Neverwinter Nights

9.1
()

"Пособие по алхимии, или два свихнувшихся мага" 2

Пока Сайрус думал о том, как хорошо было бы найти лекарство для Фриззби, вернуться к нему на тихое болото, или уехать в Серебрянные Пределы, погостить у Лун''До вместе с Ллейтиан, Корном и Фриззби. Клерик был согласен даже взять с собой рыжебородого монаха, если тот перестанет спускать на него своего медведя...


ЕСЛИ КОМУ ТО ВДРУГ ПОНАДОБИЛСЯ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ, ПИШИТЕ НА Sairilias@mail.ru
Поглядев на тягучие струи дождя Корн хмыкнул, и передернув плечами, чтобы сбросить попавшие на них капли, перебрался под сень мощной ели и уселся на хвойный ковер. Предолжив жестом друзьям последовать его примеру, он посмотрел на то, как клерик спешно упаковывает свои склянки:
- Сай, ты только много холодных микстур не пей. Горлышко простынет!
- И вообще, народ, хватит под дождем мокнуть. Присаживайтесь рядом, тут сухо и комфортно, - добавил друид, покосясь на тифлинга. - Заодно обсудим дела наши скoрбные, о жизни покалякаем...
Ощутив первые капли, она закрыла глаза и стояла, позволяя ливню смывать кровь и чувство вины. Слабая улыбка освещала лицо и, несмотря на подступившую слабость, она не двигалась до тех пор, пока колени не начали подгибаться от усталости.

Чувствуя себя древней старухой, тифлинг добрела до ели, под которой с относительным удобством устроилась компания, и со вздохом облегчения привалилась к широкому стволу рядом с друидом. Вытянув дрожащие ноги, она успела пробормотать:
- Нам всем не помешало бы отдохнуть, - как провалилась в темноту. В следующее мгновение ее окутал глубокий сон.
маг не обращал внимания ни на дождь, ни на остальную кампанию. Он все что-то шептал и махал руками над странного вида собраным алтарем..
Но небыло видно никакого эффекта.
- Лун"До, как говорили мудрые люди - беспорядочное рукомашество увеличивает энтропию вселенной. Хорош ерундой заниматься, у меня тут относительно комфортно и есть кусочек лепешки.

Медведь Корна с началом дождя сначала резвился как дитё малое, но, когда ливень стал заливать глаза и уши, недовольно фыркнул и перебрался под ель к хозяину. Устроившись в ногах между Л"Арденом и Ллейтиан, он прикрыл глаза и заснул, причмокивая во сне.
Тень ,наблюдавшая за тем как медведь зарывает труп после того как тот удалился, скользнула к неглубокой могиле. Пока команда обустраивалась под елкой она приступила к исполнению задуманого.
Достать тело из нее было не проблемой - сказывалась богатая практика подобного рода
Конечно тащить его было не слишком приятно - марать руки такой работой, но никаких особых неудобсв не доставило... Дождь вскоре размыл следы уходящие в глубь леса. Отойдя на дистанцию с которой ее заклинания никто из партии не учуял бы она бросила труп на землю под развесистой елью и приступила к колдовству. Мысль о предстоящей затее веселила ее , вызывая ухмылку на бледном лице ....
Ворочаясь во сне, тифлинг в конце концов нашла удобное место, устроившись у друида под боком. Положив голову ему на плечо, она сладко вздохнула и затихла.
Вошканье тифлинга потревожили Виргилиуса. Он приподнял заспанную морду и посмотрел на уютно устроившуюся девушку. Недовольно фыркнув, он встал и обошел теплую парочку кругом. Потом опять лег на землю теперь уже рядом с тифлингом, согревая ее своим теплом.
Друид посмотрел на Ллейтиан, доверчиво положившую голову ему на плечо, и стараясь не потревожить ее чуткий сон, мягко и ласково погладил ее волосы.
Маг не замечал ничего, просто ушел мыслями в себя и продолжал ритуал.
Дроу подсыпал щепотку земли в импровизированный алтарь, и она была поглощена внезапно появившемся огнем. Когда огонь погас, земля исчезла.
Лун'До что-то прошептал и сделал пару взмахов левой рукой, попутно плюнув в алтарь. Хоть он и был полон воды от дождя, слюна вскипела и растворилась едкой зеленоватой пеной.
Эльф опять что-то проворчал и сделал пару пассов руками, потом достал странного вида стальной прут, прикоснулся им к алтарю и нажал кнопку. Окончание алтаря мгновенно нагрелось докрасна, выпустив маленький огненный шарик, который был тутже поглощен недрами алтаря со вспышкой молнии.
Лун'До не заметил, как рядом подсел клерик. Он не заметил, что тот дернул его за плащ. Он вообще ничего не замечал. Когда плащ оттянул плечо, дроу что-то прошипел на дроувише и подсыпал горстку кремня в алтарь. Послышался негромкий хлопок и кремень исчез.
- Щин жа нур, - с этими словами он поковырялся в носу и положил козявку на алтарь. Бесшумный столб пламени вырвался из алтаря в небо, и на поляне появилась совсем прозрачное изображение странного вида переливающихся цветов, вокруг которых кружили волшебные дракончики разнообразных размеров: от самых маленьких, до огромных, в полтора раза больше человека.
- Дзореоуто'Фаст, - прошептал маг, и изображение исчезло.

