гробнице.
Бретон уже почувствовал приход. Самое время было остановиться, но в его воспаленном мозгу уже созревал план побега. Он достал еще горстку порошка и положил ее на язык. Некоторое время он стоял, прислонившись к саркофагу, делая плавные пассы руками (которые, впрочем, не имели никакого отношения к магии, как можно было бы подумать) и резкие вдохи. При этом его отчаянно слезящиеся глаза были широко открыты, а выражение лица все время менялось, являя миру самые невозможные гримасы. К счастью, мир в кромешной тьме подземелья ни одной из них так и не увидел. Бросив в рот еще одну порцию порошка, Мирон подошел к двери и дрожащей рукой нащупал замок.
О том, что костяная мука дает способность к телекинезу, знали только специалисты, но не все из этих специалистов умели им пользоваться. В замках Мирон разбирался плохо, но пару раз ему приходилось их вскрывать с помощью зелий телекинеза, и он знал, что если несколько минут методом научного тыка прикладывать к разным местам внутри замка силы и моменты, то он теоретически может открыться. В этот раз на вскрытие ушло минуты две. Выйдя из комнаты и быстро обследовав окрестности, бретон понял, что находится в коридоре. Далеко справа был виден поворот, освещенный тусклым светом. Туда-то наш герой и отправился.
По дороге он иногда вздрагивал от неожиданных звуков, доносившихся с разных сторон. Трудно было определить, звучат ли они на самом деле. Пройдя коридор, Мирон увидел, что за поворотом находится деревянная дверь с маленьким окошком на уровне глаз. Из окошка и из всех щелей вокруг этой двери лился неровный желтый свет. Он подошел поближе и заглянул вовнутрь. Там было большое помещение сложной формы с саркофагами, урнами, черепами, насаженными на копья, и прочими атрибутами данмерских могил. По полу, колоннам, стенам и потолку ползали живые человеческие мозги. Мирон смотрел на них с сомнением и прикидывал, «может ли эта гадость так сильно вштырить». Следующей мыслью было: «А не настоящие ли они?» Совсем рядом, справа, за столом сидели две женщины: хаджит и редгард. Редгардшу Бретон узнал: она была в той сырой комнате с мужиком, который больно ударил его по голове. Он прислонил ухо к двери и прислушался.
- Аддхиранирр мало знает о всяких культах и сектах, - говорила хаджитка, - но в последнее время у некоторых контрабандистов появился новый заказчик. И это очень интересный заказчик. Люди, которые раньше были очень веселыми и разговорчивыми, в последнее время вдруг сделались серьезными, запуганными и совсем неразговорчивыми. Но Аддхиранирр все-таки выяснила, что этот заказчик называется Анклав и покупает в основном эбонит, стекло и детали двемерских машин. И за все это они платят септимами. Старый жулик Хефадмир где-то достает кучу эбонита-сырца, приходит на пристань чуть южнее Хла Оуда, грузит его на Гритвейк и отплывает на запад. Но куда именно он плывет, хаджит не знает. Может, вы сами это выясните?
Мирон оторвался от двери и встал на четвереньки. Его внимание привлек одинокий мозг, который непонятным образом забрел в коридор. Бретон положил на него руку и надавил. Мозг оказался скользким и приятным на ощупь. Жирные извилины под давлением выжимались в пространство между пальцев, и серые ткани мягко обволакивали кисть руки. Со стороны двери все еще слышался голос хаджитки.
- …Еще есть старый воришка Одрал Хельви. Аддхиранирр думает, что он работает напрямую с потребителем…
Бретон повернул голову на звук. Шейные позвонки завизжали, как тяжелая чугунная дверь на старых проржавевших петлях. Воздух вокруг потемнел и запульсировал. Перед Мироном возник старый имперец с разукрашенной физиономией.
- Избранный! – застонал старик, - Избранный! Ты слышишь меня? Ты нашел ГЭКК? Империя уже на пороге гибели! Поторопись! Поторопись!
Видение раскрыло рот и проглотило Мирона целиком. Навстречу герою понеслись бесконечные коридоры пищеводов и кишок. Потом все это вдруг исчезло, и воздух прояснился. Мозг тоже куда-то подевался. Бретон сел на пол и схватился за сердце – оно готово было выскочить из груди. Чудовищная одышка заставляла его часто и шумно дышать. Теперь он вспомнил, что костяная мука помимо всего прочего уменьшает запас сил и на какое-то время уродует внешность. Через несколько минут после приема на лице выступает красная сыпь.
Мирон понял, что здесь ему не выйти, и отправился назад по коридору, надеясь, что существует выход с другого конца. Но в другом конце была только стена.
Интенсивность света за поворотом неожиданно усилилась. Бретон понял, что кто-то открыл дверь и собирается войти в коридор с факелом. Ему совсем не хотелось, чтобы его застали вне своей камеры. И еще ему не хотелось, чтобы похитители узнали о том, что он может покинуть ее в любой момент. Поэтому Мирон быстро забежал к себе, скушал еще немного костяной муки и закрыл замок. Теперь он боялся только, как бы очередной приступ эйфории не выдал его с головой.
Раздался щелчок, и в дверь вошел аргонианин в сверкающих магическим светом рабских наручах и с винтовкой в руках. Мирон знал его. Он приносил пленнику еду и никогда с ним не разговаривал. С бретоном вообще мало кто разговаривал. Никто ему так и не объяснил, почему его похитили. Поначалу он уверял этого раба, что он всего лишь бедный алхимик, который никому не нужен. Потом начал ругаться во весь голос и плакать, в истерике метаясь по камере. Один раз даже попытался напасть на аргонианина, но безуспешно. Затем бретон пытался убедить раба, что он умеет делать лунный сахар и что убивать его не надо. Раб с ним так и не заговорил.
Увидев винтовку, пленник не на шутку перепугался. Раньше в руках у аргонианина была только миска с едой.
- Выходи, - сказал раб, освобождая проход.
- П-послушайте, сэра, вам не надо в меня стрелять! Я умею делать лунный сахар, баффоут, ментат, психо – что хотите! Я буду работать за еду, только не стреляйте! Скажите своему хозяину, что я алхимик! Пожалуйста!
- Я сказал, выходи! – гаркнул аргонианин.
Бретон послушно встал и с поднятыми руками пошел к двери, бормоча на ходу что-то про лунный сахар и другие алхимические препараты. Уголки его рта мелко дрожали, а на глазах выступили слезы.
Выйдя из камеры, он увидел, что весь коридор теперь освещен настенными факелами. Через двадцать метров по направлению к повороту стояла мишень. Слева от двери находилась открытая коробка с патронами. Раб протянул ему винтовку и сказал:
- Сейчас ты будешь учиться стрелять. У тебя есть ящик с патронами на двести выстрелов. Твоя задача десять раз подряд попасть в центр круга. Если за двести выстрелов не получится, я принесу еще. Пока не сделаешь десять попаданий, еды я тебе не дам. Действуй.
Мирон удивленно смотрел на ящера, тщетно пытаясь найти в его действиях хоть какой-то смысл. Какое-то время он размышлял, недоверчиво глядя на винтовку, потом понял, что убивать его, кажется, не собираются, и начал стрелять.
- Не пытайся меня пристрелить, урод, - добавил аргонианин, когда бретон израсходовал первую обойму, - Я всего лишь раб, а те, кто тебя здесь держит, не боятся пуль.
К концу следующего дня Мирон научился всаживать всю обойму в центр мишени с тридцати метров при стрельбе от плеча со среднеквадратическим отклонением 30 мм. Аргонианин похвалил его за быстрое усвоение навыков и отвел в большую комнату, в которой недавно хаджитка по имени Аддхиранирр разговаривала с редгардшей. Раб вывел его на середину комнаты и ушел куда-то. Некоторое время Мирон стоял посреди зала и чувствовал себя очень неуютно. Вскоре в одном из многочисленных углов открылась деревянная дверь, и в помещение вошел гуманоид неизвестного вида. Он был весь коричневый, жилистый, с многочисленными кровавыми подтеками, с длинными остроконечными ушами, в грязных затертых штанах и майке. На бровях красовался пирсинг. Похоже было, что тонкие сухие губы монстра никогда не закрывались из-за выпирающих вперед желтоватых зубов. К счастью, вперед выпирали не все зубы, а только два ряда резцов, ограниченных четырьмя длинными клыками. Ростом существо было немного меньше двух метров.
Оно подошло к Мирону и без предисловий впилось ему своими клыками прямо в шею. Пленник решительно не понимал, что происходит. Через пару секунд монстр вытащил зубы и отошел на шаг. Весь его рот был измазан в крови. Он высунул тонкий коричневый язык и слизал кровь с зубов, затем сходил к столу, взяв оттуда какую-то тряпку, и туго обмотал Мирону шею.
«Черт, куда я попал? – думал бретон, глядя на монстра, - За все это время они не совершили надо мной ни одного действия, за которым бы угадывался хоть какой-то смысл!»
- Мальчик, ты уже понял, кто я такой? – сказало существо высоким хриплым голосом.
Мирон подумал немного и сказал, что не понял.
Монстр грустно вздохнул.
- Слабый, неуклюжий, трусливый, да еще и дурак. Неужели тебе ничего не напоминает то, что я сейчас сделал? Какие-нибудь легенды, истории, а?
- П-простите, сэра, я, вообще-то, историей не увлекаюсь… - извиняющимся голосом ответил бретон, - Я как-то больше по естественным наукам. Химия, биология, электроника там, электротехника. Я умею делать лунный сахар!
- Да слышал уже, - отмахнулось существо, - И что – ты никогда не слышал о вампирах, ты это хочешь сказать?
- О ком, простите?
Его глаза расширились от удивления.
- Да ты интересный экземпляр! Вампиры – это, дружок, такие существа, которые пьют кровь у всего что движется – у людей, у эльфов, у зверорас, у животных, у мутантов, - и за счет этого живут. Теоретически, они могут прожить целую вечность, если их кто-нибудь не убьет или если у них не закончится кровь. А если они укусят какое-нибудь разумное существо, и оно при этом не умрет от потери крови, то оно тоже станет вампиром. Это неизбежно. Понимаешь теперь, что я сделал?
- Вы превратили меня в вампира! – догадался Мирон и обрадовался, что он теперь теоретически будет жить вечно.
- Догадливый. Ты теперь один из нас. Но не обольщайся насчет бессмертия. Оно теоретическое. Чтобы тебя не убили, ты должен жить по определенным правилам. Поскольку именно я сделал тебя вампиром, мне за тебя и отвечать. Я твой сир. Меня зовут Гарри. Слушайся меня во всем и делай, что я говорю. Это правило номер один. Тебе ясно?
- Ясно – поспешил согласиться Мирон, - А… можно вопрос?
- Спрашивай.
- Я теперь изменюсь, да? Ну, внешне?
- Боишься потерять привлекательность?
- Нет, просто…
- Ты, наверное, сейчас смотришь на меня и думаешь: «Неужели я стану таким же уродом, как этот коричневый засранец?», так ведь?
- Нет, я не это имел ввиду!
- Я тебе отвечу. Да, ты скоро сильно изменишься. Но не огорчайся из-за этого. Ты и сейчас не красавчик.
- Понял.
- Хорошо. Вампиров в Тамриэле много, и все они хотят жить. Память о временах инквизиции еще свежа, и чтобы такого не повторилось, были провозглашены законы выживания среди людей. Они называются «шесть традиций Каина». Традиция первая – это Маскарад. Ты не будешь раскрывать твою природу тем, кто не твоей крови. Если ты сделаешь это, ты будешь лишен прав твоей крови. Даже если ты смертельно голоден - никогда не пей кровь в публичных местах. Не раскрывай свои способности на людях. Владей эмоциями – не дай жажде превратить тебя в зверя. Оставайся человечен – потеря облика грозит потерей контроля. Следи за другими: если кто-то нарушил Маскарад – убей его. Маскарад - это вынужденный закон выживания. Это свод жесточайших правил. Это вечная двойная игра. Это страх, это круговая порука. Вот что такое Маскарад. Вторая традиция – Территория. Твоя территория принадлежит только тебе. Все остальные должны выказывать уважение к тебе, находясь в ее пределах. Твое слово - закон, пока ты на своей территории. Территорию тебе может пожаловать только городской епископ. Традиция третья – Потомство. Ты можешь стать сиром другого только с разрешения твоего Сира. Если ты создашь другого без разрешения сира, ты и твой потомок будете уничтожены. Четвертая традиция – ответственность. Ты создаешь свое собственное дитя. Пока твое потомство не станет самостоятельным, ты будешь управлять им во всем. Его проступки - это твоя ответственность. Пятая традиция – гостеприимство. Уважай чужую территорию. Попав в чужой город, ты должен представиться тому, кто правит в нем. Если ты не будешь принят, ты - ничто. Шестая традиция – уничтожение. Ты не должен уничтожать других твоего вида. Право на уничтожение принадлежит только старейшинам. Только старейшины могут призвать к Кровавой Охоте. Кровавая Охота – это когда каждый вампир в Тамриэле охотится на тебя. Однажды начатая Охота не может быть прекращена даже принцем вампиров. Если на тебя объявили Охоту – ты обречен. Вопросы есть?
- Да. Ты говорил: «если кто-то нарушил Маскарад – убей его». Потом ты сказал, что я не должен уничтожать других своего вида.
Вампир поморщился и начал объяснять:
- А, это старые правила, их надо было в свое время как следует проработать или изменить потом. Но консервативное руководство не хочет этого делать, и не нам их судить. Если ты увидишь, что кто-то нарушил Маскарад, ты можешь его убить, потому что он лишен прав своей крови. Тамриэль большой, а старейшин всего десять. Если кто-то нарушил шесть традиций, городской епископ позаботится о том, чтобы нарушитель умер, потом отошлет районному кардиналу рекомендацию к уничтожению, тот, особо не разбираясь, отошлет ее к старейшинам, а старейшины, особо не разбираясь, объявят Кровавую Охоту. Слушай дальше. Организация, в которой состоят все вампиры, называется Великий Дом Камарилья. Епископ, кардинал, старейшина, принц – это все должности в Камарилье. Все, кто не числится в Камарилье, относятся к группировке Саббат и подлежат уничтожению. На сегодняшний день не существует ни одного живого Саббат, так как на всех была объявлена Кровавая Охота. Шесть традиций – это свод законов Камарильи. В Великий Дом входят три клана: Малкавиан, Носферату и Луминар. Малкавианы – это раненые в голову отморозки, продавшие мозг Шигорату за тридцать серебряников. Если бы тебя укусил малкавиан, ты бы через пару дней потерял рассудок и стал бы таким же психом, как и они. Но, не смотря на все это, в их действиях прослеживается какой-то порядок, и шесть традиций они соблюдают. Хотя большинство саббат – это их поганая кровь. Луминары – это самый сильный клан в Камарилье. У них все в порядке и с головой, и с обликом. А вот мы с тобой относимся к Носферату. При Становлении носферату превращаются в монстров. Если члены других кланов могут находиться среди людей, то появление на людях носферату равносильно нарушению Маскарада. На носферату, показавшегося людям, объявляют Кровавую Охоту. Именно из-за своей внешности мы считаемся мастерами выживания. Мы прячемся по канализациям, подземельям и гробницам. Мы знаем все темные закоулки во всей империи и превосходно умеем собирать информацию. Если кто-то хочет что-то узнать, ему, как правило, приходится обращаться к нам. Столетия постоянных гонений научили нас держаться вместе, избегая конфликтов между сородичами, которые так популярны в других кланах, - Вампир увидел по лицу собеседника, что тому не терпится вклиниться в монолог, - Хочешь что-то спросить?
- А другие кланы, значит, выглядят как нормальные люди?
- Да. Если малкавиан или луминар до становления был данмером, то он выглядит как данмер, если аргонцем – как аргонец, и так далее. Их выдают только иглы, иногда вырастающие до неприличных размеров.
- А тот мужик в вонючем помещении, голый по пояс – это был малкавиан, верно?
- Гм… - вампир постарался понять, о ком идет речь, - Нет, это был луминар.
- Понятно. Какой-то странный луминар.
- Да, есть такое дело. Но не будем уходить от темы. Вампиры по своей природе сильнее людей. Даже ты недельки через две сможешь победить в бою имперского легионера. Но бой будет тяжелым. Скажу тебе по секрету, мы решили превратить тебя в вампира только для того чтобы ты стал хоть немного похож на человека. Кроме этого, у тебя появятся способности становиться невидимым, вызывать духи животных и усиливать атаки руками. Я тебя научу. Еще вопросы есть?
Мирон и так уже под завязку загрузился информацией, поэтому сказал, что вопросов не имеет. Ему надо было остаться наедине со своими мыслями и хорошенько обдумать то, что он уже услышал.
- Ну и славно. Это все, что я хотел тебе рассказать о вампирах. Теперь слушай свое первое задание…
0
о боги, дайте мне время все прочитать))
0
В своё время читал много фанфиков по Морровинду... и жестоко разочаровался почти во всех... с тех пор - принципиально не читаю подобного "креатива"...
0
ДиЗ...Имхо лучше читать что-то псевдосмешное,чем читать обычную попытку перенести мору на бумагу...я читал пару раз такие попытки...не понарвилось...
ДиЗ...Имхо лучше читать что-то псевдосмешное,чем читать обычную попытку перенести мору на бумагу...я читал пару раз такие попытки...не понарвилось...