Дроу разозлися и на себя, и на окружающий мир, пнув со всей силы алтарь, который тут-же разлетелся... Но тут-же яркая молния ударила в землю перед магом, отбросив его метров на пять назад.
Сильный громовой раскат от ударившей рядом молнии перепугал спящего Виргилиуса. От неожиданности он подскочил на полметра от земли и, приземляясь, лапой наступил на ногу мирно спящего тифлинга, перекувыркнулся через нее и всей тушей придавил друида.
- Черт возьми! - подскочила тифлинг, мало что понимая спросонья, и выхватывая оружие. Очумело оглядевшись, она увидела друида, придавленного медведем. Лун"До лежал в грязи, бормоча проклятия, а рядом с дымящимися остатками алтаря стоял ошеломленный клерик.
- В Абисс тебя, маг! - прорычала она - Почему бы тебе не успокоиться, прежде чем ты угробишь нас всех, и не подождать, пока твои силы вернутся?!
Шипя от боли, она потерла ногу и, убрав оружие, принялась помогать Корну, пытавшемуся столкнуть с себя развалившегося Виргилиуса.
Ларден барахтался под тушей перепуганного медведя, пытаясь спихнуть его с себя. Наконец, совместные попытки увенчались успехом, и разъяренный друй, потирая отдавленные места и пыхтя как загнанный вирм, принялся чехвостить незадачливого мага.
- Да кто тебе посох в руку вручил, недоросль ты этакий?! Мало того что безумный, так еще и социально опасный. Да я ж тебе за это... Нет, этого я тебе делать не буду, пожалуй, ты нам еще пригодишься. О! Вспомнил...
Корн сделал короткий жест и что-то буркнул себе под нос и из леса вылетел гудящий рой мелкого гнуса и напал на беспомощно лежащего мага, забиваясь в рот, нос, уши, складки одежды. Однако, непрекращающияся дождь быстро разогнал их по ближайшим кустам.
- Таким манером мага не замучаешь, - ответил Корн подходя к клерику. - Ему это только на пользу пойдет, кровь быстрее по венам бегать будет.
Маг только поднялся с влажной земли, как на него налетел рой мошек. В его голове возникла картина пухлого, закусанного дварфа... Отогнав эти мысли он начал отгонять мошек, и ему пришла гениальная мысль: чтобы избавиться от мошкары кабаны валяються в грязи... и Дроу со всего разбегу прыгнул в самую большую лужу поблизости.

Очнулся он уже под елкой:
- А? Что? Мошкара! ой. где это я?
Маг приподнялся и осмотрелся... мантия была безбожно грязна. На плаще появилась еще пара дыр, видимо при падении разбилось еще пара склянок.

- Ну что за дурацкий сегодня день? То перекусит не дают, - у мага уже давно урчало в животе, - то Дзор не отвечает. То Пивафи дырявят.
Лун'До достал из сумки половину жареной змеи.
- Никто не желает? - он ухмыляясь смотрел на Ллеитиан.
Глядя на это представление, тифлинг еле сдерживала смех. Она внезапно поняла, что все ее плохое настроение улетучилось в один миг и даже будущее не кажется таким мрачным.

Увидев остатки рептилии, девушка не выдержала и прыснула:
- С удовольствием! - подмигнула она эльфу, - Как я могу отказаться от такого лакомства?

Впившись в жесткое мясо, она подумала, так ли уж велика ее тяга к Планам? Стоят ли полузабытые воспоминания о свободе Сигила друзей, что она обрела здесь спустя короткое время?
Решив отложить эти мысли на потом, она уселась под деревом и, уделяя внимание обеду, принялась наблюдать за товарищами.
- Знаешь, Сайрус. Я пожалуй прощу тебе ту олениху. Уж больно вовремя у тебя оказался сей кусочек "мсяо", - сказал друид, с благодарностью принимая из рук клирика кусок жаренной оленины и хлеба.
Хитро прищурившись, Корн, с явным удовлетворением от проделанного поглядывал на судорожно жующего Лун"До, на повеселевшую Ллейтиан и хохочущего Сайруса.
- Вот и славно, что мы наконец-то все в сборе, живы, и кажется, еще не потеряли здорового чувства юмора.
Корн распечатал бурдюк и принюхался к содержимому:
- Вау! СтароАмнское, белое, полусухое!!!! А аромат-то какой! Вот потешил душу, так потешил! Вот спасибо!
Друид извлек из своего мешка стаканчик и бережно, стараясь не пролить ни капли божественного нектара, нацедил половину стаканчика. Пригубив содрежимое, он прикрыл глаза и задержал дыхание.
- Божественно! Хвала Тиру, не перевелись еще виноделы.
А маг что-то жевал и смотрел вдаль. Ему припомнился один из праздников полнолуния в скуллпорте, когда все веселье оборвали два бехолдера.
- Мдя.. СтароАмнское - неплохое. А какой год?
Девушка перебралась на матрац, но от вина отказалась. Вместо этого она задумчиво протянула:
- Подождем, пока к Лун"До вернутся его способности...Но не здесь. Медведь Чандо может привести остальных, так что нам стоит убраться подальше.

Она попыталась прислушаться, а затем покосилась на веселящихся друзей:
- Поберегите ваши головы, мы еще не оторвались от монаха. Доедайте и двигаем отсюда.
Ларден едва не поперхнулся, когда услышал это, но немного поразмылив пришел к справедливости сказанного:
- И правда, чего это мы тут расселись и веселимся. Этак опять до беды не далеко. Ну-ка, встали, вещички подобрали и вперед - башне навстречу. Ать-два, ать-два...
Маг дожевал последний кусок и поднялся потягиваясь. Промокшая и грязная роба отяжеляла каждое движение, одна застежка плаща оторвалась, орнамент почти не был виден (только кусок серебрящегося полумесяца).
- Эм.. ну а мне что прикажете делать? - маг попытался вспомнить простейшее заклинание, которое знал с детства - призрачный звук, но то-ли он неправильно его произносил, то-ли слишком давно не пользовался... вообщем ничего в округе не было и слышно на отдаленные стенания..
- Вот ведь, василиск вам улыбнись, как всегда какие-то неприятности. - Маг достал из сумки два жезла, и банку какой-то дурно пахнущей слизи.

Через несколько минут тошнотворной вони ему все-таки удалось скрепить жезлы, получив какое-то подобие двусторонней булавы, но в гораздо меньших маштабах.
- Хоть что-то. Пошли чтоль.
-Веди, веди..., - пробурчал друид, успевший наложить на себя кожу-кору, так что вода скатывалась с него, оставляя одежду сухой. - У кого карта-то, а то уже подзабывать стал, в какой строне башня?
- Вири, а ты иди погуляй на воле. Будешь нужен - позову.
- Мы сможем подобраться к холмам под покровом леса, но дальше я дороги не знаю. Оттуда поведете вы, - пожала плечами девушка.
- Нам повезло - все следы смоет ливень, значит монаху придется постараться, чтобы нагнать нас.