Спасибо на добром слове, чувак. Ты меня прям обнадежил

Мирон шел по коридорам балморской гильдии магов и размышлял. Гарри сказал, что у него есть неделя до того как человеческий облик начнет пропадать. Задание желательно было завершить пораньше.
Дверь справа и впереди вдруг начала чернеть. Из всех щелей повалило оранжевое пламя. Через несколько мгновений ее прожгло насквозь, а огонь прорвался в коридор, испепелив несколько деревянных балок и тусклый синий фонарик под потолком. Алхимик бросился на пол лицом вниз. В живых он остался только потому, что огонь исчез, так до него и не добравшись. Глядя на то, с какой скоростью пламя пожирает дерево, бретон пришел к пониманию, что огонь не простой. Снова встав на ноги, он увидел, как из помещения выходит хаджит в темно-синей робе, на которой кое-где плясало пламя. Из комнаты еще какое-то время изливались потоки непостоянного света. Потом исчезли и они. Вероятно, все, что могло гореть, уже сгорело, и пожара можно было не опасаться. Странные[антимат] балки на стенах и потолке, назначение которых от Мирона ускользало, были защищены от обычного огня. Довольно длинный участок коридора, лишившись светильника, погрузился в полумрак.
Хаджит сел на пол, достал откуда-то сигарету и зажег ее от высокого огненного язычка, пляшущего на рукаве. Язычок после этого был немедленно потушен. Остальные огоньки уже погасли, оставив после себя только дырки на синей материи. Он глубоко затянулся и с грустным лицом, ссутулившись, свесил руки вперед. Кажется, у него назревали большие проблемы.
- Ты алхимик? – спросил Мирон.
Хаджит поднял на него глаза и проворчал что-то нечленораздельное. Голос был женский.
- У меня такое было, когда я выделил экстракты четырех безобидных цветков и смешал их с экстрактами четырех не менее безобидных грибов. Только я наблюдал это с безопасного расстояния, и у меня было много измерительных приборов.
Кошка повернула свою морду к собеседнику. Он внезапно стал ей безумно интересен.
- Ажира, наверное, сделала то же, что и ты. Смешала экстракты лепестков каменевки, вереска, ивового пыльника, золотого канета, гайфа фации, банглера бэйна, лилового корпинуса и светящейся сыроежки. Но у Ажиры все получилось случайно, Ажира не знала, что цветы и грибы могут так гореть! – Хаджитка опять опустила голову и сказала с отчаянием:
- Ранис опять будет сердиться. Она обязательно отправит меня в какой-нибудь кишащий монстрами уголок Вварденфелла с еще одним глупым заданием. Наверняка она заставит меня вытряхивать деньги из честных волшебников. Злобная железная стерва, когда же она сдохнет, наконец!
Мирон мог бы сказать, что любая железная стерва расцелует Ажиру в обе щеки за такой взрывчатый состав. Но Мирон совсем не разбирался в психологии железных стерв. Мирон разбирался в алхимии, и только в алхимии. Ну, еще в электронике немножко.
- Энтальпия состава в три раза больше, чем у гексогена, но горит он долго, без детонации и ударных волн. Чтобы получить хороший взрыв, надо добавить катализаторы. И еще желательно сделать состав твердым. Для химической составляющей хорошо подходит поставщик гексацианоферратиона, для магической – сопротивление магии. Можно, например, подмешать туда немножко солей пепла и мелкодисперсного пироксилинового пороха, потом спрессовать это все ударной волной. Если бы ты использовала на шашке такого состава свиток выжигания Талдема, то умерла бы под обломками этого здания от разрыва внутренних органов.
Ажира встала на задние лапы и посмотрела на бретона уже совсем по-другому.
- П-простите, сэра, вы не могли бы сказать, как вас зовут? Вы, должно быть, известный алхимик, Ажира наверняка о вас что-то слышала.
- Да, конечно! – Мирон раздулся от важности и улыбнулся во весь рот, - Я Мирон из Хай Рока, изобретатель лунного сахара!
- Э-э, правда? – растерялась Ажира, - Лунный сахар? О, конечно же, Ажира о вас слышала! Вы – тот самый Мирон! Но что заставило вас приехать в Морровинд? И где вы остановились?
- Я остановился вэээ, - бретон запнулся, - я пока нигде не остановился. Меня только что выпустили из тюрьмы и предоставили самому себе.
- Какой ужас! За что эти невежественные ослы посадили вас в тюрьму? Неужели за лунный сахар?
- Точно! За лунный сахар! И это, вашу мать, чертовски несправедливо!
- Так значит, вы еще не нашли, где остановиться? Но у вас наверняка есть друзья, которые помогут вам устроиться? Вы, наверное, собираетесь заняться исследованиями, да?
- Да какие там исследования?! У меня даже лаборатории нету! И вообще, мне идти надо! Где тут проводник?
- Конечно, конечно! – быстро заговорила кошка, - Вам нужен проводник гильдии? Ажира вас к нему проводит! – она положила руку ему на плечо и повела по коридору, - А вы не думаете о том, чтобы присоединиться к Гильдии Магов? Вы сделаете здесь отличную карьеру! Если ваши исследования заинтересуют людей наверху, вы получите свою лабораторию, а пока этого не произошло, можете попользоваться лабораторией Ажиры. Правда, эту лабораторию еще надо восстановить…
Мирон с сожалением посмотрел на кошку и сказал:
- Я бы с радостью, но мне сейчас надо сделать одно дело…
- Ну, разумеется! Вам ведь надо подумать, такие решения не принимаются спонтанно! Когда закончите свое дело, вспомните о том, что в балморском филиале Гильдии Магов вам всегда будут рады. А что это за дело, о котором мы говорим? Может, вам нужна помощь?
- Да, мне не помешала бы парочка зелий невидимости. Надо кое-что узнать про одного человека…
- Ажира понимает. Если нужно узнать что-нибудь про человека, ничто так не подойдет, как зелья невидимости. Разве что парочка заклинаний очарования, что скажете? Ажира могла бы достать для вас заклинания очарования у своей хорошей подруги Гальбедир.
- Нет, это здесь не прокатит, - поморщился Мирон, - У человека сильная воля, и еще он не должен ничего заподозрить.
Они вышли в большую залу с многочисленными стеллажами, ширмами, шкафами, столами и даже с несколькими кроватями. В двух местах росли декоративные растения. Кажется, это было рабочим местом для большинства сотрудников филиала. Здесь было полным-полно людей, эльфов и орков в разноцветных мантиях.
- Ах, так! Тогда Ажира достанет для вас зелья невидимости. Все бутылочки в лаборатории Ажиры полопались от жары, но Ажира знает, где достать хорошие зелья невидимости для своего хорошего друга Мирона по специальной цене. Всего двести дрейков за две бутылочки. Как вы на это смотрите?
- Давайте вы лучше достанете для меня ингредиенты, а зелья я сам смешаю. Так будет и дешевле, и зелья будут такие, что лучше не придумать.
- Ах, вам не стоит утруждать себя варкой зелий! Если вы будете варить самые лучшие зелья, то компоненты на две бутылочки обойдутся вам во столько же. Двести дрейков – специальная цена только для вас!
- Это, наверное, очень хорошие зелья, - недоверчиво сказал Мирон. С зельями невидимости он работал мало, но показывать этого не хотел.
- Самые лучшие, - улыбнулась хаджитка и добавила доверительным шепотом: - Эксклюзив!
- Хорошо. Я заплачу, - Гарри дал Мирону пятьсот септимов на снаряжение прочие расходы. Сейчас было самое начинать их тратить.
- Тогда садитесь вот здесь и подождите Ажиру, - хаджитка усадила его на низкий деревянный стул, - Ажира будет через пять минут.
Кошка подошла к бретонше в красной тоге, перекинулась с ней парой слов и исчезла. Мирон решил, что это и есть проводник гильдии. Вскоре Ажира снова подошла к нему и, совершив сделку, тепло с ним попрощалась.
Он подошел к проводнику, заплатил пятнадцать монет и попросил телепортировать его в Реддинг.

Начальник Горнодобывающей Компании Реддинга Одрал Хельви сидел в своем одноэтажном коттедже, закинув ноги в сапогах из коричневой кожи на старый деревянный стол и откинувшись на спинку такого же старого, пыльного, просевшего кресла из дерева, поролона и какой-то прочной ткани. Это был средних лет данмер в коричневой жилетке на голое тело, серых штанах, белой ковбойской шляпе, с громадным револьвером на поясе и с толстой кубинской сигарой в зубах. В грязном помещении с облупившимися стенами было невыносимо жарко, даже несмотря на то, что все окна были открыты. Мускулистый торс начальника блестел от пота. В руках он держал свежий номер «Кошачьей лапки». Иногда, перелистывая страницу и натыкаясь на какую-нибудь удачную фотографию, он поднимал брови и с восторгом восклицал что-нибудь вроде: «Оу май гаад!» или: «Йээ, бэйби, йээ!».
В дверь вошел худой рахитичный парень в чистой белой рубашке и штанах. На шее у него висела винтовка, из двух оттопыренных карманов торчали горлышки каких-то бутылок, а под рубашкой сзади находился пип-бой. Впрочем, пип-бой г-н Хельви не увидел, так как сидел лицом к выходу, прямо напротив двери, а парень, стало быть, войдя в помещение, тоже встал к г-ну Хельви лицом.
Начальник отложил журнал, вынул изо рта сигару, взял с пола початую бутылку виски и сделал глоток.
- Что хотел?
- Здравствуйте, я Мирон из Хай Рока, специалист по электронике и электротехнике двемерских машин. Слышал, у вас тут чип сломался. Если помощь нужна, могу починить.
- Сколько?
- Как договоримся, - бретон пододвинул расшатанную деревянную табуретку и уселся за стол напротив начальника, - Я могу взглянуть на чип?
Одрал нехотя поднялся с кресла, прошел в угол комнаты, открыл ржавый железный шкафчик и начал с шумом рыться в каком-то барахле. Наконец, он достал оттуда светлую прямоугольную коробочку с бахромой из металлических контактов по всему периметру и положил ее на стол.
- Ну что? Сможешь починить?
Мирон осуждающе поглядел на данмера.
- Я не могу найти неисправность в чипе, когда он находится в закрытом контейнере. Мне нужно его разобрать. Еще хотелось бы взглянуть на механизм, которым он управляет. У вас есть отвертка?
Начальник снова уселся в кресло и подобрал бутылку.
- Так, парень не торопись. Горнодобывающая машина стоит в шахте. До шахты два километра переть. Перед тем как я потащусь с тобой туда по этой жаре, ты мне объяснишь, какой ты к чертям собачим механик без отвертки, нафиг ты сюда приперся из своего Хай Рока и как узнал, что у меня сломался чип.
Он поднес горлышко к губам, запрокинул голову и вылакал остатки дешевого пойла.
- Ну, как… - начал сбивчиво объяснять Мирон, - Ну, я сначала в Хай Роке на производстве лунного сахара попался. Потом меня в тюрьму посадили, я отсидел, и меня сюда привезли. Ну, искал работу, вот, вас нашел. Отверткой пока не успел обзавестись, потому что денег нету…
- А почему это тебя в Хай Роке поймали, а сюда привезли?
- Э-э… ну не знаю. Может, перепутали что-то.
- Да не бывает так чтобы человек мотал срок в Хай Роке, а выпускать его везли в Морровинд. Нафиг это никому не надо, понимаешь?
Мирон молчал.
- Слушай, парень, вот ты мог сказать, что тебя в розыск объявили в Хай Роке, а поймали в Морровинде, и сидел ты тоже в Морровинде? Правдоподобная история получилась бы, без заусенцев, я бы даже поверил.
- Точно! – обрадовался бретон, чувствуя, как его навык красноречия поднимается на единицу.
- Но тебе обязательно надо было сказать эту ахинею. Из этого я делаю вывод, что врать ты не умеешь, и это меня обнадеживает.
Мирон улыбнулся.
- Но что-то ты темнишь, бретон, и это плохо, - грозно сказал г-н Хельви. Он вдруг выхватил из кобуры пистолет, стремительно перегнулся через стол и направил дуло механику прямо в лоб, - Смотри, парень, будешь херней страдать – башку прострелю.
Мирон испуганно кивнул.
Начальник убрал оружие, сунул в рот сигару и встал.
- Ладно, пошли. Отведу тебя в шахту. Будет тебе там и машина, в которой этот чип стоял, и отвертка, и целый набор инструментов.

Минут пять поработав со своими железками, Мирон объявил, что для починки ему потребуется взять пару деталек из своего пип-боя, после чего пип-бой придется выбрасывать. Стоимость ремонта он оценил в пять тысяч дрейков.
- Издеваешься? – засмеялся г-н Хельви, - Да твоей игрушке цена красная штуки две!
- Мне без разницы. Если вам дорого, ищите себе другого мастера.
Найти другого мастера для Одрала была не проблема. Он уже отправил в центральный офис Восточной Имперской Компании запрос на специалиста по ЭЭДМ. Примерно через две недели запрос должен был попасть в руки начальнику отдела технической поддержки, а через месяц можно ждать и мастера. Причем мастер этот за пятнадцать лет службы в ВИК настолько зажрался, что за ремонт попросит как минимум тысяч десять. Кроме того, если шахта месяц будет стоять, начальник потеряет еще несколько десятков тысяч теневой прибыли (что касается прибыли законной, то фиксированная зарплата никуда от него не денется).
Несмотря на все это, соглашаться г-н Хельви почему-то не спешил.
- Знаешь, парень, я сейчас не в состоянии решать финансовые вопросы. Давай поговорим, когда я буду трезвый. Приходи завтра днем часов в двенадцать, о’кей?
Возражений не последовало, и начальник, сделав несколько глотков из только что приобретенной бутылки, шатающейся походкой направился домой.
0
Спасибо на добром слове, чувак. Ты меня прям обнадежил
Ничего плохогоо тебе я не говорил)Я говорил плохо о людях,которые пытались писать полноценные фанфики на мору,а не смешные)
Дальше я хотел написать, как наш герой получил информацию о поставках эбонита в Анклав, организуемых продажным чиновником Одралом Хельви. Я уже сел за комп и принялся набивать первые строчки очередной сюжетной линии, зная, что это будет чертовски скучно. Но потом я подумал: «Господи, да зачем мне вообще это писать? Объясню в двух словах, что там было, и хватит с них! В конце концов, это просто очередной идиотский фанфик по Морровинду, и нахрен я буду надрываться? Благо, по дальнейшему сюжету у меня задумано предостаточно куда более интересных эпизодов. Да и потом, писатель – это не заводской конвейер, а его рассказы – это не гайки, которые он должен выпускать в оптовых количествах. Его работа не должна становиться рутиной! Не можешь придумать что-нибудь интересное – не надо мучить себя и читателей! Не пиши вообще, раз такое дело!»

Вот так я решил пропустить этот скучный кусок и продолжить с середины. Сейчас напишу вкратце, что происходило в промежуточный период.

Итак. Мирон пришел к начальнику на следующий день ровно в 12 часов. В его гениальной голове к тому моменту уже созрел гениальный план. Он собирался задействовать все свои дипломатические навыки и сказать г-ну Хельви: «Господин Хельви! Я понимаю, что у вас сейчас тяжелые времена тыры-пыры тыры-пыры тирьямпампам тирьямпампам (речь, типа) Давайте, я бесплатно отремонтирую ваш чип, а вы расскажете мне, кому вы продаете эбонит, идет?» Он уже открыл было рот, чтобы заговорить, но что-то ему в последний момент помешало. Кирпич на голову упал, наверное. И совершенно выбил из головы этот гениальный замысел. Одрал Хельви сказал, что сейчас он тоже не готов решать финансовые вопросы, так что пусть Мирон приходит послезавтра в двенадцать. Мирон заподозрил неладное и ушел. Потом он каким-то образом попал в подземелья Реддинга и увидел там двух гвардейцев Анклава. Только не подумайте, что он случайно туда забрел и случайно же увидел там анклаверов! Я бы наверняка придумал что-нибудь зверски реалистичное, если бы не проклятая лень! Далее наш Мирон проследил за гвардейцами (зелья невидимости пошли в ход) и увидел, как они разбираются с какой-то машиной, похожей на горнодобывающую машину из шахты «Утренняя Звезда». Впоследствии он узнает от шахтеров, что под городом есть заброшенная шахта, в которой, должно быть, стоит заброшенная горнодобывающая машина, а в ней, в свою очередь, может находиться рабочий чип (последнее бретон уже сам додумал). Кстати, по пути анклаверы подстрелили парочку ванаминго. И матку тоже убили. У них были импульсные пистолеты.

Послезавтра Мирон пришел к начальнику, и тот сказал, что чип у него уже появился, но неплохо было бы иметь еще один про запас. И предложил ему 2000 дрейков за ремонт. Торговаться Мирон не умел, поэтому сделал все за две тысячи, лишившись при этом пип-боя. Потом он под завязку затарился лунным сахаром у местного барыги, снял четырех проституток и два дня отрывался в салуне «Маламут». На третий день у него заметили какую-то болезнь и попросили уйти (не торопитесь хвататься за сердце и рвать себя на куски от горя ? никакой болезни у него не было, а просто начал меняться облик).

В общем, он вернулся к Гарри в родовую гробницу Тарисов и доложил о каких-то людях в черных доспехах (про Анклав он до этого дня слыхом не слыхивал, и Гарри прошлось все ему объяснять). Потом ему дали лабораторию со всеми необходимыми химикатами и ингредиентами. Он какое-то время работал над зельями левитации, никаких грандиозных успехов не добился, и его отправили в Морнхолд за Лентой Лабиринта Барилзара. С очередным заданием он прекрасно справился, обнаружив попутно базу Шестого Дома в руинах старого города. Что там конкретно происходило – для меня, наверное, так и останется загадкой.
Ну, а теперь я продолжаю свой рассказ.



Чтобы попасть в родовую гробницу Тарисов, нужно было выйти из южных ворот Балморы, обогнуть невысокую гору и пройти еще метров пятьсот по маленькому ущелью. Положение в непосредственной близости к одному из крупнейших городов Вварденфелла придавало гробнице большое геополитическое значение. В силу этого обстоятельства Камарилья сформировала здесь одну из своих центральных баз. Ее территория была расширена путем постройки еще нескольких десятков подземных помещений. В качестве защиты от случайных гостей передний зал патрулировали два костяных лорда. В случае их устранения в дело вступали четыре дюжины «непобедимых» скелетов, неожиданно выбегающих из двух боковых дверей. Если посетители справлялись и с этим, то их уже переставали считать «случайными». За дело брались два взвода отборных бойцов клана Носферату.

Кай стоял в темной комнате перед большим окном, слегка затемненным зеркальным покрытием с противоположной стороны. За окном находилась хорошо освещенная лаборатория, оборудованная множеством столов и шкафчиков с разноцветными жидкостями в прозрачных колбах, с разнокалиберными твердыми ингредиентами на керамических тарелочках и с заспиртованными органами и мелкими животными в стеклянных баночках, а также несколькими алхимическими аппаратами неизвестного назначения, набором бритв, лопаточек, градусников и шприцов в железной емкости с дезинфицирующим раствором, яркой электрической лампочкой под потолком, металлическим стулом и намертво привязанным к нему аргонианином. Проявлением величайшей щедрости руководства являлись, кроме того, импульсная винтовка, плазменная винтовка, огнемет и пулемет «Bozar», лежащие на одном из столов.

Минут десять до этого мастер-шпион наблюдал, как Мирон сидит в своем кресле и задумчиво глядит в одну точку. В недрах одного из аппаратов происходили какие-то рабочие процессы. По стеклянным трубочкам лениво текла вязкая зеленоватая жидкость, из отверстий в черной стальной бочке медленно струился пар, в различных колбочках то и дело начинали происходить какие-то химические реакции и постоянно менялись черные цифры на жидкокристаллических индикаторах измерительных приборов. Наконец, жирная черная капля из открытой трубки капнула в миску с желтоватым раствором. Мирон вздрогнул, немедленно вскочил и подбежал к столу. Увидев большую черную кляксу, быстро растворяющуюся в желтой жидкости, он азартно улыбнулся, помешал раствор стеклянной палочкой и набрал немного в шприц. Затем он подошел к аргонианину и сделал инъекцию. Пленник завозился, беспокойно поглядывая то на бретона, то на свою руку. Алхимик тем временем с трудом поднял со стола огнемет, развернулся к ящеру и выпустил в него плотную огненную струю. Первые пять секунд аргонец с ужасом смотрел, что с ним делают, но боли, похоже, не чувствовал. На нем сгорела вся одежда, но на теле видимых повреждений пока не было. Топливо в баллоне еще не кончилось, и пламя продолжало штурмовать пленника. Через пять секунд пленник вспыхнул как факел и заорал.