Она пошла вперед, легко удерживая равновесие на раскисшей земле и посмеиваясь над приглушенными проклятиями эльфов, доносящимися сзади. Несмотря на непогоду, все понимали грозящую опасность и поэтому стойко пробирались сквозь заросли.
Вскоре гнетущее чувство тревоги вернулось. Что-то было неправильно во всем произошедшем, что-то, что она не могла уловить. Перебирая в уме недавние события, она пыталась понять причину своих опасений.
Внезапно все встало на места и сложившиеся кусочки головоломки заставили тифлинга остановиться. Задумавшись, она ждала, пока не подойдут друзья.
Чавкая по грязи раскисшими туфлями показался маг, следом за ним перепачканный клерик и друид. Все выглядели немного уставшими…

- Башня... Как много людей знали, куда вы направляетесь? - девушка обвела их взглядом, - Я узнала о цели путешествия из слухов в таверне. Скорее всего узнал и Чандо, не просто так он настиг вас и устроил засаду на холмах.
На мгновение тифлинг замолчала, обдумывая возможные варианты, и помрачнев, продолжила:
- Я думаю нас ждет еще одна засада, на подходе или в самой башне.
- Вполне вероятно, что ты права. Мы особенно не скрывали своих намерений. Но в самой башне засады не будет. Чандо не поведет людей на верную смерть, скорее всего он устроит засаду недалеко от нее, оставаясь в безопасности от населяющих башню тварей. Или среди холмов. Там очень удобное место для этого.
На все заклинания по зомбированью и приведению трупа в благообразний вид (как то удаление всяких дыр в брюхе ) ушло довольно много времени. Довольно хмыкнув и обойдя вокруг зомби чтоб осмотреть свою работу Тень спохватилась, взбаламошеная команда могла уже слинять, а зомби в отличии от нее не отличался особой скоростью и вездеходностью да и еще в такую погоду. Заклинание послушно показало групу бредущую под дождем через лес, и успевшею отойти довольно далеко. Прикинув растояние и направление Тень двинулась и пропала п подлеске, а зомби ,следуя безмолвной команде ,потопал следом.....
Тифлинг невольно повторила его движение, и затем вздохнула:
- Мы неподалеку от холмов, там, где нас ждали наемники. Идти туда сейчас, в таком… плачевном состоянии и под лучами утреннего солнца, было бы глупо. Я бы осталась здесь до вечера в надежде на восстановление магических сил Лун’До, а затем пересекла дорогу под прикрытием темноты, - тут она развела руками, - Но вы, возможно, решите иначе...
//Будет много вставок.

1) ехидный друид и клерик:
Маг посмотрел на одеревеневшего друида и усмехнулся:
- Тебе этот "доспех" не жмет?
И не дождавшись ответа накинул сумку на плечо, взяв в руки импровизированый посох.

2) Маг молча направился за уверенной в себе Ллеитиан. В отличии от нее он с громким чавконьем шлепал по сырой земле, то и дело норовя упасть.
- Я вроде особо не распространялся... некому было. Хотя они могли и сами догадаться...
В этот момент маг почуствовал странное ощущение - как будто на него кто-то пристально смотрел, такое случалось раньше, когда за ним гнался один бешенный маг, что решил завоевать весь Андердарк. Хотя само заклинание Лун'До распознать не смог, но понял что это одно из наблюдающих заклинаний. Не долго думая он достал из кармана какой-то странный хрустальный шарик фиолетового цвета, положил на лодонь и что-то прошептал. Шарик взвился в воздух и стал кругами летать вокруг головы мага, издавая фиолетовое свечение. Ни слова ни сказав, Эльф начал осматривать ближайшие деревья и кусты. Хотя постоянные подталкивания друида его раздражали.