Лицо Мирона изобразило что-то среднее между выражением полного отчаяния и звериной ярости. Он выкрикнул одно из своих любимых ругательств, бросил огнемет на пол, топнул по нему ногой и снова уселся в кресло, дрожа от злости и тщетно пытаясь ее унять.

В комнату вошел Гарри. Вслед за ним появился неизвестный китаец в белом халате. Вампир вежливо поздоровался с Каем и спросил, зачем его вызвали.

- Доброе утро, - ответил шпион, разглядывая незнакомого человека.

- Это доктор Вонг. Он приставлен к Мирону в целях научного контроля его исследований. Вонг, знакомься, это Кай Луминар, кардинал Вварденфелла.

Доктор склонился в почтительном поклоне.

- Я только что видел, как пленник принял какой-то препарат и пять секунд продержался под огнеметной атакой, - сказал Кай, - Это… очень впечатляющий результат. Как долго вы над этим работали?

Вонг сразу оживился и начал рассказывать. Оказалось, что они с Мироном уже месяц работают над зельями сопротивления различным элементарным повреждениям, как то: плазма, физическая сила (которую в экспериментах представляла пулеметная очередь), магический холод, а также простые и магические огонь, электричество и агрессивная коррозионная среда (в качестве которой выступали различные ядовитые чары, кислоты и щелочи). Пять секунд под огнеметом – это предельный уровень, которого они достигли около двух недель назад. Перешагнуть через этот барьер пока не получилось.

Кай внимательно выслушал ученого и спросил:

- А сами вы сможете продолжить работу в этом направлении без участия Мирона?

- Э-э… нет, видите ли, я, если честно, не совсем понимаю, что он делает. Он пытался объяснить, но я не смог разобраться. Вы знаете, он очень складно и оживленно рассказывал, щедро разбрасываясь непонятными терминами и брызгами слюны. Я сказал, что не понимаю, и он посмотрел на меня так, что я почувствовал себя полным ничтожеством. Он назвал какие-то книги и химические журналы, которые помогли бы мне все это изучить, но вы ведь знаете, как туго в Морровинде с научной литературой…

- Та-ак, - задумчиво протянул мастер-шпион, - А с левитацией то же самое было? Вы тоже ничего не понимали?

- Ну, почему же, - начал оправдываться Вонг, - С левитацией все как раз понятно. Только эффективность зелий всего лишь на десять процентов превышает уровень самых сильнодействующих составов. Это, конечно, тоже кое-чего стоит, но мне кажется, что он способен на большее.

- Понятно. Гарри, у меня есть еще одно задание для Мирона. Ему придется проникнуть на секретную вертолетную базу Шестого Дома и достать оттуда чертежи нового танка.

- Опять?! – воскликнул доктор Вонг с возмущением. От его спокойствия не осталось и следа, - Когда же вы, наконец, поймете, что его место здесь, в лаборатории! Что за странная манера тыкать врагов инсулиновым шприцом вместо шпаги! Если вам так нужны эти чертежи, почему бы вам не отправить кого-нибудь из своих агентов? Он же не воин, вы понимаете? Не воин!

- А ему и не придется воевать, - возразил Кай, - Я не требую от него разносить базу вдребезги и топить ее обитателей в крови. Ему надо будет только забрать чертежи. Действовать он должен будет по возможности тихо и аккуратно.

- Но он же не шпион! Он алхимик! Здесь от него будет гораздо больше пользы!

- Вы думаете, что, повышая эффективность зелий сопротивления элементам на пять секкунд в месяц, мы что-нибудь изменим?

- А если мы будем отправлять на смерть наших лучших алхимиков вместо настоящих агентов, которых у нас в десять раз больше чем нужно, мы что-нибудь изменим?

- Доктор Вонг, перестаньте кричать, - вмешался Гарри, - Вы говорите с кардиналом.

- Вы не обладаете всей информацией, доктор, - строго сказал Кай, - Хватит спорить. По итогам этой операции мы ожидаем получить нечто большее, чем чертежи. Если это не удастся, Мирон вернется к вашим шприцам и колбочкам, теперь уже навсегда. Мы благодарим вас за сотрудничество. Собирайте вещи и возвращайтесь в Вивек.

Вонг сплюнул и пошел собираться. В дверях он развернулся и сказал:

- Все, что вы делаете, господин кардинал, - это полный и абсолютный бред!

Дверь с шумом захлопнулась, и Кай снова обернулся к Гарри, который стоял в сторонке и неодобрительно его рассматривал.

- База находится на Вороньей Скале, остров Солтсхейм. По нашим данным, там расположены склады боеприпасов и боевых наркотиков. Они сейчас активно набирают новобранцев. Пусть он скажет, что собирается вступить в Анклав. Часовой спросит пароль. Пароль на текущий месяц: «голова овцы». У него есть неделя, чтобы подготовить необходимые зелья. Потом пароль поменяется, ? шпион ненадолго задумался, припоминая, все ли он сказал, ? У меня все. Доведите информацию до его сведения и предоставьте необходимую экипировку.

Гарри кинул и пообещал, что все сделает. Они попрощались и разошлись.



Нибани Меса вышла из своего шатра и решительно подошла к ближайшему воину.

- Туссаррадад! – позвала она.

Данмер обернулся и удивленно посмотрел на шаманку. Он не представлял, что могло заставить ее выйти на улицу в самый разгар песчаной бури, когда ветер воет в ущельях и песок впивается в кожу. Каньоны Эшленда предоставляли Уршилаку не самые комфортные жизненные условия. Конечно, калифорнийские пустыни, из которых эшлендеры были выселены в ходе экспансии Великих Домов и Храма, тоже не являли образец благополучия, но там хотя бы не было этих бесконечных бурь…

- Что?

- Я видела сон. Иди и скажи ашхану, чтобы немедленно собирал воинов. Я видела людей в лодках. У них одинаковые лица! У них острые иголки и злые чары! Они идут убивать нас!

Шаманка была старой данмеркой. Просто старой данмеркой, что тут еще описывать?

- Слишком много наркуешь. Я – пас.

- Я – шаманка этого племени, - твердо сказала Нибани, - Туман не застилает мне глаза, и мысли ясны, как день! Перед лицами наших предков клянусь тебе в этом! Я приказываю тебе подчиниться!

Туссаррадад было отправился исполнять приказ, но навстречу ему выступили люди в индорильской броне. Из-за шума ветра он не услышал, как они подобрались. Они выступили из-за угла и тут же заколдовали его и других воинов племени зелеными чарами школы иллюзий. Это были чары усмирения, полностью подавляющие агрессию и волю к борьбе.

Лица индорильских шлемов были спокойны и бесстрастны. Ближайший воин подошел к Туссаррададу и открыл лицо. Оно было коричневое, жилистое, чрезмерно вытянутое, с двумя рядами острых зубов. Он молча наклонил голову данмера и впился зубами в шею.



На Солтсхейме стояло безмятежное летнее утро. Редкие снежинки плавно опускались на землю и тут же таяли. Часовой всматривался в темные дебри дикого хвойного леса, покрывающего остров почти полностью.

Дикие звери и спригганы уже давно перестали посещать Воронью Скалу, уступив ее новым хозяевам. База включала несколько приземистых построек из гладких голубоватых панелей на верхнем уровне. Здесь же располагались три автоматические оружейные турели с плазменными пушками и большая параболическая антенна. Перед входом, справа от часового, была закреплена маленькая табличка с надписью на желтом фоне: «Вертолетная база Наварро, Остов Святого»

Лес подступал к базе почти вплотную, оставляя двадцать метров свободного пространства. Хорошо было бы вырубить еще метров двести, но руководство не желало отвлекать рабочих от работ на шахте. Руководству не нужна была древесина. Руководству был нужен эбонит. Поэтому лес просто заминировали. Безопасной оставалась только узкая тропинка, вымощенная камнями, по которой сейчас кто-то шел.

Часовой давно услышал приближающиеся шаги, сопровождаемые каким-то шорохом. Теперь он увидел, как из-за поворота на расчищенное место вышел парень очень нездорового телосложения, с коричневой кожей и большими клыками. «Вероятно, мутант» ? подумал гвардеец. По земле за мутантом волочились два «Бозара», которые он держал за кончики стволов. Это были большие тяжелые пулеметы черного цвета, с длинными стволами и массивными магазинами. Рукоятки оставляли в холодной сырой земле две глубокие борозды. Со стороны трудно было понять, как такому хилому существу вообще удается тащить эти громоздкие машины для убийства. За спиной у бретона висел небольшой рюкзак.

Парень что-то бормотал себе под нос и смотрел под ноги, поэтому не сразу заметил, что перед ним база. Увидев часового, он хищно улыбнулся, бросил стволы, достал из кармана горсть зеленых таблеток и закинул их себе в рот. Затем он снова подобрал пулеметы и потащил их дальше.

- Стоять! Пароль! - потребовал часовой.

Голос звучал приглушенно, как из плохого динамика или из рации. Его тело полностью скрывала массивная черная силовая броня. В этой броне он больше был похож на киборга, чем на человека. Желтоглазая маска на передней стороне шлема навевала мысли о каком-нибудь хищном насекомом или птице. В любом случае, надо было отдать должное тому, кто ее разработал. Это был не только первоклассный инженер, но и отличный художник. Маска была злой и страшной, как сама смерть.

- Голова овцы, - ответил парень. Он и не думал останавливаться.

- Стой, подожди… принято. Зайди в здание справа, доложи о своем прибытии.

Мирон остановился в полтора метрах от гвардейца.

- Я сказал, зайди в здание справа и доложи о своем прибытии. Я непонятно выразился?

- Вы сказали зайти в здание справа и доложить о своем прибытии, - спокойно ответил алхимик, - Я вас понял. Спасибо.

Они еще несколько секунд стояли и смотрели друг на друга.

- Вам надо зайти к сержанту и представиться. Иначе вас не примут.

- Я должен зайти к сержанту и представиться, иначе меня не примут. Спасибо, я понял. Я так и сделаю.

Воздух начала наполнять тихая мелодия. Пока что относительно спокойная, но чувствовалось, что это ненадолго. Неадекватная была мелодия. Знаете, как в некоторых хардкорных композициях сначала звучит тихая, размеренная прелюдия, а потом как заревет, загремит, загрохочет…

Мирон стоял на месте и смотрел под ноги. Гвардеец подумал и спросил:

- А что это были за таблетки, которые вы приняли?

- Баффоут, усиленный. Десять смертельных доз. Надо подождать пока они подействуют.

Очередная пауза затянулась секунды на три.

- Э-э… а зачем вы их приняли?

Еще одна хищная улыбка расплылась по лицу Мирона. Он медленно приподнял голову и посмотрел на часового исподлобья.

- Прощайте, мутсера.

Он выбросил руки вперед. Стволы пулеметов уперлись в желтые глазницы гвардейского шлема. Кисти рук вампира легли на рукоятки. Взревели пулеметы. Осколки брони и костей вперемешку с кровью и мозгами полетели из затылка часового, и большое кровавое пятно легло на гладкий асфальт. Мирон вместе с пулеметами отпрыгнул за стену ближайшего здания. Завыла сирена. Из ангаров и прочих построек высыпали солдаты, пепельные упыри, ловчие корпруса и поднявшиеся спящие. Музыка загремела в полную силу – так, что стены и стекла завибрировали в такт ударным. Это была композиция «The Fight Song» в исполнении неподражаемого Мэрлина Мэнсона. Отряд из десяти гвардейцев бежал к выходу из базы, где красовался свежий труп.

Мирон взлетел над крайним ангаром и стремительно понесся над головами обороняющихся подобно истребителю, посылая перед собой длинные очереди из обоих орудий. Патроны быстро закончились, и диверсант скрылся между двумя постройками.

Секунд через десять он возник в другом конце базы, в метре над землей, и пролетел сквозь неплотные ряды обороняющихся, посылая в стороны короткие очереди. Его руки постоянно метались из стороны в сторону, перекрещиваясь и выворачиваясь под самыми немыслимыми углами. Во все стороны летели заряды плазмы, электричества и куски тел наименее защищенных адептов Шестого Дома. Оставив солдат позади, Мирон развернулся спиной вперед, выпустил оставшиеся патроны в толпу и скрылся за углом.

Снова перезарядив пулеметы, он появился на северной стороне и повторил авианалет. Его одежда к этому моменту полностью испарилась от нескольких зарядов раскаленной плазмы. В этот раз все патроны полетели в жирную громадину поднявшегося спящего, расположившегося посреди посадочной площадки и уже изрядно надоевшего ему своими огненными и кислотными атаками. Пролетая над этим монстром, вампир понял, что умирать паршивец пока не собирается. Он перевернулся вверх ногами и продолжил обстреливать спящего на второй половине траектории. Особого дискомфорта от полета вверх тормашками алхимик не испытывал. В состоянии левитации вообще терялся смысл таких понятий как «верх» и «низ». Скрываясь за крышей вычислительного центра, он увидел, как тело твари рассыпается, превращаясь в горстку пепла.

Появившись в очередной раз из прохода между зданиями, Мирон взялся за другого спящего. Он повернулся к нему правым боком и два раза облетел монстра по окружности, всадив в его тушу два магазина. Спящий вращался вокруг оси, пытаясь попасть в противника ракетой. К сожалению, все ракеты пролетели мимо и взорвались совсем не там, где надо.

Монстр уронил базуку и обратился в прах. Мирон описал дугу над ангаром и понесся прямо на турель. Он перехватил правый пулемет за кончик ствола, жестом лихого казачьего атамана крутанул оружие над головой и сбил роботу сенсор.

В следующий раз алхимик появился без пулеметов, держа в руках небольшой деревянный ящик, который он тут же закинул в ближайший ангар. Как раз туда, где стояли баллоны с топливом. Знания о полезных свойствах некоторых растений не пропали даром. Взрыв разрушил оба ангара с находящимися внутри вертолетами. Очень вовремя в мелодии появился мажорный мотив. Обломки корпусов и деталей взлетели над базой. Несколько солдат было отброшено ударной волной. Около десятка погибло от осколочных ранений. Мирон уже успел скрыться в лесу, в то время как остальные обломки продолжали падать на землю.

Снова появившись у входа, вампир держал в руках непонятно где раздобытые супермолоты. Он развел их стороны, перевернулся вверх ногами и, бешено вращаясь, пролетел через строй солдат. Солдаты продолжали добросовестно обстреливать его из импульсных пистолетов. Кровь и мясо полетели во все стороны. Где-то рядом со столовой эффект левитации исчез. Даламберова сила инерции протащила Мирона по асфальту еще на двадцать метров вперед. Встав на ноги, он поудобнее перехватил молоты и посмотрел на приближающихся врагов. Их оставалось всего двадцать штук.

В отличие от зелий левитации, модифицированные баффоут и психо продолжали действовать. Вампир метнул один из молотов в толпу. Он пробил ее насквозь, по пути оторвав несколько голов и конечностей. Мирон одним прыжком преодолел разделяющее их расстояние и принялся махать вторым молотком. Молот двигался так быстро, что его невозможно было даже увидеть. Один стремительный росчерк – и чья-то голова отлетела в сторону, подобно мячику для гольфа, оставив после себя кровавый фонтан. Еще один – и боевая часть молота (которая к тому моменту уже слишком отдаленно напоминала молот – настолько она была деформирована) разрубила кого-то напополам. Не прошло и десяти секунд, как все было кончено.

Музыка постепенно стихла и исчезла совсем.

Оглядевшись, Мирон не увидел ничего, что могло бы ему противостоять. Вокруг были только горы трупов, реки крови и обломки вертолетов. Он с облегчением отбросил молот и пошел собирать уцелевшие части силовой брони с трупов. Нарядившись в новый доспех, он нашел оставленные в лесу пулеметы, поднял их стволами вверх и торжественно произнес:

- Вот теперь я точно ходячий пи*дец.

Из динамиков раздался его дьявольский смех, особенно жутко звучащий в полной тишине разрушенной базы…
Пимени была на полпути из Реддинга в Гнаар Мок. Она шла по пыльной грунтовой дороге между приземистых скальных образований и осторожно озиралась по сторонам. Ее караван наткнулся на банду мутантов около часа назад, и она, вероятно, была единственной, кому удалось спастись. Дело в том, что во всем караване только она имела возможность убежать от нападавших. Не скажу, что она была чемпионом мира по легкой атлетике, просто… впрочем, не об этом речь. Во время нападения ее правую руку пробил осколок от гранаты, и теперь рана была перетянута длинным куском материи, оторванным от юбки. Большая потеря крови, злое солнце калифорнийской пустыни, голод и жажда сделали торговку совершенно обессиленной и беспомощной. Она поняла, что все равно умрет, не дойдя до города, если не встретит помощь со стороны какого-нибудь случайного путника.

Пимени села в тень большого валуна начала ждать. Надеяться приходилось лишь на то, что помощь придет раньше, чем какой-нибудь кагути, скальный наездник, гекко или рейдер.

Вероятность того, что с ней случилось на самом деле, исходя из знаний торговки, была меньше, чем произведение вероятностей всех мыслимых событий, которые могла смоделировать ее фантазия. Сначала она услышала тяжелые шаги и какое-то неразборчивое бормотание. Потом источник всех этих звуков во всей своей красе появился из-за поворота: огромный черный киборг с лицом какого-то страшного насекомого, широкоплечий, жужжащий сервомоторами, он тащил по песку два больших пулемета и говорил, словно бы сам с собой, ни к кому не обращаясь:

- Теперь они узнают! Как сильно они ошибались! Заставляя великого Мирона делать грязную работу! - из динамиков донеслось шипение, похожее на помехи. Пимени подумала, что это играет какая-то запись. Торговку киборг не замечал, - Надоело работать на других! Делать глупый лунный сахар для Мордино! Выполнять глупые приказания для Гарри! Теперь мне никто не указ! Мне теперь сам дьявол не страшен! Я уничтожу базу! Лаборатория будет моей! У меня все будет! Только в Наварро не было складов… это плохо. Там были склады с эбонитом, там была даже целая шахта с эбонитом! Но наркотиков не было! А патронов было мало! Но это ничего, у меня еще есть. Мне хватит на захват базы, а там мне уже сам дьявол не страшен. Тупые сволочи! Они думали, что знают меня насквозь! Они дали мне ингредиенты, и даже не поняли, что я из них сделал! Они даже этого глупого Вонга убрали, да и он бы тоже ничего не понял! Они дали мне эту дурацкую винтовку и отправили умирать! Они…

Киборг вдруг остановился и повернул голову к Пимени. Кажется, он только теперь ее заметил. Хотя торговка многое отдала бы за то, чтобы он прошел мимо. Он еще немного постоял, потом бросил пулеметы и подошел к ней.

Она вдруг вспомнила новость о страшном убийстве в НКР, когда торговец с двумя охранниками были буквально разорваны в клочья, а из вещей погибших и с витрин не пропало ничего кроме двух пулеметов «Bozar» и патронов к ним. Ей стало страшно.

Киборг приблизился к ней вплотную, встал на колени и нажал какие-то кнопки под подбородком. Зашипела гидравлика, и шлем лег на песок. Голова существа, заключенного в броню, была едва ли не страшнее самой маски. Коричневая, зубастая, туго обтянутая кожей, с заостренными ушами и многочисленными язвами.

- Я вампир из клана Носферату, - заявило существо, - Сейчас я буду пить твою кровь. Что ты думаешь об этом?

- П-пожалуйста, не надо, сэра, - пропищала торговка, - У вас корпрус! Не прикасайтесь ко мне!

- Что у меня? - не понял Мирон.

- К-корпрус…

Вампир несколько секунд тупо на нее смотрел, потом решил уточнить:

- Это что такое? Болезнь?

Пимени кивнула.

- Черт, некстати. Где можно достать лекарство? Или из чего его можно сделать?

- Нет лекарства, - сказала женщина, покачав головой.

- Ладно. Где ближайший алтарь?

- Алтарь не поможет. Болезнь неизлечима.

- Чушь! - глаза вампира расширились от волнения, - Не может быть!

Молчание было ему ответом. Он взял торговку за плечи и начал трясти, завывая нечеловеческим голосом:

- Говори, где взять лекарство, дура!

- Нет лекарства! - повторила Пимени, чуть не плача, - Болезнь неизлечима!

Мирон перестал трясти и навис над ней, едва не касаясь ее лбом.

- Симптомы!

- Больной становится жирным, неуклюжим и тупым, как животное. И еще - бессмертным.

- Черт! Черт! - Мирон вскочил и принялся топать ногами, рвать несуществующие волосы на голове и материться.

Торговка тоже вскочила, поспешила одеть какие-то сапоги и метнулась дальше по дороге со скоростью бегущего силт страйдера. Не пробежав и полусотни метров, она споткнулась о какой-то камень, сломала ногу и по инерции пролетела еще несколько метров, в конце траектории разбив голову о камни.

- Черт, ну почему? - вопрошал алхимик, - Почему у меня всегда все так хреново! Что?! Что теперь делать?! Застрелиться? - в его глазах появились нездоровые огоньки безумия, - Из «бозаров» по глазам, хе-хе. Нет. Надо спросить у Гарри! Он наверняка все знает! Милый, родной, умный Гарри! Он наверняка знает! Мой дорогой сир, век буду бога за тебя молить, помоги! Ты ведь знаешь, мой милый, дорогой Гарри, умный, сильный, все понимающий, старый, вонючий, тупой осел, только попробуй не знать, НА КУСКИ! НА КУСКИ ПОРВУ, С-С*КА! Ы-ы-ы! Поможет. Обязательно поможет. Только чертежи надо достать, не нужен я ему без чертежей. Возвращаться придется. Только бы успеть!

Он подобрал пулеметы и побежал обратно.



- «Основной боевой танк KD11 «Айрон», Сариони задумчиво процитировал надпись на голодиске, который он уже секунд десять вертел в руке, - Что это за «Айрон», интересно, инженер какой-нибудь?

- Айрон – по-английски означает «железный», - Кай решил блеснуть своим знанием английского.

- Очень остроумно. Вы хоть видели эти файлы?

- Видел. Двести сорок шесть здоровенных, навороченных чертежей. Ни хрена не понятно.

- Чудесно. И что мы с этим будем делать?

Кай неопределенно развел руками.

- Не могу знать, ваше преосвященство.

- Отдадим их доктору Вонгу, - предложил наставник Барело, - Вдруг пригодятся?

- Да, пожалуй, согласился архиканоник, потирая переносицу, - Лучшего применения им не найти.

Помолчав немного, кардинал решил прервать затянувшуюся паузу.

- Может, о делах поговорим? - сказал он нетерпеливо.

- Да-да, оживился Сариони, - Для этого мы тут и собрались. Наши доблестные ординаторы наткнулись на отряд из двадцати имперских легионеров.
Это произошло в лагере Ахеммуза на северо-восточном побережье. Вы представляете? Стараниями герцога Ариона до ближайшего форта… мнээ… не так уж и близко. А тут - двадцать легионеров. Откуда они взялись?

- Может, из Дагон Фела прибежали? - предположил Кай.

Но архиканонику было не до шуток.

- Вряд ли в Дагон Феле наберется хотя бы пятеро солдат. Просто они нас ждали. Они за нами следят.

Мастер-шпион смущенно потупился.

- Неужели так трудно избавить нас от излишнего внимания Империи?

- Я стараюсь, сэра. Однако мне кажется, что высшие чины Клинков перестают мне доверять.

Толер Сариони сделал разочарованное лицо и откинулся на спинку стула.

- Ну что ж, все ошибаются. А что вы можете доложить мне о проекте «Нереварин»?

Кай совсем скукожился и тихо сказал:

- Я боюсь, его придется временно свернуть.

- Объясните!

- Мирон отправился в Тель Фир лечиться от корпруса четыре дня назад. С тех пор его никто не видел.

Сариони был раздавлен. Он глядел на кардинала с абсолютно ошарашенным видом.

Гильвас Барело склонился вперед и осторожно спросил:

- Его никто не видел? То есть до Тель Фира он не дошел?

- Нет.

- Может быть, его поймали по дороге какие-нибудь стражники или разбойники? Никаких новостей не слышно?

- Никаких новостей. Он отправился на нашей лодке прямиком на остров. Его никто не мог видеть. Лодку нашли в районе побережья Азуры. Те, кто его сопровождал, разорваны на части. Где искать нападавших - неизвестно.

- Вы… меня разочаровали, Кай, лицо архиканоника стало твердым и хмурым, - Раз так, то мы больше не имеем права откладывать. Завтра в полдень я встречусь с советниками трех великих домов, здесь, в моем кабинете. Я даю вам неделю, чтобы мобилизовать Камарилью. Потом займетесь поисками
Мирона. Следующая ошибка… будет последней ошибкой в вашей карьере. Приступайте.

- Так точно. Я пойду.

- Поторопитесь, - Толер Сариони, лорд-архиканоник Трибунала, встал из-за стола и пожал руку провинившемуся шпиону, - Мы переживаем тяжелое время. Сейчас от ваших стараний слишком много зависит, и вы это понимаете. Не подведите нас.

Кай произнес слова благодарности, поклонился и вышел.
Рассвет дивизия Лакруа встречала в каменистых пустошах Горького Берега, под крепостью Андарсет. Встречала в полной боевой готовности, аккуратно построенная в шеренги и выкатившая в поле три десятка артиллерийских орудий. Воины были облачены в индорильские доспехи, скрывающие все отличительные черты вампирского организма. Любой посторонний наблюдатель (случайный или нет) принимал их за храмовых ординаторов, что в данных обстоятельствах было весьма полезно.

К югу от них, совсем рядом, расположилась дивизия настоящих ординаторов под командованием Элама Андаса. Примечательно, что кроме самого Андаса никто в этой дивизии не подозревал об истинной сущности своих союзников.

Стены Андарсета возвышались в пятнадцати километрах к западу. Это было грациозное сооружение из серого камня, возведенное посреди бескрайней оранжевой пустыни.

Епископ Садрит Моры Лакруа Луминар прошел вдоль переднего ряда своих солдат, после чего забрался на силт страйдера и повернулся к войскам. Это был крупный лысый мужчина с идеальной военной выправкой, чем-то напоминающий большого жирного борова. Над головами бойцов раздался его хриплый голос, многократно усиленный чарами:

- Здравствуйте, товарищи!

- Здравья желаем, товарищ епископ! - дружно рявкнули солдаты.

- Вольно. Значит, что я вам хочу сказать, товарищи. Нам предстоит битва! - епископ сделал паузу, позволяя подчиненным осознать важность момента, - Битва. Но битва не простая! А с подвохом! - он немножко похрюкал, смеясь над своей шуткой, и продолжил, - Вы сами знаете, кто наши враги. И вы знаете, что они все - заражены - чем? Корпрусом! Поэтому вам не только нельзя делать с ними то, что вы любите, - здесь епископ не совсем стандартно описал действие распития крови, чтобы запутать возможных посторонних наблюдателей (случайных или нет). Он грозно оглядел солдат, - но и прикасаться к ним под каким-либо другим предлогом - строго - за-пре-ща-ет-ся! Запрещается. И если ВДРУГ! Вдруг! Кто-нибудь из вас! Будет настолько туп, чтобы заразиться? То его - НАДО будет! Немедленно! Убить! Почему? - он наставил на бойцов свой толстый указательный палец, - А потому что нам будет гораздо лучше - если этот идиот! Вместо того чтобы пополнить стройные ряды наших врагов! Пополнит тесные ряды наших ТРУПОВ! Трупов, - Лакруа закинул руки себе за спину и собрался уже по привычке походить взад-вперед, но вовремя вспомнил, что на силт страйдере ему особо не развернуться. Он недовольно хрюкнул и повторил, - Трупов. Ну, так вот. У нас - есть, - он отогнул указательный палец и показал его бойцам, - Один союзник в этой битве. И этот союзник - Элам Андас! И я прошу вас отмЕ-Етить! Что ни в коем случае - нельзя - показывать его воинам ТЕ элементы наших тел? Которые они видеть НЕ хотят? И которые им ВИДЕТЬ! НЕ! ПО! ЛА! ГА! Е! ЦА! - он опять принялся громко хрюкать, восстанавливая силы после произнесенной речи. Немного отдышавшись, он опять заговорил, - В этой битве, как я уже сказал, у нас один союзник. Но в ВОЙНЕ! У нас есть еще ТРИ, - он показал солдатам три пальца, - Велики дом - Хлаалу, Великий Дом - Редоран и Великий Дом - Тельвани. И все они - ГАНДОНЫЫЫ! - Последнее слово он проорал, отведя руки со сжатыми кулаками за спину, наклонив туловище вперед и зажмурившись с такой силой, что лицо его стало похожим на ж*пу, - ГАНДОООНЫЫЫ! - его сильный, рокочущий голос разливался над головами вампиров и отражался эхом в горах (которые, к слову сказать, стояли тут же, неподалеку), - ГААААААААААН! ДООООООО! НЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ! Впрочем, я отвлекся, - он снова встал в нормальную позу, - Но эти союзники сейчас осаждают Хлормарен! Поэтому в битве от них помощи! Не будет! И вообще! Я считаю… Я! - он ткнул себя пальцем в грудь, - Я считаю! Что лучше бы они дрались по отдельности! Учитывая теплые отношения между Домами, они в этой битве, - он указал на юг, - Под Хлормареном! Будут друг другу только - МЕШАТЬ! И причем мешать - НАМЕРЕННО! Намеренно. НУ? Как говорится… с Богом! В АТАКУ!

И они принялись выполнять марш-бросок до старой данмерской крепости. Две дивизии пеших воинов в желтых индорильских доспехах, как на ладони, двигались по песку, то и дело уходящему из-под ног. Артиллерийская батарея, цепочкой привязанная к силт страйдеру Лакруа, ползла следом. Тридцать орудий и пять больших повозок с боеприпасами. Насекомое клонилось вперед и с трудом переставляло ноги. Им предстояло пройти пятнадцать километров.

Из артиллерии у нападавших были только пушки 152 калибра и бетонобойные снаряды к ним. Достаточно сократив дистанцию, их растащили на почтительное расстояние, распределили боеприпасы по расчетам и начали стрелять. Все это делалось под постоянным обстрелом со стороны гарнизона. Фонтаны песка то и дело вырывались из земли. Но в цель ни один снаряд пока что не попал.

Пехотинцы побежали. Добрая половина бойцов из дивизии Лакруа включила невидимость (Носферату, надо полагать). Бежать солдатам предстояло километров десять. Причем в доспехах и как можно быстрее. Вампиры вскоре вырвались вперед, проявив чудеса выносливости.

Затем начались минные поля. За минными полями - зона ответственности минометов. Далее в дело вступили и пулеметы. Воины падали один за другим. Меньше всего досталось периодически включающим невидимость Носферату. Луминары, окруженные «кровавыми щитами», умирали реже. Гораздо тяжелее пришлось Малкавианам, но на их боевом духе это никак не отразилось.

Несколько пушек в артиллерийской батарее были выведены из строя прямым попаданием подкалиберного бронебойного снаряда. Расчеты спокойно сидели на своих огневых позициях и любовались сражением. Боеприпасы у них кончились давным-давно, и враги переключили внимание на пехоту.

В крепостной стене была пробита дыра внушительных размеров. Передовые отряды вампиров поднялись по обломкам, хлынули во двор и тут же были ликвидированы взрывом фугасной мины калибра 240 мм, вертикально поставленной на стабилизатор прямо за проходом. Вторая волна погибла от фугасного снаряда, выпущенного прямой наводкой из пушки, установленной внизу.

Третья волна подошла раньше, чем пушка успела дать очередной залп. Какой-то отчаянный вампир на ходу поднял пистолет и выстрелил в канал ствола, нацеленного прямо ему в голову. Ствол разорвало взрывом. Герой едва успел уклониться: осколок разбил ему пистолет, оторвал большой палец, затем пролетел через прорезь в шлеме, пробил ряд передних зубов и левую щеку. Вампира дернуло в сторону, и он, захлебываясь кровью, свалился на камни.

Солдаты бежали в крепость, бесцеремонно наступая на павшего товарища. Где-то вдали гремели взрывы. Это храмовые ординаторы, видимо, все еще обстреливались из минометов. Дорого же им обойдется эта медлительность…

Кто-то сгреб героя в охапку и оттащил в сторону, под защиту разрушенной хижины. Потом с него сорвали шлем и воткнули в шею шприц.

- Спокойно, Гарри, сейчас заживет.
- Кай… птфу, щука, это ты, фто ли? - прохрипел Носферату, отплевываясь от крови. Голова его все еще болела, и спокойное индорильское лицо спасителя постоянно раздваивалось, - Ну, б*яфь, ты даеф! Калдинал славается на пеледовой! Ну, пивдец, б*яфь!

Кай вдруг схватил пистолет и выстрелил куда-то в сторону. Послышался звук падающего тела. Он вскочил с места и ненадолго отошел. Вернувшись, он сунул бойцу старенький «Desert Eagle» и снова заговорил:

- Нужна твоя помощь, приор. Надо проникнуть в здание и спасти от сожжения кое-какие документы.

Лечебное зелье уже начало действовать. Гарри почувствовал, как заживает рука и останавливается кровотечение во рту. Разве что палец обратно вырастать не собирался…

- Какие документы?

- Точно не знаю. Будем спасать все подряд. И побыстрее, мы не можем ждать, пока нам расчистят путь! Ты потянешь еще одно затемнение?

- Та повалуй, потяну.

Кай снова нацепил ему на голову шлем.

- Ну, так включай!

Гарри включил затемнение и встал. Мастер-шпион ненадолго откинул шлем и выпил бутылочку с зельем невидимости. Они выбежали из укрытия и начали пробираться ко входу на нижний уровень крепости.

Как нетрудно догадаться, во дворе шел бой. Полтора десятка солдат занималось обстрелом поднявшегося спящего из различных импровизированных укрытий. Жирная непотопляемая громадина вбирала в себя тонны пуль и осколков и, как ни в чем не бывало, продолжала разбрасываться огненными шарами.

- А вот и товалихь епищпопь плищел, - пробормотал Гарри и двинулся дальше.

Товарищ епископ появился в проеме с импульсной винтовкой в руках и с криком: «Так держать, бойцы!» выстрелил в спящего. Поняв, что спящему это нисколько не навредило, он тоже поспешил спрятаться.

Гарри и Кай забежали на нижний уровень крепости вслед за пепельным упырем, спасавшимся от пуль. Четыре гвардейца Анклава стояли в коридоре, готовые встретить нападавших залпами из плазменных винтовок.

Мастер-шпион повел приора направо, по каким-то извилистым коридорам. Им все время встречались баррикады из ящиков и мешков, за которыми прятались корпрусные твари. Пока невидимость не прошла, с тварями диверсанты справлялись очень легко и непринужденно.

Они свернули в какое-то помещение слева, где два упыря зализывали раны. Потом была лестница наверх, потом еще один коридор. Следующее помещение было залито светом. В углу были свалены ящики с простенькой маркировкой: «ТНТ». Два крайних горели, испуская клубы густого дыма.

- Он не должен сгореть! - шепотом закричал Кай, - Он понадобится нашим войскам!

Они принялись оттаскивать горящие ящики, обжигаясь и сбивая огонь с одежды после каждого рывка. Ящики были оставлены перед дверью для организации дымовой завесы. Кай снял шлем и принялся искать документы. Отыскав среди ящиков две книги, он несказанно обрадовался.

- Отлично! Теперь надо уходить, и побыстрее! У тебя есть «вмешательство Альмсиви»?

- Божештвенное.

- Не пойдет. Возьми мое, - он протянул Гарри свиток, - А я сам попробую. А божественное мне отдай. На всякий случай.



Но свиток Каю не понадобился. Он материализовался перед храмом Гнисиса через полминуты после Гарри.

- Так, давай-ка посмотрим, что тут есть.

Было у них ровно две книги в красных обложках: на одной написано: «Входящие», на другой: «Исходящие». Кай взял первую и открыл ее там, где были сделаны последние записи.

- Если я правильно понял, это списки поставок, - сказал он, переворачивая страницу назад, - Так, вот отсюда. Караван 211, оружие, взрывчатка, 28 Мороза, 409 ТЭ, В. б. «Наварро». Караван 215, оружие, наркотики, 2 Заката, 409 ТЭ, Анклав. Караван 221, боеприпасы, продовольствие, 12 Заката, 409 ТЭ, Хлормарен. Караван 230, наркотики, взрывчатка, 23 Заката, 409 ТЭ, база 12. Все, последняя запись.

Со стороны, наверное, странно было наблюдать двух ординаторов, забрызганных кровью с ног до головы и вслух читающих книжку.

- Бажа двенадчачь? Это где?

- Когорун, данмерская крепость. Числами обозначают базы на тех территориях, которые Анклав еще не контролирует. Мы ее тоже скоро будем брать. Пошли.

- Пофтой! – сказал Гарри, догоняя, - И много у них таких баж?

- Я знаю четыре. Может, их всего четыре.

- Куда мы идем?