Когда клерик вляпался в останки жизнедеятельности одного из лесных жителей, маг подошел к дереву и сорвал несколько листьев, спрятав их в карман. Пока Сайрус чистил свои ботинки, маг оглядывался по сторонам, ища что бы еще можно было использовать в очередном вареве.

Усталасть давала о себе знать. Уже почти сутки без отдыха они то и делали, что шли или бежали. Промокшые ноги в ботинках в упор не хотели слушаться, а отежелевшая роба свисала как кусок мешковины, открывая всем худощавые черты тела мага. На спине мантии был огромный след от купания в грязи, Пивафви то и дело спадало с одного плеча, и только александрит на лбу блестел все так-же ярко.

//продолжимс
На взгляды Клерика и Дансера маг ответил недоуменным взглядом
- А я-то тут причем? Мне хоть на пляже в Калимпорте. Если Дроу, так и солнца бояться должен?
С этими словами маг снял со лба обруч, и резко зажмурился, хотя было еще достаточно темно. Минуты две он стоял с закрытими глазами, дополнительно прикрыв их рукой.
- Неожиданно. Не думал что я так к нему привыкну.
Слипшиеся мокрые белые волосы беспорядочно свисали на лицо и плечи.
И только сейчас Ллеитиан заметила, что александрит на обруче померк и немного просветлел.
Девушка приподняла держащую обруч руку, заинтересованная прекрасной работой. Вслед за этим на ее лице появилась извиняющаяся улыбка:
- Я не считаю тебя беспомощным при свете дня, Лун’До. Никогда нельзя недооценивать мага, - в притворном ужасе она закатила глаза, - Все, что я хотела сказать, это то, что у нас появится гораздо больше шансов, когда твои, да и наши силы вернутся.
- Ну и потом, - самым невинным тоном произнесла дансер, но в глазах ее плясали бесенята, - Я начинаю скучать по твоему дракону. Так что если придется, я готова привязать тебя к дереву для скорейшего восстановления. Хмм, возможно мне стоит обдумать эту мысль, - при этих словах она сдавленно хихикнула, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех.

Вновь обретя серьезность, она сказала:
- Давайте сразу распределим часы дежурства. Мое предложение – Корн остается на страже до полудня, его сменяет Сайрус, который будит меня часов через пять. Как только начнет темнеть, я подниму вас, и мы сможем двинуться к башне. Лун’До будет отдыхать и набираться сил. Если все согласны, то я бы не отказалась перекусить и отправиться спать.
«О, Пелор, на кого ты оставил меня? За что отвернул свой светлый лик? Я был верен тебе. Я нес твое имя на устах, в душе и в сердце, защищая обиженных, уничтожая зло, помогая обездоленным!» - повторял как молитву уже не в первый раз молодой человек, расположившийся на самом краю лагеря Чандо – «Прошу, согрей душу в лучах своей ласки и заботы! Прошу, вернись в моё сердце. Я сделаю все, что угодно, чтобы замолить свой грех перед тобой! Можешь забрать всю мою нечестивую кровь себе. Только вернись. Прошу!»

Человек этот был падшим паладином, шедшим теперь по пути чародейства. Тут он как будто опомнился, и резко сказал себе:
«Замолчи, слизняк! Ты недостоин даже допустить мысли о Нем! Вспомни того юношу, которого так и не смогла вернуть к жизни вся церковь общими усилиями! Да еще и ЭТО!!!»