- В Хлормарен. Осмотримся, - задумчиво сказал Кай, - Что-нибудь увидим - пойдем спасать документы. Если там уже все не кончилось, конечно…

Дойдя до порта, Кай предъявил погонщику какие-то бумаги. Тот молча залез в отделение для пассажиров и подождал, пока вампиры займут свои места.

- Ты пристегнись, пристегнись, - бросил Кай, щелкнув зажимом, - Вообще-то, силт страйдеры сегодня не ходят. Война, знаешь ли… а это моя зверюшка.

«Зверюшка» низко присела и перепрыгнула через реку. Оказавшись на другом берегу, она принялась скакать по равнине, отталкиваясь сразу двумя парами задних ног и приземляясь на передние.

- Это система управления для боевых условий, - пояснил Кай, - У тебя морской болезни нет, случайно?

Гарри помотал головой.

- Ну, может, сейчас появится, - кардиналу приходилось прилагать некоторые усилия, чтобы перекричать ветер, - На таких системах для управления предусмотрено по четыре контакта на каждую ногу. Посмотреть со стороны на погонщика, который этой штукой управляет - очень похоже на работу виртуозного пианиста. Тяжело им, наверное, работать…

Ехали они ровным счетом три часа, сначала по степи, потом по пустыне. В какой-то момент времени на западе показалась полуразрушенная громадина Андарсета. Сражение там либо уже закончилось, либо переместилось в подземелья.

Добравшись до Хлормарена, они поняли, что торопиться пока некуда. Крепость держалась.

Мастер-шпион снял шлем и начал осматриваться.

В небе кружили вертолеты и тельванийские волшебники. По полю ходили обвешанные броней боевые силт страйдеры с минометами на борту. Они периодически принимали странную стойку, заставляющую вспомнить паука-центуриона, широко расставив ноги. Гремел минометный выстрел, силт страйдер слегка проседал под отдачей, и посреди вражеских построений взрывалась мина. Перед тем как заставить животное встать в полный рост и сменить позицию, погонщик производил еще один выстрел. Из крепости сразу начинали стрелять бронебойными. Чтобы увернуться от снарядов, насекомое смещало корпус, иногда поджимая одну или несколько ног.

К северо-востоку от крепости объединенные войска редоранцев, имперского легиона и наемников вели бой с морпехами Анклава. На востоке стражники Хлаалу и Тельвани отстреливались от пепельных зомби и упырей.

- А разве легион тоже участвует в войне? - спросил Гарри.

- Да. Хлаалу договорились. Хлаалу вообще прекрасно умеют договариваться. Хотя в бою от них пользы маловато. Они договорились с легионом, наняли солдат из гильдии бойцов и предоставили войскам силт страйдеров.

Один из вертолетов немного снизился и запустил ракету в силт страйдера, только что снявшегося с позиции. Тот чудом успел отпрыгнуть, но потерял равновесие, и его повело в сторону крепости. Два подкалиберных снаряда прошили его насквозь. Из четырех дырок хлынула грязная коричневатая жидкость. Было видно, что насекомое скоро прикажет долго жить. Наездник погнал его вперед, выжимая самую большую скорость, на которую был способен этот организм. Закованная в броню туша приняла еще один снаряд – калиберный, с начинкой из флегматезированного гексогена. Он взорвался в районе желудка, оторвав левую среднюю ногу. Силт страйдер сделал еще два прыжка и перевалился через стену крепости. Там он принялся беспорядочно размахивать ногами, доставляя немало хлопот гарнизону. Одна из пушек слетела со стены и ударилась об угол какой-то постройки, выбив фонтан каменной крошки. Поднявшемуся спящему, который вздумал залезть на стену, оторвало половину туловища вместе с рукой. Затем взорвался боезапас. Над крепостью показалось небольшое огненное облачко.

- Как думаешь, кто победит? - осторожно спросил Гарри.

- А ты не видишь? Мы победим, - бодро ответил Кай. Потом он почему-то нахмурился и добавил, - Только это ненадолго…

Мастер-шпион сидел на спине силт страйдера, подперев подбородок кулаком, и задумчиво следил за сражением.

Войска Дома Дагот отступали.
- Они взяли обе крепости, - с сожалением сказал Дагот Аэрод, поднимая со стола бутылку, - Бедный Гарес. Не сидеть нам с тобой больше на вершине Красной Горы, беседуя о вечном, распевая песни во славу нашего бога и кидаясь бутылками в жерло вулкана. Ты знал, что их возьмут не сегодня - завтра. И все равно пошел. Бессмысленно. Тебя запомнят, как героя. Нам сейчас нужны герои. Но ты не герой, ты просто слишком полагался на удачу, - он приподнял голову, закрыл глаза и вдохнул, - Ты всегда был слишком рассеянным и легкомысленным. Ты все время улыбался этой своей мечтательной улыбкой и никогда не смотрел в глаза. За тебя, мой друг, - Аэрод осушил бутылку и бросил ее в угол, - Ты писал прекрасные стихи и поэмы, прославляя нашего Лорда. Ими восторгается весь Шестой Дом! И надо же было случиться, чтобы ты умер! Будь прокляты чужеземцы, захватившие Морровинд! Сколько наших братьев они убьют, защищая свои претензии на нашу землю? Не в свое время ты родился, не тебе было умирать в бою за Хлормарен. Тебе надо было родиться чуть-чуть попозже, всего лишь на несколько лет. Тогда бы ты увидел совершенно другой мир. Ты бы увидел империю Дагота Ура, вечную и прекрасную, без н'вахов и прочих бедствий. Вместо пустыни ты бы увидел цветущий сад, в котором под сенью вишен и берез гуляли бы высшие иерархи нашего Дома. Уродливые ловчие, зомби и калеки, вечно хватающиеся за голову и сгибающиеся под тяжестью духовных страданий, не мозолили бы тебе глаза. Проклятая империя Септимов не существовала бы вовсе. Ты бы увидел, как исполняются все твои мечты. И, наверное, ты был бы счастлив. Сейчас я еще раз выпью за тебя. А потом еще раз за тебя. А потом еще и еще, пока не засну, пьяный, в луже собственных испражнений и блевотины.

Поднявшийся спящий протянул тощую руку к стоящим на столе бутылкам. Он стоял в просторном помещении с серыми каменными стенами в подземельях крепости Когорун. Он был здесь совершенно один. Огоньки тонких красных свечек почти не разгоняли мрак, и большая часть зала находилась во власти непроницаемых черных теней.

В дверном проеме показался молодой данмер. Из одежды на нем были только коричневые трусы, а все тело покрывали язвы.

- Я смотрю, у тебя на сегодня большие планы, - сказал он, выразительно глядя на ящики с бутылками.

Дагот Аэрод медленно повернулся и поприветствовал вошедшего:

- А, это ты. Привет. Спасибо, что заглянул, хоть ты и не вовремя. У меня сейчас траур… хотя какой там траур? Настроение печальное. Бухать хочется. Под такое настроение бухать самое оно. А ты, кстати, продвинулся. Корпрус уже насквозь пропитал твое тело, поздравляю тебя. Однако не расслабляйся, иначе он превратит тебя в одного из этих тупорылых ловчих. Когда у тебя был последний сеанс?

- Сегодня вечером. Учитель сказал, что у меня хорошие результаты. А что это у тебя с настроением?

- Да так, ничего. Друга убили. Хороший был упырь…

- Э-э… правда? - замялся юноша.
- Не грузи меня своими соболезнованиями. Давай лучше о твоих успехах. Между прочим, когда учитель хвалит – это хорошо. Это обнадеживает. Учитель никого не хвалит просто так. Ты видишь, что с тобой сделала божественная болезнь?

- Да, - самодовольно сказал данмер, подходя к столу, - Я чувствую, что стал сильнее. Раньше я был просто жирным увальнем, а теперь под слоем жира появились мышцы.

- Значит, ты двигаешься в правильном направлении. Это только начало. У тебя будет еще больше мышц. У тебя будет столько мышц, что они будут мешать тебе двигаться. В конце концов, ты станешь поднявшимся спящим, таким, как я. Из-за своей мускулатуры ты не сможешь даже присесть. Ты даже спать будешь стоя. И двигаться будешь очень медленно.

- Печальная перспектива.

- За бессмертие надо платить.

Юноша взял со стола бутылку и сделал глоток. Его тут же скрутило в спираль. Он упал на четвереньки и начал громко откашливаться.

- Да, сынок, такого адского пойла ты в своей жизни не пробовал. Уж за это я мог бы поручиться.

- Что… это за дрянь?

- Этот благородный напиток изготавливается на одной из наших баз в районе Красной Горы. Мне доводилось бывать там и видеть самогонный аппарат Дагота Турейнула. Это такая огромная машина, со здоровенным маховиком, кучей толстых труб и какой-то палкой сверху, которая ходит и ходит вверх-вниз, а из-под нее поднимается пар. Делает по одной бутылке в час. Это называется «Древний бренди Дагот». Для тебя этот бренди тяжеловат будет, а меня теперь только он и вставляет.

Данмер встал на ноги и начал вытирать слезы.

- Что ж ты меня не предупредил.

- Да вот… забыл. Забыл, что ты еще не готов к такому. Ну, извини, сынок, извини.

Он шмыгнул носом и сел на стул.

- И много этой штуки в тебя влезает?

- Много, сынок. Хотя я бы предпочел, чтоб было поменьше. До полного останова могу два ящика выпить. Дорогое удовольствие.

Сынок насмешливо смотрел на папу.

- А ты все тот же старый алкаш.

- И ты – весь в меня. Если со мной бухать будешь, то в той комнате, в столе, десять бутылок киродиильского стоят. Я б тебе сам принес, да меня теперь только за смертью посылать…

И Данмер пошел в соседнюю комнату за киродиильским. В комнате было темно и пусто. Старый деревянный стол с ящиками стоял в углу. Он подошел к нему, коснулся ручки и вдруг почувствовал, что за спиной кто-то стоит. Подобных вспышек интуиции с ним не случалось никогда в жизни, но никакого удивления он не испытал. И никакой тревоги. Он повернул голову и улыбнулся во весь рот. Перед ним стоял какой-то господин в рясе пепельного упыря. И, хотя одежда скрывала все тело неизвестного, юноша был уверен, что знает его очень давно. И все это было как будто в порядке вещей. Незнакомец вызывал самые теплые чувства. Океан симпатии и бездну доверия.

- Тихо, парень, только не кричи, - быстро прошептал неизвестный. Юноша торопливо закивал, - Нельзя, чтобы нас услышали.

- Да, я… ты… конечно, просто… - заговорил он с восторгом, - Ты здесь! Черт, поверить не могу! Это так… здорово!

- Я тебя тоже рад видеть. Мне нужен Мирон. Коричневый парень, лысый, с большими зубами. Он недавно должен был сюда приехать. Где он?

- М-м… Дагот Майрон?

- Да! - резко сказал пришелец, - Где он?

- Он в зале Маки, наверху. То есть, не наверху… там надо по верху пройти, мимо астронаха, а потом пойти налево и спуститься вниз. Он в тех помещениях, где раньше были камеры. Все заключенные подохли, и его туда…

- Достаточно! Как туда попасть? Говори быстрее!

- Э-э… ну… нужен пропуск, подписанный одним из поднявшихся спящих…

- Все?!

- Да, насколь…

- Мне нужно к нему попасть! Где взять бумагу?!

- Да я не знаю… надо, чтоб какой-нибудь спящий выписал. А знаешь, что? - юноша схватил незнакомца за плечо и уставился на его маску с хищной улыбкой заговорщика, - Я знаю, где ее взять! Хочешь, принесу тебе? Я у отца попрошу! Я быстро!

Пришелец размышлял всего полсекунды.

- Мухой!

Данмер сорвался с места и галопом помчался в комнату Аэрода.

- Папа! А давай этого Дагота Майрона пригласим? Пусть с нами выпьет! А то он какой-то загруженный весь. Пусть расслабится.

- Да ты что! Ему работать надо. К тому же, какой он нам собутыльник? Нам таких собутыльников не надо.

- Папа, ну пожалуйста! - жалобно сказал данмер, - Ну очень тебя прошу, ну я же мечтаю с ним познакомиться, это же такая фигура! Ты мне пропуск выпиши, а я сам за ним сбегаю, а?

- Ну… что ж… – растерянно сказал Дагот Аэрод, – Дело доброе. Хотя его вряд ли выпустят. Может, сначала бухнем, а я потом тебе пропуск дам? Сходишь, поговоришь, по трезвости.

- Нет! Нужно сейчас!

- Ну, хорошо, сейчас сделаю.

Спящий пододвинулся к столу и достал из ящика перо, чернильницу и пергамент. Пока папа составлял документ, данмер нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

«Чего он там копается, старый осел?! Сколько ж можно!»

- Пап, ты что-то медленно пишешь, - сказал он вслух, - Ты что, совсем пьяный, да?!

- Да ты не кипятись, – неловко сказал папа, - Я потрезвее тебя буду.

- Ну да, опять напился в говно, того и гляди, свалишься!

- Да ладно тебе, сынок, не свалюсь. Меня так просто не свалишь. Да и напиться я еще не успел. Спорим, я сейчас столбик из табуреток построю? До самого потолка?

- Пиши!

- А спорим, ящик бренди моего выпью и столбик построю? А? На двести монет спорим? - спящий уже ставил подпись.

- Какие двести монет, старик, ты с ума сошел!!! - взбесился данмер.

Аэрод отложил перо и медленно повернулся к сыну.

- Ты чего встал?

- Странно это все… Не дам я тебе пропуск. Мы с тобой лучше к этому Майрону вместе сходим. Подождем немножко и сходим. Хотел бы и я на него посмотреть.

Данмер стоял, стиснув кулаки, и смотрел на отца. Сначала злобно, потом озадаченно.

«Черт, действительно странно… откуда вообще взялся этот упырь? Да нет, глупости, конечно, подозревать его в чем-то, просто я его, кажется, никогда не видел. Странно, знаю его столько лет, и никогда не видел. Ах, черт, оставь ты эту паранойю! Не видел… подумаешь, не видел»

Незнакомец внезапно появился прямо перед Аэродом, лицом к лицу, выбрасывая руку вверх. Черный даэдрический кинжал вонзился спящему под подбородок и изнутри пробил череп. Это было последним, что данмер успел увидеть перед смертью.

Гарри и Кай, облаченные в одежды пепельных упырей, стояли над покрытым язвами трупом и аккуратной кучкой пепла.

- Ну-ка, глянь, что там.

Гарри взял со стола пропуск и прочитал:

- «09 в присутствии. Требование не запрашивать. Пропустить в лабораторию. Дагот Аэрод, 25 Зк, 409 ТЭ». Подпись, – он немного помолчал и решил высказать свое мнение, – Непонятные слова. Если будет возможность проникнуть туда без бумажки, то бумажкой лучше не пользоваться. Не понятно, какую информацию он сюда вложил. Может быть, это безобидные формальности. Может, закодированные сообщения. Может, еще что.

- Согласен. Пойдем, посмотрим.

Они спокойно прошли мимо кланнфира, вышли в зал Маки и начали подниматься наверх.

- Пить хочу, - сказал Гарри.

- Я тебе уже сказал, что ты все выпил.

- Может, мне тебя укусить?

- Нет.

Огненный астронах патрулировал узкий каменный мост без перил, установленный над залом. Увидев вампиров, он посторонился, уступая дорогу. Они вошли в еще один темный коридор и остановились перед дверью слева.

Интерком внезапно разразился срочным сообщением:

- Внимание! Внимание! Во внутреннем кольце не досчитались одного дозорного! Во внутреннем кольце не досчитались одного дозорного! В крепости посторонний! Повторяю: в крепости посторонний!

- А вот это плохо. Ну-ка, глянь, что там.

- Кай…

- Загляни, загляни.

Гарри с недовольным видом включил затемнение и прошел через дверь.

- Зал,-– сообщил он, вернувшись,-– У противоположной двери два охранника в силовых доспехах с пистолетами Гаусса. Я бы проскочил. Еще там пепельный упырь и десять ловчих в два ряда: у левой и у правой стенки. В середине статуя.

- Хорошо. Иди к двери и приготовься убить упыря. Пропуск теперь использовать рискованно. Как только гвардейцы начнут падать, тюкни упыря и возьмись за ловчих слева.

Кай спокойным шагом пошел в сторону лаборатории. Поравнявшись со статуей, он начал атаковать. Гарри немедленно раскрылся. Через три секунды все противники упали на пол. Тишину темных подземелий не разорвал ни один выстрел. Десять ловчих лежали с эбонитовыми звездочками в горле. Упырь получил удар кинжалом в грудь. Гвардейцы просто взорвались внутри своих доспехов.

Вампиры бегом спустились по лестнице и принялись обыскивать камеры. Камер там было ровным счетом десять штук. В них стояло множество различных лабораторных установок, в которых постоянно что-то булькало, переливалось и шипело. Добравшись до самой дальней, Гарри позвал кардинала. Тот немедленно вбежал в комнату и встал рядом с ним.

У дальней стенки над железным столом склонился невысокий Носферату. Только это был совсем не тот Носферату, которого они помнили. Тот был тощий и яйцеголовый, а у этого под кожей, полностью покрытой язвами, перекатывались горы могучих мускул.

Дагот Майрон повернулся и вопросительно посмотрел на посетителей. Гарри снял маску.

- Ты! - удивленно воскликнул Майрон, - Как ты сюда попал?

Кай тоже снял маску.

- И еще один! Приперлись два придурка! Вы за мной? Думаете, я с вами пойду? Хрен! Мне и тут хорошо! Жрать дают, наркоту дают, по идиотским заданиям не гоняют! Идите к черту, не то я щас охрану позову!

Вампиры переглянулись. Сзади донеслись какие-то голоса и топот множества ног по лестнице. Гарри немного постоял в нерешительности, потом надел маску и вышел в коридор.

- Что происходит? - раздался из-за двери его голос, - Что все это значит?! Почему мешают работать?!

- Завтра Когорун будет атакован, - быстро заговорил Кай, - Это секретная база, которую Анклав расположил в глубине вражеской территории. Она не предназначена для обороны…

- Сэр, там весь зал завален трупами! - прокричал чей-то хриплый голос, - Это я хотел спросить у вас, что все это значит!

- Крепость не выстоит, – продолжил кардинал, снова надевая маску, - Как бы тебе не попасть под нож, мальчик.

- Ты, кажется, не заметил, с кем разговариваешь, сержант! - процедил Гарри.

- И что? - нервно отозвался Майрон, - База надежно спрятана! Кругом каньоны! Кто знает-то об этой базе, кроме тебя и Гарри?

- Я знаю, с кем разговариваю, где и при каких обстоятельствах! И не надо учить меня выполнять свой долг! Ваш пропуск, пожалуйста!

- Раз знаем мы, значит, знает и вся Камарилья!

- И кто же придет атаковать? Вампиры? - насмешливо спросил алхимик.

- Да что вы себе позволяете?!

- Дайте документы, или я прикажу вас убить!

- Да, вампиры. И крепость падет, - Кай протянул Майрону бутылочку, - Это зелье вмешательства АЛЬМСИВИ. Выпей.

- Ладно! Вот ваш пропуск, подавитесь!

- АЛЬМСИВИ? - алхимик хоть и удивился, но зелье взял, - Ты что, меня же убьют!

- Не убьют.

- О чем это вы тут разговариваете? - спросил раб пепла, некстати заглянувший в дверь.

Кай повернул к нему голову и ответил с пренебрежением:

- Не пытайся вникать. Тебе не понять наших мыслей.

- Но там же стражники…

- Послушай, я сказал, что не убьют, значит, не убьют, перестань препираться! И так времени в обрез! Ты нам живой нужен, понял? Хотели бы убить, давно бы убили!

- Да, документы у вас отличные, - удовлетворенно сказал сержант, - С документами у вас все в порядке. Взять его!

Кай выхватил какой-то свиток, прочитал заклинание и исчез.

- Черт! Куда он подевался?! - закричали за дверью.

- Он невидимый!

- Ищите его! Ищите его на ощупь! Не дайте уйти!

Но Гарри уже ушел. Он появился у здания храма в Альд’руне рядом с Каем. Над городом нависла светлая звездная ночь. Кардинал стоял без маски перед двумя стражниками и убеждал их, что все в порядке и никаких врагов поблизости нет. Носферату начертил в воздухе знак возврата и снова исчез.

- Успокойтесь, господа, успокойтесь, ну вы же видите, что я человек, все в порядке. Почему в такой одежде? Да прикольнуться решил над приятелем, все нормально. Ну, посмотрите на меня! Какой я культист? У меня даже корпруса нет. Да, тот парень тоже был нормальный человек. Нет, доказать вам этого он не сможет. Он уже далеко. Да какая вам разница, где? Ну, разойдитесь, разойдитесь, хватит глазеть.

Стражники, которых набралось уже пятеро, постепенно начали расходиться, как вдруг из воздуха материализовался Дагот Майрон во всем своем коричневом великолепии. Кай заслонил алхимика своим телом, и стражи порядка опять принялись кричать и ругаться, требуя объяснений.

- Успокойтесь, господа, все в порядке! Секретная операция империи! Это Мирон, он абсолютно безопасен. Да успокойтесь же вы, он мухи не обидит! Мирон, выпей. Как кто? Я имперский офицер! Да? А может, вам еще всех моих начальников и подчиненных перечислить, и адреса их дать? Не скажу, какая у меня должность, это секретная должность. Вот! Видите? Он выздоровел! Он больше не болен! Вам совершенно нечего опасаться. Да, это лекарство от корпруса, но оно не для всех. Почему не для всех? Господи, ну, наконец-то!

К храму подбежали какие-то люди в черных одеждах и быстро перебили свидетелей. Мастер-шпион схватил Мирона за локоть, надел маску и крикнул:

- Уходим.

Они покинули двор храма и побежали в сторону Красной Горы. Из города к ним мчалось еще несколько стражников, но догонять преступников они явно опасались.

Печальная обстановка сложилась в стране. Все лучшие воины отправились в войска, а поддерживать порядок в городах было некому.

Вампиры еще некоторое время петляли по переулкам, а потом бесследно скрылись где-то в горах.
Сельдус рассеянно наблюдал за силт страйдером, неторопливо шагающим по каменистой равнине. Это был старый данмер, слегка расплывшийся и одетый в потрепанные лохмотья светлой ткани. На глазок ему можно было дать лет двести-триста, где-то так.

На спине у приближающегося насекомого кроме погонщика разместилось два имперца в черном и какой-то низенький широкоплечий тип в глухом шлеме и костяных доспехах. Когда путники подошли достаточно близко, Сельдус нехотя поднялся и забрался на своего силт страйдера.

- Гнисис?

- Альд’рун, – отозвался погонщик, приближаясь к пристани.

Данмер заметно оживился и погнал своего питомца в Альд'рун. Любой нормальный погонщик меньше всего хотел бы попасть на север Вварденфелла. В этих местах спокойно можно было застрять денька на два и ни септима не заработать. Здесь, в Хууле, народ не очень-то стремился куда-то ехать. Размеренная и спокойная жизнь на краю света не требовала от населения большой мобильности. То ли дело юго-запад! Вот где погонщику раздолье!

Ладно, фиг с ним, с Сельдусом. Не о нем рассказ. Трое путников оставили погонщика скучать над обрывом, а сами отправились искать корабль. Первые постройки начинались в двухстах метрах впереди, оставляя между портом силт страйдеров и деревней изрядный кусок пустого пространства. Закованный в доспехи тип подумал, что их никто не слышит и решил немного распустить язык.

- Так значит, все базы Шестого Дома вам известны?

- Мы простые солдаты, – отозвался один из имперцев, - Мы ничего не знаем.

- Н-ну-ну, – с умным видом протянул тип, - И вы их все, конечно же, уничтожите.

- Захватим, – машинально поправил второй.

- Захватите. Очень интересно. Если учесть, что кроме этой информации ничто меня здесь не держит, можно усомниться в ее подлинности, не так ли?

- Есть еще мы.

Наступила минута молчания.

- Причем здесь вы? – не выдержал тип.

Простые солдаты дружно рассмеялись.

- Он не понимает!

- Вот уморил! Великий мозг алхимии!

- Последняя надежда империи! Чтоб мне провалиться!

- Хватит! - взбесился тип.

- Ладно, ладно, парень, извини.

- Не сердись, парень, мы прикалываемся.

Парень еще какое-то время беззвучно шевелил губами под непроницаемым шлемом, но потом все же проглотил обиду. Оставшуюся часть пути он шел, надутый как пузырь, и ни с кем не разговаривал.

А часть пути оставалась немаленькая. Сев на корабль, они проделали маршрут Хуул - Дагон Фел - Тель Мора - Вос, переночевали в местном трактирчике тельванийского исполнения, затем пешком пошли на север, через Тель Вос, по побережью, в район Эшленда, затем на юг по какой-то фаяде, через некоторое время свернули на запад, прошлись по серпантину и к вечеру прибыли к большим расписным воротам.

Ворота были высокие и закругленные кверху. Они закрывали какой-то проход в скале. Створки были вырублены из черного камня и хорошо выделялись на фоне бледно-желтых скал. На каждой из них имелось по три секции со стилизованными изображениями звезды и двух лун.

- Ну, теперь-то можно снять эту дурацкую штуку? - сердито спросил широкоплечий тип.

- Снимай.

Он стащил с головы шлем, открыв миру свою коричневую физиономию. Взгляду удивленного читателя предстал не кто иной, как алхимик Мирон.

- Где мои таблетки?

- Таблетки потом. Ну-ка, попробуй открыть.

Носферату подошел к воротам и уперся в них обеими руками. Створки начали разъезжаться в стороны, открывая темный провал пещеры. Из глубины прохода раздался отчетливый женский голос:

- В рассветный час, когда светит звезда Азуры…

Тройка путников невольно подалась назад и начала прислушиваться. Солдаты достали пистолеты. Продолжения не последовало.

- Сдается мне, что она не все сказала, - заметил один из имперцев.

- Да и не рассвет сейчас, а закат. Недоработочка вышла, - отозвался второй, - Но нас больше интересует, что внутри.

Они зажгли факелы и двинулись внутрь. За коротким туннелем оказался небольшой зал со статуей Азуры в центре. Над раскрытыми ладонями даэдры парило маленькое сверкающее колечко. Вокруг статуи сидело шесть истлевших трупов. Больше ничего подозрительного обнаружить не удалось.

- Все чисто, - констатировал солдат, - Попробуй взять кольцо.

Имперцы с факелами встали по бокам от туннеля и приготовились ко всему. Мирон протянул руку и коснулся кольца. Азура надменно смотрела на него сверху вниз. Ничего не происходило. Тогда он потянул кольцо к себе и надел его на палец.

В пещере по-прежнему было тихо.

- Что-то не так, - раздался тревожный голос из-за спины.

- Здесь кто-то есть! - подтвердил второй.

Прямо из статуи навстречу Мирону выступил призрак данмера в коричневой робе. Он молча пошел прямо на алхимика и нырнул в его тело, как в реку.

Носферату упал на колени и согнулся от дикой головной боли, упершись лбом в основание статуи.


- Двадцать шесть! - крикнул Эрур Дан своим тюремщикам.

Огромный одноглазый орк в имперской кирасе схватил его за волосы и перехватил голову так, чтобы пленник в полной мере мог насладиться его зловонным дыханием.

- Где они прячутся?

- Бешара.

Данмер дрожал от холода, стонал от боли и задыхался от унижения. Он лежал на каменном полу недавно построенной темницы в Эбенгарде, его правая рука была сломана, кожа покрылась ожогами, а из глаз текли слезы. Вокруг стояли четверо н'вахов, которым он только что выдал местонахождение своей группы.

- Близко вы к нам подобрались, - заметил орк, отходя к двери, - Прикажете казнить?

- Нет, – сказал пожилой имперец в форме клерка, - Отдайте его на суд Великих Домов. Пусть данмеры казнят.


Ему не суждено было умереть на виселице. Из Эбенгарда его отправили в Альмалексию, столицу некогда свободного королевства. На обломках старого Морнхолда уже успел вырасти величественный храм. В одном из его залов Эрур Дан предстал перед самой богиней.

Она была красива. Этого у нее не отнимешь. Но смотреть на нее без содрогания данмер не мог. Механические конечности из чистого серебра сверкали в свете факелов. Золотая кожа на спине кимерессы ощетинилась короткими стеклянными иглами. Две узорчатые эбонитовые чаши закрывали грудь. Непроницаемые желтые глаза не имели ни зрачков, ни радужных оболочек. Огненно-рыжие волосы были собраны в аккуратный пучок, а пальцы мертвой хваткой сжимали рукоять горящего синим пламенем меча.

Они молча стояли друг перед другом, ожидая, когда собеседник начнет разговор.

- Ты не очень-то спешишь поприветствовать свою королеву, - сказала, наконец, Альмалексия.

- Император был очень любезен, оставив тебе этот титул, моя госпожа.

- Не горячись. Ты был бы мертв, если б не я. Имперские форты уже строятся по всему Морровинду, и жалкая кучка недовольных ничего не сможет сделать. Они обречены на смерть. Но у меня для тебя есть занятие поинтереснее, чем болтаться на виселице.

- Я ничего не буду делать.

- Выслушай меня. Возможно, тебя это заинтересует. Дело в том, что ты родился в весьма удачное время. Тебе предстоит исполнить пророчества Семи Видений и стать Нереварином…



Красная Гора. Цитадель Дагота Ура. Моровые твари наседают со всех сторон. Патроны давно закончились. Эрур Дан бешено вращал копьем, направо и налево раздавая смерть. Но их было слишком много. Герой четырех племен данмеров, наставник домов Редоран, Индорил и Дрес, отступал, несмотря на великолепное боевое мастерство. Его оттеснили к обрыву и сбросили в бассейн с лавой. Своды двемерской крепости огласил полный отчаяния предсмертный крик.


Справа от Мирона появился еще один призрак.

- Подожди! Не так быстро! - крикнул алхимик, выставив руку ему навстречу.

Но призрак уже влился в него, снова заставив вампира взвыть от боли.


Шла жестокая битва между данмерами и аргонцами. Огромный вулкан извергался над двумя армиями, сотрясая воздух громовыми раскатами. Комки раскаленной лавы и пепла вперемешку с фугасными минами сыпались на головы солдат.


- Стойте! – взмолился Мирон, - Помедленнее!

Еще четыре призрака со всех сторон, перекрывая друг друга, ввалились в его тело.

- Оставьте меня!

Алхимик чувствовал, что мозги скоро расплавятся. Голоса в голове звучали громче его собственных криков.


Четыре племени должны назвать тебя Нереварином.


Мирон корчился на полу и кричал от боли.


Я философ, а не воин. Что я мог сделать?


– Перестаньте! Прекратите! Да что же это!


Три дома должны назвать тебя Наставником.


«В этот раз Король Кимеров был вооружен, облачен в доспехи и окружен свитой, и резко разговаривал с Думаком Гномо-Орком, королем Красной Горы…»

Эйн Териа услышала шаги за дверью, подскочила и быстро спрятала рукопись в тайник. В ее кабинет ворвались трое ординаторов. Она поняла, что карьере пришел конец
.

Мирон не выдержал такого наплыва информации и провалился в состояние, граничащее с бредом. Вокруг него вертелись какие-то образы и обрывки воспоминаний, постепенно складывающиеся в единое целое. Потом он увидел зал какой-то двемерской постройки. По периметру стояли сломанные турели, а в углу сверкала искорками и исторгала едкий серый дым одинокая компьютерная консоль. В середине комнаты лорд Ворин Дагот стоял над поверженным Кагренаком. Последний двемерский джедай лежал на правом боку и сжимал в руке сопло своего автогена.


Мирон стоял в двух шагах от него, прижимая руку к плечу.

- Чего ты ждешь? - спросил он нетерпеливо, - Добей его, пока он не выкинул какой-нибудь фокус!

Кагренак дернулся из последних сил и направил сопло в сторону дверного проема. Ворин воткнул клинок ему в шею. Струя пламени шириной в руку пересекла помещение и пронзила круглую дверь. Кагренак исчез, оставив после себя только автоген. Позднее Мирон узнает, что в этот момент весь народ двемеров исчез из этого мира.

- Лорд Неревар, – обратился к нему Ворин Дагот, - Посмотри, что этот инструмент сделал с Кагренаком! Мы должны уничтожить его, иначе нам не избежать проблем!

Но Мирон не хотел принимать поспешных решений.

- Может быть, он просто сбежал. Может, он скоро вернется. Мы должны изучить этот инструмент и узнать, что может произойти. Я собираюсь поговорить с королевой и советниками, прежде чем что-то делать. Оставайся здесь и охраняй автоген, пока меня не будет…



Вампир открыл глаза. Н'вахи в черных одеждах склонились над ним и озабоченно обсуждали дальнейшие действия. Мирон встал на ноги и потребовал дать ему меч и пистолет.
- А тебе зачем? – не понял имперец.
- Меч мне нужен для того чтобы рубить гребаных даготов, а пистолет - для того чтобы отстреливать их на расстоянии. Еще тупые вопросы есть?
Голос у него стал совершенно не знакомый, холодный и властный. Солдаты печенью чуяли, что лучше будет ему подчиниться.
- А ты пойдешь с нами в Вивек?
- Правильнее будет сказать, что ВЫ пойдете со мной.
Имперцы осторожно переглянулись и последовали приказу алхимика.
- Хорошо. А теперь верните мне мои таблетки, пока я вас нахрен не порешил!


- Я надеюсь, вы объясните, почему вам приспичило поговорить именно со мной и именно здесь.

- Ну, конечно, всенепременнейше, с преогромнейшим удовольствием и в обязательнейшем порядке, мой дорогой Орвас, сию же минуту все объясним! Я так рад вас здесь приветствовать, вы не представляете!
Риман кричал и размахивал руками. Риман широко раскрывал рот и глазами пожирал своего собеседника. Он был многословен и красноречив, и подобен актеру, играющему роль, но никак не живому человеку, ведущему разговор. Сколько огня было в его глазах, сколько страсти было в его голосе, сколько килогерц было в его неподражаемом фальцете!

- Тогда говори быстрее, потому что я не в восторге от вашего общества, и с удовольствием вышвырнул бы вас обоих вон, если б разговор происходил в моем поместье.

- Душенька моя, разве ты не понимаешь, что мы все это прекрасно знаем? - удивленно спросил Крассиус Курио, - Потому-то мы тебя сюда и позвали! Имей ввиду, что мы оба горячо тебя любим! Но наши сердца наливаются скорбью, ибо явное отвращение на твоей чудесной чернявой мордочке говорит том, что ты совсем не разделяешь наших чувств!

Орвас Дрен нахмурился, склонил голову вперед и пристально посмотрел на Крассиуса. Черный лик данмера необъяснимым образом покраснел. Почуяв скандал, босмер поспешил перейти непосредственно к делу.

- Ну что ж, не будем мучить дорогого советника ожиданием. Мы позвали вас сюда, чтобы вы могли оценить новый литературный подвиг нашего любимого дядюшки Крассиуса.

- Я написал роман, - пояснил Курио, слегка покраснев, - И я собираюсь поставить по нему пьесу. Это будет довольно непристойная пьеса, но, думаю, зрителям понравится.

- Да. И мы хотели бы, чтоб вы его оценили. И дали бы по нему рецензию. Высказали бы, так сказать, свою точку зрения на подобное творчество. Будут ли это восторженные дифирамбы или же жестокая критика - не стесняйтесь, мы все стерпим!

- Я начинающий автор, и мне жизненно необходимы как дифирамбы, так и критика.

- Точно, - Риман достал из-за пазухи листок пергамента и принялся читать его вслух:

«Райнес и Навил.

Вы верно служили мне все эти годы. Мой брат пытается положить конец нашему делу. В последнее время мы теряем около половины всех грузов…»

- Достаточно, – оборвал его Орвас Дрен, – Так ваши шаловливые ручки совались в те места, где им не следовало быть, а? Я вижу, как это бывает.

Он и рад был бы безжалостно истыкать собеседников своим эбонитовым копьем, но в главном зале особняка совета Хлаалу очень некстати оказалось слишком много любопытных глаз.

- Мы нашли это в подвале одного поместья. Кажется, письмо принадлежит вашему перу.

- И что я должен сделать, чтобы вы мне его вернули?
Риман снова замахал руками и заверещал:

- Ну что вы, дорогой друг, как можно! Мы же с вами советники одного Дома! Мы же в одной лодке, опомнитесь! Конечно же, я не собираюсь вам ничего возвращать!

- Чего вы хотите? – совсем уже злобно спросил Дрен.

- Это не для посторонних ушей. Позвольте, я вам на ушко шепну?
Орвас несколько секунд сверлил босмера взглядом.

- Только руки держи за спиной, а то я тебе их отрежу.

Мантильонас потянулся к ушку советника и шепнул туда несколько слов.

– Вот как? - удивился тот, - А зачем?

- Можно, я скажу? - застенчиво попросил Крассиус.

- Конечно, можно, милый, о чем ты спрашиваешь? - поспешил ответить Риман.

- Так, только без словечек из твоего идиотского лексикона и говорить только по делу! - потребовал Дрен, – И руки держи за спиной!

Крассиус сказал советнику еще несколько слов.

- Черт побери, как интересно! - завелся Орвас, - И откуда вы все это знаете?

- Ах, душенька, какой потрясающе наивный вопрос! Он хочет, чтобы ты выдал ему свой источник!