Тут его руки стали испускать слабое свечение...Свечение усиливалось с каждой секундой...С кончиков пальцев стали срываться разноцветные искорки...Но, пересилив себя, он сжал руки в кулаки: «Нет! Не здесь и не сейчас»
Быстро прикончив свою порцию хавчика и стряхнув крошки со своего костюма, Корн занялся подготовкой к дежурству. На его зов прибежал верный мишка и, ткнувшись мордой в колено хозяина, стал ожидать распоряжений.
- Вири, ты, мальчик умный. Всегда понимаешь с полуслова. Значит делаем так... Найди быстренько себе подружку на 5 минут и начинай водить с ней хороводы вокруг нашей стоянки. И смотри в оба, да и ее к этому делу привлеки. Но чтоб со стороны вашей действо выглядело как любовные утехи. Все понял? Вот и славно.
Виргилиус ненадолго скрылся за деревьями и через несколько минут показался оттуда в компании огромной самки. Судя по всему, они нашли общий язык и теперь приступили к выполнению своих обязанностей. Даже искушенный глаз друида не смог заметить не естественности поведения животных. Так что с этой стороной дела было покончено. Повернувшись к друзьям, Ларден сказал:
- Итак, други мои, быстренько отдыхать. Хватит вошкаться как ужи на сковородке. Я тут пока присмотрю за порядком.
Немного поглядев, как народ заканчивает трапезу и устраивается на отдых, друид решил обойти место стоянки. Вернувшись обратно, он обнаружил спящее царство. Клирик храпел, как сто вроков вместе взятых, маг что-то обормотал во сне и все норовил помахать руками, явно пытаясь что-то наколдовать, и лишь тифлинг, свернувшись калачиком и прикрывшись крыльями спала тихо и спокойно. На ее, по детски, безмятежном лице играли тени от деревьев и травы. Дыхание было ровным и спокойным. А смертельная бледность кожи, после перенесеннх ран и треволнений, постепенно уступала дорогу естественному цвету.
Солнце поднималось все выше и выше. Медведи, уже давно закончили свои игры, и бродили вокруг стоянки, внимательно прислушиваясь к звукам и принюхиваясь к доносящимся запахам. Ничто, за исключением храпа клерика, не нарушало естественного покоя леса.
Когда солнце достигло зенита, друид подошел к Сайрусу и стал потихоньку тормошить его.
- Сай, соня ты этакий. Хорош дрыхнуть как медведь во время спячки. Солнце уже высоко, вставай лежебока...
Уж скоро первые звезды должны были начать зажигаться на небе. И вечерний туман начал обвалакивать серым покрывалом травяной ковер. А падший паладин по-прежнему пребывал в глубокой задумчивости. То ли вечернее небо навевало печальные думы, то ли он до сих пор не мог опомниться от своего падения, от своего добровольного отказа от ордена, который был всем для него. Всем , в этой жизни….

…Вдруг, неподалеку послышался еле слышный хруст сломанной ветки, и раздалось тихое ржание. «Роланд» - мелькнула мысль – «Единственная не отвернувшаяся от меня душа». Падший поднялся, подошел к краю поляны и почувствовал тепло, исходящее от своего верного скакуна и товарища. Всеми мыслями паладин потянулся к этому теплу, и два разума – человека и животного, слились в единое целое. Они начали неторопливый разговор, слышимый только им двоим:

- Были ли успешны твои поиски, мой друг?

- Да, Максемиус. Я выполнил твою просьбу. Я наблюдал за ними некоторое время. Это было нелегко. Отряд возглавляет демон, чей взгляд проникает сквозь все преграды. И если бы не заклинание драконьей крови, которое ты наложил на меня, то я бы оказался пищей демона. И дроу тоже шагает рядом с нею. Он пока слаб. Но скоро восстановит силы. С ними же и эльф с человеком. Взгляд эльфа весел и беззаботен. Человек же несет на себе отпечаток древнейших сил природы…

- Как! Друид!..Прости, мой друг , я перебил тебя. Твои слова удивительны и бесценны. Я благодарю тебя за них от всего сердца. Но как могло случиться, чтоб эльф прогуливался с темным? Эльф и дроу…дроу и эльф…хмм…они могут встретить друг друга лишь на поле брани, и в их сердцах лишь будет ненависть к друг другу и презренье!...А демон и друид? Невиданная вместе пара! Должны быть выжжены леса на всей земле вначале, чтоб эта пара прогуливалась вместе. Одна приносит боль и разрушенье, другой - хранитель всей природы…Все это странно, друг мой…Кажется, я понимаю…это заклинанье. Они зачарованы, друг мой. Не заметил ли ты, что в эльфе и друиде поселился злой дух ,мой друг? У меня есть подозренье, что нечестивцы зачаровали их!

- Нет, взгляд эльфа был весел и беззаботен и чист от магии, Максемиус.