- Ни в коем случае, мой милый друг, извините, но я вам ничегошеньки не скажу.

Проходящая мимо Нилено Дорвейн вежливо поприветствовала гостей и спросила, что за документ они только что читали вслух с таким восторженным упоением. Крассиус Курио объяснил, что это был его новый роман, с которым представительнице совета настоятельно предлагается ознакомиться. Нилено поспешила удалиться, клятвенно заверив Крассиуса, что обязательно прочитает роман. Только не сейчас, а потом.

- Прекрасно, – сказал Дрен, делая шаг назад, - Я обо всем позабочусь. Вам еще что-нибудь от меня надо?

- Нет.

- Тогда я пошел.

Крассиус подождал, пока советник покинет помещение и сказал задумчиво:

- Кажется, на сегодня у нас работы больше нет. Поехали к тебе, тут близко.

- Дорога к моему дому пустынная и заброшенная. Господин Дрен достанет нас там с чрезвычайной легкостью. Поехали лучше к тебе.
На следующий день советник Крассиус Курио, не смотря на всю свою предусмотрительность, скончался в поселении Хлаалу по пути домой. Какой-то шутник в орочьих доспехах подошел к нему сбоку, замахнулся длинным эбонитовым клинком и аккуратно рубанул по животу. Подбежавший ординатор хотел покарать преступника, но тот двумя резкими выпадами виртуозно освободил его от оружия и ударом даэдрического щита по голове уложил отсыпаться. Сделав все это, нарушитель выбежал из плаза и бросился в море по широкой дуге, едва не задев собой нижнюю галерею кантона. На воде его уже ждала специально приготовленная лодка с матерым гондольером на борту. Сообщник кинул преступнику веревку, кое-как втащил его на судно и полным ходом поплыл на остров. С тех пор эту парочку никто не видел.
В тот день советник Мантильонас уединился в храме Вивека и несколько суток провел в молитвах, забыв про пищу, питье и другие потребности. В какой-то момент его все же ненадолго одолел сон, но служители храма, помня о высоком положении Римана, решили не вмешиваться. Через пять часов он проснулся и принялся молиться с удвоенной силой. Благодаря этому, ему не пришлось далеко идти, когда архиканоник Сариони созвал на совет всех самых влиятельных деятелей Великих Домов.
Совет проходил в библиотеке Зала Мудрости, которую предварительно освободили от посторонних ушей. Со стороны Хлаалу присутствовали Мантильонас, Драм Беро и Орвас Дрен. Со стороны Редоран – Болвин Веним, Вавлотиан Хунчи и Атин Сарети. Тельвани представляли новоиспеченный советник Демневанни, Дивайт Фир и господин Арион. Все гости собрались за двумя сдвинутыми прямоугольными столами. Риман, непостижимым образом оказавшийся рядом с Дреном, нервно покусывал губы.
- Так, все уселись? - заговорил Сариони, - Начинаем. Напоминаю, что вопросы, обсуждаемые на совещании, затрагивают темы, находящиеся в храмовых архивах под грифом «совершенно секретно», поэтому охраны здесь нет. Я надеюсь, что вам не придет в голову вспоминать свои вечные разногласия в этой комнате. Сейчас на острове как раз сложилась ситуация, которая располагает забыть эти разногласия не только на закрытых совещаниях, но и повсеместно. Как вы знаете, на западе появилась группировка, обладающая сильным военным и финансовым потенциалом. Сейчас я расскажу вам, что мы о ней знаем.
Анклав - это секта последователей Шестого Дома, или же Дома Дагот, основанная лордом кимеров Ворином Даготом, ныне зовущим себя Даготом Уром, и желающая не только вернуть Шестому Дому право на существование и былую власть, но и покорить всю империю. Их главная база - Анклав - находится глубоко под водой к западу от Горького Берега. Эта база раньше была убежищем Сота Сила, Заводным Городом, поэтому, захватив ее, Дагот Ур получил доступ к самым лучшим двемерским технологиям и технологиям самого трибуна. Что стало с Сота Силом, до сих пор неизвестно. Трибунал скрывал его пропажу несколько столетий. Должно быть, он погиб.
До сих пор Анклав проводил свои интересы, опираясь не на военную силу, а в основном, на Божественную Болезнь, или корпрус, распространением которой занимались культисты, затаившиеся в тайных базах по всему Вварденфеллу. Любой, кто заразится корпрусом, становится потенциальным членом секты, так как только секта знает способы противостоять влиянию, оказываемому этой болезнью на рассудок. Все члены секты заражены.
Дагот Ур - это бессмертный полубог, обладающий внушительной силой, происхождение которой неизвестно. В открытом бою один на один с ним не справилась бы даже Альмалексия.
Это все общие сведения, большей частью вам известные. Судя по всему, Анклав сейчас готов выпустить на нас всю свою армию, накопленную за последние несколько веков. Вторжение должно начаться с запада, но есть вероятность маневра вражеских сил и атаки с любого другого направления. В данный момент войска Великих Домов и Храма расквартированы в Молаг Маре, форте Лунной Бабочки и Фаласмарионе. Они готовы выступать в любой момент. Завтра в порт Сейда Нин прибудет дивизия отборных воинов домов Дрес и Индорил. К вечеру в Вивеке появится взвод рук Альмалексии, возглавляемый самой богиней. Это все, что мы можем сделать, но факты говорят о том, что сил противостоять Даготу Уру нам не хватит. Этот вывод вытекает из тех сведений, которые Храм не намерен раскрывать. Итак, что бы мы ни делали, но если дойдет до сражения, то мы проиграем.
- Простите, ваше преосвященство, - осторожно перебил его Сарети, - Вы сказали, что мобилизованы все войска Великих Домов на острове, и ожидается подкрепление с материка. И Храм тоже подготовил все свои войска, причем сама Альмалексия поведет их в бой. И после всего, у нас нет никаких шансов?
- Позвольте, но это же вздор! - подхватил Орвас Дрен, - Такая армия может противостоять не то что какой-то секте, но всему Тамриэлю! Да разве можно так легко ее разгромить!
Сариони поднял руки ладонями вперед.
- Господа, не спорьте, пожалуйста. Я сказал, что существует причина, по которой у наших объединенных войск нет никаких шансов. Она заключается даже не в численности их армии и не в огромном технологическом отрыве. Хотя уже эти два фактора позволяют усомниться в наших возможностях.
- Одну минутку, господин Сариони, - заговорил Беро, - Вы говорите, что у вас есть сведения, согласно которым мы должны изменить все наши планы…
- Этого, - перебил его архиканоник, - от вас не требуется!
- Допустим. И, тем не менее, эти сведения представляют огромную ценность. Они играют ключевую роль в проблеме Анклава. Но вы не хотите нам их раскрывать, так как это идет вразнос с вашими интересами. Откуда нам знать, какие мотивы кроются за всем этим? Почему мы должны вам доверять, если вы нам не доверяете?
- Сначала дослушайте до конца, а потом уже делайте выводы…
- Кстати говоря, по поводу численного превосходства, которое вы упомянули, - сказал Баладас, - Откуда у вас сведения касательно численности их армии?
– Эту армию, как я уже говорил, набирали несколько столетий.
- М-м. А что насчет технологического отрыва?
- Анклав возник на базе Заводного Города.
- Ясно, - Демневанни откинулся на спинку стула.
Сариони поставил локти на стол, скрестил пальцы и подался вперед.
- Хорошо. С вопросами разобрались. У данмеров существует пророчество о Нереварине, запрещенное Храмом как еретическое учение. На самом деле, согласно тайным сведениям Апографы, пророчество действительно имеет место. И, более того, Храм с давних пор пытается его исполнить. Оно заключается в том, что придет герой, который станет воплощением лорда Индорила Неревара, и уничтожит Дагота Ура. В эшлендерской интерпретации он должен изгнать чужеземцев из Морровинда, но здесь они уже все переврали. Этот герой появлялся несколько раз, но раньше он всегда погибал, так и не решив проблему Анклава. Сейчас он появился снова, и мы опять готовы попробовать.
Это алхимик из Хай Рока. Его зовут Мирон. В Морровинд его отправили личным указом императора. Документы, которыми его снабдили в имперской канцелярии Сейда Нин, находятся на столе. Вы можете ознакомиться с ними прямо сейчас, – руки нескольких советников потянулись к бумагам, – Он был превосходным алхимиком, но совсем не умел сражаться. Вначале это сбило нас с толку. Ему предстояло биться лицом к лицу с Даготом Уром. Он должен был оказаться воином, а не ремесленником. Воплощенный Неревар не идет в сравнение с обычным смертным как боец. С самого рождения он обладает талантами либо в области боевых искусств, либо в области магии, которые дают ему преимущество в сражении. Никаких особых талантов, вопреки ожиданиям, у Мирона обнаружено не было. За короткий срок он неплохо обучился стрельбе из винтовки, но все же от него можно было ожидать совершенно других результатов. Какое-то время мы думали, что император ошибся, но, тем не менее, было решено поручить Мирону несколько боевых заданий. Мы надеялись, что в определенных условиях в нем откроется что-то, что мы упустили. В конце концов, это случилось. Во время операции на вертолетной базе Наварро наш наблюдатель увидел, как Мирон принимает боевые наркотики собственного производства. Того, что он принял за один раз, хватило бы на убийство нескольких табунов лошадей. В нем вдруг обнаружилась прямо-таки сверхъестественная устойчивость к алхимическим препаратам. И он, похоже, давно об этом знал. После этого он был атакован слугами Шестого Дома и подхватил корпрус. Нам удалось вылечить его через некоторое время новым снадобьем Дивайта Фира, – все с любопытством посмотрели на владельца Корпрусариума, – На обычных людей это лекарство производит слишком сильный эффект. Последствия его приема всегда фатальны. Но, помня об изумительной устойчивости нашего героя к любым препаратам, мы рискнули испытать зелье на нем. И не просчитались. Сам корпрус не прошел, но все отрицательные эффекты его исчезли, оставив только бессмертие, иммунитет ко всем болезням и титаническую мускулатуру. Таким образом, было пройдено второе испытание Семи Видений. О третьем испытании нам рассказал плененный ашхан племени Уршилаку. Он должен был посетить Пещеру Воплощения и забрать оттуда символ Луны-и-Звезды. Это оказалось кольцо, изготовленное самой Азурой. Во время пребывания в той пещере Мирону явились призраки прошлых героев, пытавшихся пройти испытания. «Неудавшихся инкарнаций», как называют их эшлендеры. Это был первый раз, когда слуги Храма увидели, что происходит в Пещере Воплощения. Раньше герои либо действовали без ведома Храма, либо просто не нуждались в сопровождении до тех мест. Считалось, что после посещения пещеры в инкарнации «просыпается» Неревар, и ее личность начинает меняться, дополняясь воспоминаниями возрождающегося короля Морровинда. Теперь стало известно, что все предыдущие инкарнации вместе с текущей сливаются воедино, образуя новую личность, которая оказывается с каждым разом все сильнее и сильнее. Таким образом, третье испытание было завершено. У нас не было времени по-хорошему доносить до сознания дикарей необходимость признать Мирона Нереварином, поэтому мы захватили их в плен и заставили это сделать. Четвертое испытание пройдено. Четыре племени назвали его Нереварином. Чтобы пройти пятое испытание, необходимо участие Великих Домов, - Сариони сделал паузу и подвел итог, - Три Дома должны назвать его Наставником. Для этого я вас здесь и собрал.
Все зашевелились и начали переглядываться.
- Это что - шутка? Я не собираюсь отдавать титул Наставника Хлаалу первому встречному!
- Может быть, вы сначала покажете нам этого Мирона? Никто из нас его до сих пор не видел!
- Точно! Покажите его нам хотя бы!
- Так, господа, успокойтесь! - громко сказал Сариони, - Никто не требует от вас вверять ему все свои войска. Это просто формальность. Вы назовете его Наставником, но де-факто он не будет иметь никакого влияния. Для спасения мира не так уж и много, а для пророчества более чем достаточно.
Наступила пауза. Орвас Дрен заговорил первым:
- По-моему, здесь какой-то подвох. Вы, все-таки, покажете нам этого героя?
- Я не знаю, где он.
Советники с интересом смотрели на архиканоника.
- Он пропал. Возрожденный Неревар обычно действует отдельно от Храма. Он держит свои планы при себе. Но его цели прозрачны. Вам остается только признать его Наставником, а все остальное отдать ему на откуп. Позволить ему самостоятельно разобраться с Даготом Уром.
- Отдать титул Наставника какому-то проходимцу, которого мы даже не видели - это уму непостижимо! - воскликнул Веним.
- Вы требуете немного, но я не знаю, можно ли вам доверять, - сказал советник Арион, - Слишком мало мы знаем об этом деле. Я не хочу брать кота в мешке. Вы слишком много скрываете. Расскажите нам больше.
- Я - против, - заявил Орвас Дрен, - Не люблю, когда меня водят за нос и не считают нужным посвящать во все подробности дела. Я не марионетка, чтобы вы мной так распоряжались.
Толер Сариони встал из-за стола и возмущенно оглядел присутствующих.
- Господин Дрен, вы не можете оставить свою гордыню даже перед лицом такой опасности! Что вы за советник!
- Я не вижу опасности, которая может угрожать той армии, которую мы собрали. Вы сказали, что такая опасность есть, но не изволили объяснить, в чем она заключается. И чего вы от меня ждете?
В дверь постучали. Сариони подошел к выходу и с беспокойством спросил:
- Что случилось?
- Нам подбросили посылку. На ней написано: «В библиотеку Зала Мудрости Вивека, Толеру Сариони лично в руки». Здесь большой железный ящик с каким-то человеком внутри. Он изо всех сил рвется наружу и кричит, что он Нереварин! Черт, он сорвал крышку! Держите его!
За дверью послышались звуки рукопашной схватки. Советники повскакивали с мест и достали оружие. Тельванийцы приготовились произнести боевые заклинания. Риман сделал несколько шагов назад.
Дверь открылась, и в помещение вошел Мирон. Из одежды на нем был только рваный коричневый халат. В руке он держал какую-то бумажку, сложенную в несколько раз. Вампир неторопливо развернул ее и прочитал вслух:
- «Тот, кто ворует героев у народа, недостоин называться вором. Возвращаем украденную надежду. С наилучшими пожеланиями, Бал Молагмер»
Он смял письмо и швырнул его на пол.
- А вот и ты, хитрая сволочь! - сказал Мирон, уставившись на Орваса Дрена.
Раздался щелчок. Советник Дрен держал вампира на мушке. Он еще несколько раз нажал на курок, потом достал обойму и убедился, что все патроны на месте. Риман приставил ствол к его голове.
- Не шевелись, мой сладкий, не дергайся. Сейчас ты за все ответишь, - в глазах босмера заиграл болезненный огонек.
- Сточен боек, да, Риман? - спросил Дрен, - Значит, это все твои прихвостни, чертов ты наглец!
Мирон указал пальцем на советника.
- Этот данмер похитил меня из гостиницы, когда я спал. Он собирался выдать меня Даготу Уру как перерожденного Нереварина.
- Что за чушь! Да я же в первый раз его вижу, этого урода! Лорд архиканоник, вы в своем уме? Неужели ЭТО и есть ваш Нереварин? Скажите, пожалуйста, что это ошибка!
Слегка побледневший Сариони провел рукой по волосам и спокойно сказал:
- Вообще-то, он говорит правду. Это действительно Нереварин. И… нам, действительно, неизвестны обстоятельства… нам не известно, как и почему он пропал. То есть, возможно, что и не по своей воле.
- Неужели это Корпрус его так изуродовал? - с сомнением протянул Дивайт, - Впрочем, я не знаю других причин, по которым он мог бы так выглядеть.
Болвин Веним повернулся к Фиру.
- Но вы же работаете с этой болезнью! Неужели вы не можете распознать симптомы? Твари корпруса выглядят не так! Подумайте! Не может быть, чтобы Лорд Неревар… оказался этим коричневым ублюдком!
- Ты шпион Шестого Дома! - рявкнул Мирон, - Я убью тебя и всех твоих сообщников вместе с Даготом Уром! Отойди, босмер, я сам с ним разберусь!
Риман убрал пистолет и отбежал назад. Орвас попытался начертить знак Возврата, но Мирон с разбегу повалил его с ног. Советник вытащил меч. Вампир наступил ему одной ногой на запястье, другой на плечо. Противник был обездвижен.
- Я ни разу не видел тех, кто исцелился с помощью моего лекарства, поэтому не знаю, как они выглядят, - ответил Фир, - Но, кажется, что корпрусом он все-таки переболел. Я мог бы провести на нем ряд тестов, чтобы это подтвердить. Если он не будет против.
Мирон отобрал у Дрена меч и перерезал ему горло.
- Очень грубо и неэтично. Убивать советника прямо на наших глазах. Кто учил вас манерам?
- Ладно, грубость грубостью, а советник Хлаалу умер. И мне это нравится.
Вампир положил меч, встал и обернулся к присутствующим.
- У меня было много имен, но сейчас меня все называют Мироном из Хай Рока. Я Неревар Перерожденный. Дайте мне титул Наставника, и я пойду убивать Дагота Ура.
- Нет, - отрезал Веним, - Я не дам тебе титул Наставника Редоран. Этот титул может носить только самый достойный. А ты какой-то мутант и проходимец.
- Ах, так? - Мирон подошел к Болвину поближе, - Тогда я хочу, чтобы вы все имели ввиду, во избежание недопонимания, что я убью Дагота Ура любой ценой. И я убью всех, кто мне помешает.
- Это что - угроза? - удивился Веним.
- Это вызов.
Советник брезгливо посмотрел на вампира исподлобья и сказал:
- Тогда встретимся на арене через полчаса. Деремся насмерть на мечах, и никаких наркотиков. Раздобудь себе оружие, самозванец.
Он встал и вышел за дверь.
- Дом Редоран, - сказал Атин Сарети, - всегда верно служил Трибуналу. Я поддержу вашу инициативу и употреблю все свое влияние, чтобы убедить других советников. Хотя мне и не нравится ваша скрытность.
- Я сначала посмотрю, как он сражается, - задумчиво протянул Хунчи, - Я назову его Наставником, если он победит Болвина в честном бою.
- Хлаалу готовы признать его Наставником уже сейчас, - сказал Риман, - После смерти Дрена другие советники сделают так, как мы скажем. Правда, Драм?
Драм Беро почесал в затылке и неохотно ответил:
- Да, наверное, это будет разумно.
Тельвани, которые до этого момента вяло переговаривались между собой, наконец, замолчали. Советник Арион взял слово.
- Для нас не проблема признать его Наставником, если речь идет только о титуле безо всяких привилегий. Но сначала Дивайт проведет на нем несколько тестов, которые покажут, болел ли он корпрусом в действительности. Я полагаю, что мы сможем убедить других советников с нами согласиться.
- Отлично, - бодро сказал Мирон, - Приступайте скорее. Лорд Сариони, мне нужен полный набор стеклянных доспехов и длинный эбонитовый меч.
- Я распоряжусь, - с этими словами Толер Сариони тоже покинул помещение. Оставшиеся Хлаалу и Редоран последовали за ним.

Через час Нереварин, облаченный в новенькие доспехи, слегка заляпанные кровью, встретился с архиканоником у подножия дворца Вивека.
- Ну что, все советники назвали меня Наставником?
- Оставь это мне. Сейчас тебе предстоит встреча с самим лордом Вивеком. Это совершенно уникальное событие в нашей практике. Ни одна из предыдущих инкарнаций не удостаивалась такой чести. Ах да, тебе же это известно. Вот, возьми ключ. Он открывает вход в покои Вивека. Там стоит большой компьютер. Пароль системы - «Снуки». Остальное он тебе сам расскажет.
- Кто расскажет?
- Лорд Вивек. Ну, ты понимаешь… источник божественной силы трибунов - это их механизированные тела, работающие от атомных батареек. Используя ГЭКК, найденный Кагренаком под Красной Горой, они стали бессмертными богами. Альмалексия, например, превратила себя в машину для убийства. А Вивек убийствами не увлекается, он ведь у нас поэт…
- Я не понял. Лорд Вивек - компьютер?
- Ну, ты сам подумай, если разобраться, зачем ему быть человеком? Он ведь столетиями из дворца не выходит. И не надо на меня так смотреть!
Мирон ошеломленно таращился на Сариони. Чтобы скрыть неловкость, лорд архиканоник решил сменить тему.
- Да, и извини нас за то похищение. Надо было выставить охрану получше. Риман с Крассиусом, оказывается, с самого начала все просчитали. Им давно было известно, что Дрен работает на Анклав. И об этом совещании тоже. У них очень широкая шпионская сеть. Они дали Дрену знать, что готовится совещание, на котором Нереварина должны признать Наставником. Дальше Орвас действовал очень предсказуемо. Вот только они никак не ожидали, что он убьет Крассиуса.
- Понятно, – Нереварин понизил голос, - Лорд Сариони, у меня еще одна просьба. Мне нужно встретиться с Каем.
- Нужна кровь?
Вампир кивнул.
- После разговора с Вивеком спустишься в каналы под дворцом. Тебе там устроят настоящее пиршество. А теперь иди.

Вивек оказался огромным серым ящиком, опутанным проводами, который стоял на сваях, торчащих из середины комнаты, и издавал ровный жужжащий звук. Прямо перед ним находился монитор с изображением лысого кимера, наполовину пепельного, наполовину золотого.
Изображение начало двигаться, изобразив элегантный поклон. Из динамиков, установленных под потолком со всех сторон, раздался мелодичный голос:
- Спасибо, что пришел, Мирон из Хай Рока. Я полагаю, ты уже вспомнил историю, что приключилась с тобой во время войны с двемерами. Сердце Лорхана, легендарный ГЭКК, находится в распоряжении Дагота Ура. Черпая мощь из этого источника, он стал намного сильнее любого из нас. Ты готов с ним сразиться?
- Да. Я слышал, Призрачный Страж сейчас у тебя?
- Верно.
В полу перед Мироном открылся люк, и оттуда медленно начал выдвигаться стальной постамент со странным прибором. Это был рюкзак с двумя баллонами и отходящими от них шлангами, которые сходились в короткую эбонитовую трубку с крестовиной и железным тумблером.
- Призрачный Страж - это последний джедайский автоген, созданный самим Кагренаком. Единственный инструмент, которым можно разрезать ГЭКК.
Мирон надел рюкзак, взял трубку и щелкнул тумблером. Из нее тут же вырвалась тонкая струя синего пламени длиной в руку. Нереварин пару раз махнул струей из стороны в сторону.
- Отдача большая, - проворчал он, выключая автоген, - Не привык. И струя при вращении искривляется. На сколько его хватит?
- Еще год непрерывной работы. Эта струя перерубит любой меч и доспех.
- Хорошо. Мне хватит. Я пошел?
- Тебя ждет корабль в порту Эбенгарда. Не подведи.
Мирон неопределенно махнул рукой и отправился спасать мир.
«Внимание! Внимание! На борту посторонний! Всему персоналу собраться в зале номер пятнадцать! На борту посторонний! Всему персоналу собраться в зале номер пятнадцать! Внимание солдатам! Собраться по периметру внутренней оборонительной зоны! Закрыть все двери!»

В соседнем помещении раздался глухой удар и звук разбитого стекла. По интеркому пошли помехи.

«Вним… дат…»


Удар повторился. На этот раз динамики окончательно заглохли.

В самой глубокой части Анклава танцевал широкоплечий киборг трехметрового роста. Он танцевал без всякой музыки, плавно размахивая всеми четырьмя конечностями и описывая в воздухе замысловатые узоры плазменной пушкой, прикрученной к правой руке.

Все помещения города были построены исключительно из стали, и это ничем не выделялось среди других. Здесь тоже вертелись по углам какие-то колеса и гремели цепи. Над круглой дверью тускло горела желтая лампа, едва разгоняющая тьму.

Дверь открылась, и в комнату вошел Нереварин. На нем были легкие доспехи из кожи нетча, матерчатый кушак с наркотиками и волшебный автоген. Он подошел к киборгу поближе и спросил:

- Почему в Анклаве так мало твоих людей? Я думал, меня тут целая армия встретит.

Дагот Ур прекратил свой танец и поприветствовал собеседника изящным поклоном.

- Спасибо, что выключил эту шарманку. Пять минут орет, не могу я уже ее слушать. Скажи-ка, герой, а не ты ли мой старый друг, Лорд Неревар Индорил, король Морровинда?

- Именем богов и судьбы, я Неревар Перерожденный.

- Неревар! – безумный бог опустился на колени, - Наконец-то ты пришел! Я ждал тебя! Как же долго я ждал тебя! Ты пришел меня убить? Ты, конечно, пришел меня убить.

- Да. Вообще-то, я собираюсь тебя убить, как это ни печально. А собираешься ли ты убивать меня?

- Да! Я убью тебя! Мы ведь друзья! - он положил Мирону на плечо левую руку, - Для чего еще нужны друзья, если не для того чтобы убивать друг друга? Посмотри, как это прекрасно! Но ты не убьешь меня, потому что нельзя убить бога. Тем, кто умрет сегодня, будешь ты.

- Можно мне перед смертью задать несколько вопросов?

- Спрашивай, Неревар, я удовлетворю твое любопытство.

- Где твоя армия?

- У меня больше нет армии. Ты убил всех, кто оставался. Но она мне и не нужна. Я создам новую после того как уничтожу своих врагов с помощью «Утюга».

- «Утюга»?

- Моего Акулахана, или Нумидия, если угодно. Я пройдусь этим «Утюгом» по всем вашим армиям и сотру их с лица Нирна.

– Ты назвал второй Нумидий «Утюгом»? - удивился вампир.

- Да. Он очень похож на утюг, поэтому я назвал его «Утюг». Ты помнишь чертежи, которые лежали в Наварро?

- Основной боевой танк «Айрон»?

- Да! А ты знаешь, как переводится «Айрон»?

- «Утюг»?

- Как ты догадался? У тебя же всегда были проблемы с английским!

- Во мне открылся дар прорицателя, - ответил Мирон, у которого действительно были проблемы с английским, - Я вижу будущее на миллион лет вперед и знаю все обо всех.

- О-о-о как. А зачем же ты тогда спрашиваешь?

- Любопытно было услышать твое мнение по этому поводу.

- А! Значит, ты не умеешь читать чужие мысли.

- В яблочко, - Мирон протянул руку и сорвал с киборга голову. Через секунду она исчезла вместе с телом. В следующий момент какая-то сила потащила вампира назад.


Над Вварденфеллом тем временем нависло светлое калифорнийское утро. Солнце едва показалось из-за горизонта, и ровная, как стол, пустыня засветилась золотом.

На западном побережье шумел прибой. Одинокий огненный гекко трапезничал слегка поджаренной тушей гуара и наслаждался жизнью. Вдруг океан ни с того ни с сего забурлил, и в километре от берега появился маленький островок. Гекко прервал свое занятие, встал на задние лапки и начал внимательно всматриваться в это явление широко раскрытыми глазами. Остров тем временем увеличился, а слева и справа показались еще два. Земля задрожала. Ящер бросил добычу, сорвался с места и побежал вдоль побережья на юг. Это был старый и умный ящер. Он знал, что если что-то большое надвигается на тебя с запада, то от этого не убежишь, двигаясь на восток. Вскоре над океаном показался огромный механизм из стали, стекла, эбонита и адамантина. Гекко изо всех сил старался успеть, но исполинская носовая часть уже нависла над ящером, накинув на него черную тень. Ее нижняя поверхность двигалась в полуметре от земли, заставляя гекко бежать, согнувшись в три погибели. Он едва успел выскочить на свет, когда хвост ему прищемила массивная стальная гусеница. Ящер начал рвать когтями землю, визжать и плеваться огнем, пытаясь выбраться. Когда валик съехал с хвоста и прошел еще двадцать метров, он, наконец, освободился и убежал прочь.


Мирон стоял перед круглой дверью, ведущей в рубку, и глотал таблетки. Где-то внизу гремел мощный двигатель.

«Так, значит, вот зачем ему понадобилось столько сырья. Он превратил весь Анклав в один большой танк!»

Вампира опять рвануло назад, но уже не так мягко, как раньше. Сила инерции свалила его с ног и потащила по полу, заставляя беспомощно перебирать конечностями и цепляться за что попало. Похоже, танк вышел из воды и начал набирать скорость.

Мирону удалось пришвартовать свое тело к одной из колонн в середине комнаты. Он кинул в рот последнюю горсть таблеток и начал потихоньку двигаться в сторону двери, левитируя в метре от пола. Когда он оказался в следующем помещении, Нумидий уже прекратил ускоряться.

Рубка была не самым большим помещением, которое видел Нереварин, осматривая этот город. Дальняя ее стенка была сделана из зеленого стекла, и за ней виднелась надвигающаяся пустыня. Из этого следовало, что помещение находилось в носовой части. Окно было немного наклонено внутрь и сужалось кверху. Прямо перед ним стоял постамент с открытым серебряным чемоданчиком, опутанным десятками разноцветных проводов. Внутри было полным-полно всяких кнопочек, лампочек, переключателей, извилистых трубок и круглых циферблатов со стрелками. В правом нижнем углу верхней створки светился бирюзовым цветом маленький ЭЛТ-экранчик. В данный момент он ничего не показывал. Очевидно, это и был ГЭКК.

Дагот Ур стоял рядом с этим аппаратом, целый и невредимый. Его левая рука лежала на штурвале. Мирон подлетел к нему еще на несколько метров, вытащил из-за пояса трубку и включил автоген. Безумный бог только рассмеялся.

- Как ты мог подумать, что сможешь убить бога?

- Не оборачивайся! - Нереварин резко обернулся. Альмалексия стояла около двери с обнаженным клинком в руке, - Займись ГЭККом, а я его отвлеку!

Мирон рванулся влево, предоставляя богине пространство для маневра. Она налетела на лорда Дагота, приняв на себя четыре плазменных заряда, и ударила его мечом снизу вверх. Вампир закрыл ГЭКК и принялся резать его автогеном. Материал начал дымиться и плавиться. Оружие, запросто перерубающее эбонитовый щит, с трудом справлялось с сердцем Лорхана, растягивая процесс на недопустимо длительный срок.

Альмалексия отлетела в сторону и снова приготовилась к атаке. Мирон оторвал ГЭКК от проводов, подлетел к окну и, отталкиваясь от потолка и стен, вырезал в стекле кривой треугольник. Фрагмент окна, подхваченный мощным воздушным потоком, пригвоздил Дагота Ура к двери. Вампир выскочил на свежий воздух и снова направил автоген на ГЭКК. Впереди уже виднелись низкие постройки Балморы.

Акулахан действительно был похож на утюг. Заостренная спереди носовая часть спускалась вниз под углом градусов в сорок-пятьдесят. Ветер прижимал алхимика с такой силой, что ему приходилось стоять почти горизонтально.

Из рубки полетели обломки разбитого стекла. Мирон понял, что такими темпами ему никогда не успеть, и побежал вниз. Он двигался, отталкиваясь от гладкой стальной поверхности, кое-где изуродованной сварными швами. Нос танка уже врезался в нижние этажи построек. Обломки зданий полетели во все стороны, оставляя неглубокие вмятины на броне. За спиной у Нереварина раздались ритмичные удары металла о металл. Похоже, что Дагот Ур уже начал преследование.

Еще секунд пятнадцать Мирону удавалось держать дистанцию. Потом его со всех сторон окружили облака серой пыли и обломки Балморы, с изрядной скоростью поднимающиеся вверх по броне. Он выключил Призрачный Страж и сунул трубку за пояс. Разрезанный наполовину ГЭКК болтался в левой руке. Вероятно, в голове у вампира возник какой-то план, которому не суждено было сбыться. Тяжелая деревянная дверь настигла его сзади, больно ударив по шее. Не иначе, Ворин Дагот постарался. ГЭКК упал на броню и, сносимый потоком воздуха, начал движение по левому борту. Оба противника тут же бросились его преследовать. Мирон сразу вырвался вперед, пытаясь в полете увернуться от посылаемых ему в спину плазменных зарядов. Два из них все же достигли цели, оставив на коже дымящиеся ожоги. Нетчевая броня в этих местах быстро расползалась. Вампир стиснул зубы и, ударившись ногой о какой-то выступ, на секунду потерял контроль над полетом. Дагот Ур пытался его догнать, длинными прыжками перемещаясь по поверхности, но пока безуспешно.

Чемоданчик упал на землю и начал прыгать по песку, все больше отставая от танка. Мирон упал в двухстах метрах от него, прижал себя к земле и резко затормозил, поднимая в воздух фонтаны песка и гравия. Затем он одним стремительным перелетом подобрался к ГЭККу, подхватил его в левую руку и вцепился в ближайший валик ходовой части. Гигантское колесо потянуло его наверх.

Дагот Ур свалился на него сзади, когда валик уже совершил пол-оборота, и попытался сломать ему ребра могучим ударом железного кулака. Но вампир вовремя увернулся, и они какое-то время боролись врукопашную. Нереварин ухитрился срезать автогеном ствол плазменной пушки и перелетел на соседний валик. Затем они прыгнули навстречу друг другу. Мирон слегка изменил траекторию полета и изо всех сил толкнул Ворина вниз. Тот по инерции подлетел под валик и оказался прижатым к гусенице. Мирон полетел прямо вверх, миновав второй ряд валиков, зацепился за гусеницу и запрыгнул на борт.

Крыша у танка была ровная и абсолютно гладкая, без каких-либо выступов. Сзади, из кормовой части, на самом верху, торчали два сопла, из которых с большой скоростью вырывались потоки огня. Алхимик подлетел к одному из них и пристроился снизу, спрятавшись от любопытных глаз лорда Дагота. Еще десять секунд ему понадобилось на то чтобы закончить с ГЭККом. Две половинки чемоданчика завертелись в пространстве, сморщились и исчезли.

Нереварин снова вскочил на крышу и увидел Дагота Ура в двадцати метрах перед собой. Он лишился ног, и теперь могучий торс нависал в двадцати сантиметрах над обшивкой. Ворин разбежался на руках и прыгнул прямо на Мирона. Тот попытался взлететь, но был схвачен за ногу и брошен за корму. Через пару секунд вампир появился над одним из сопел. Дагот Ур повторил маневр, но на этот раз оба оказались в струе пламени и были отброшены под напором раскаленных газов. Мирон, задыхаясь от боли, отрезал ругу лорда Дагота, пальцы которой до сих пор сжимали его запястье, и полетел вдогонку за Акулаханом.

Сильно оплавленные останки Ворина где-то внизу ударились о землю и разлетелись на куски. По бокам от кормы на каменистой равнине оставались две ровные дорожки из обломков НКР.

Мирон все никак не мог догнать «Утюг». Действие зелий проходило, а танк и не думал тормозить. Ему пришлось сорвать со спины автоген и изо всех сил швырнуть его назад. Одежды на нем уже совсем не осталось, вся кожа обуглилась, а лопнувшие глаза ничего не видели. По своим ощущениям он догадывался, что летит достаточно низко. От встречного потока воздуха его прикрывала корма.

В следующий момент перед его глазами предстала та самая старуха, которую он видел во сне перед прибытием в Сейда Нин. Она взяла его за руку и потянула вперед.

«Ты уничтожил опасность. Шестой Дом больше не угрожает миру. Но на пути Акулахана – Вивек. Не дай никому погибнуть»

Через какое-то время он нащупал надежную опору и с облегчением в нее вцепился. Старуха исчезла, оставив после себя только непроглядную черную тьму.

Действие зелий левитации прошло. Мирон вскарабкался на крышу и быстро пополз вперед под напором ветра. Добравшись до носовой части, он начал спускаться вниз. Двигаясь по заостренной передней кромке «Утюга», он без труда нашел вход в рубку. Впереди уже показался Квартал Чужеземцев Вивека. Вампир изо всех сил крутанул штурвал вправо.

Тяжелая машина начала лениво поворачиваться. Войдя в океан, она подняла в воздух несколько тонн воды и залила все ярусы первого кантона. Поселению Хлаалу пришлось гораздо тяжелее. «Утюг» выбил четверть нижней галереи и открыл дневному свету каналы и пояс. Большинство пострадавших раздавило обломками, но нескольких счастливчиков смыло в бурлящий океан. Еще пару эльфов вместе с ординатором спалило огнем из сопла.

Люди из соседних кантонов, выбежавшие на шум, имели удовольствие наблюдать огромный танк, стремительно погружающийся в морскую пучину.


Кай Косадес вошел во дворец Вивека и почтительно поклонился. Изображение на мониторе ответило на поклон и зашевелило губами.

- Что за новости ты мне принес, кардинал?

- Дагот Ур уничтожен. У Шестого Дома не оказалось сил нам противостоять. Нереварин бесследно исчез, но мы нашли Призрачный Страж в пустыне к северу от Вивека. Он доставлен лорду-архиканонику лично на хранение. Вы - единственный бог Трибунала, оставшийся в живых. Вам подчиняются все храмовые войска в провинции Морровинд. Армия Великих Домов мобилизована и готова к войне. Что прикажете делать?

- Что ж, - задумчиво сказал поэт, - Пора Морровинду снова заявить о своей независимости.


--------------------Конец.----------------------
1)автор, это действительно конец?
Если да, то придется писать продолжение.
2)тут читать сложновато, выложил полную версию на Самиздате:

http://zhurnal.lib.ru/editors/w/wladimir_a_k/atom.shtml
Авторизуйтесь, чтобы принять участие в обсуждении.