- Да, магия демонов сильна! Эльф и друид – зачарованы нечестивцами! На нас лежит миссия освободить их невинные души, друг мой!...Хотя, Чандо говорил что-то про то, что она не совсем демон. Что в ней лишь часть демонской крови…- у него дрогнул голос и лоб покрылся испариной, - как и во мне драконьей…Так может статься, что на ней лежит проклятье лишь, а она не виновата в этом. Нам нужно все узнать подробней, друг мой. Ну что ж, дождемся мы возможности, вначале, чтоб все узнать точней. Не буду я спешить. Второй грех перед Пелором мне не простится никогда!
Присев рядом с тифлингом, Сайрус провел по щеке девушки тыльной стороной ладони...
- Тебе повезло, что я уже не спала, - безмятежная улыбка показалась на ее губах. Девушка приоткрыла глаза, и клерик заметил в них веселые искорки. Она подмигнула, потягиваясь:
- Подошло время или ты настолько жаждешь моего общества?
Похлопав его по плечу, она тихонько рассмеялась:
- Спасибо Сайрус. Отдыхай спокойно, я разбужу всех, как только наступит сумрак.
Клерик отметил, что теперь улыбка приходит к ней чаще, а колючесть и недоверчивость постепенно уступают место другим эмоциям.
- Да, - эльф немного смутился, застигнутый врасплох.
- Да? - тифлинг недоуменно вскинула бровь, - Ты разговариваешь сам с собой или я что-то пропустила?
- Время пришло... - по его лицу было ясно, что он что-то недоговаривал.
- Время для чего? - чувствовалось, что она заинтригована его словами.
- Дежурства на посту - Сайрус подмигнул в ответ, ее задор его немало развеселил, казалось, что ней нет ни единого намека на демоническую половинку.
- А-а, ну да, конечно, - несколько недоверчиво протянула тифлинг, - Ну что ж, приятных сновидений, кажется так говорят на Прайме?
Коротко отсалютовав смущенному эльфу, она отправилась на пост.

Клерик хотел лечь, но беспокойные мысли никак не давали заснуть. Не выдержав, он вылез из-под пледа друида и поискал глазами Ллейтиан. Увидев стоящую в сторонке девушку, священник попытался незаметно подойти к ней... еловые иголки противно хрустели под ногами при каждом шаге.
- Можешь не прятаться, Сайрус, - раздался приглушенный смешок, - Ты шумишь слишком громко для эльфа. Не пробовал снимать свой панцирь?
- В минуты опасности в нем можно спрятать голову, - пошутил Сайрус, подходя ближе, - Я хочу с тобой поговорить. Возможно, этот разговор не будет приятным...
Он встал сбоку и сделал вид, что разглядывает деревья.
Она повернулась к нему, оценивающе окинув взглядом, а затем приглашающе махнула рукой:
- Ну что ж, посмотрим.
- Хорошо... – начал клерик, - Для чего ты ищешь портал? Вернее не портал, а способ вернуться в свой мир, полный крови и смерти.
Дансер помолчала, раздумывая над его словами:
- Я не сказала, что хочу вернуться в Бездну, - она пожала плечами, - Тоска по Планам живет во мне, но я бы никогда не захотела вернуться обратно, туда, где существовала столько лет как животное.
- Планы - это ведь другие миры.. отчасти похожие на наши. Наш мир тебе не понравился? Почему бы тебе не остаться здесь... с нами...
Она вздохнула и теперь в ее голосе слышалась горечь:
- Сигил... Вот место, куда я стремлюсь. Мой великий Город Дверей, я не видела его слишком давно.
- Разве нет ничего дороже этого города для тебя? - эльф снова что-то недоговаривал, - Я хотел сказать что здесь, ты почувствовала в себе то о чем раньше не знала, возможно ты не видишь, но в тебе сильна человеческая кровь. Ты не такая, как те демоны, что приходят в наш мир нести смерть, твоя душа чище...
Не отвечая, девушка взяла его руку в свою и мягко пожала. Когда она снова заговорила, слова ее звучали очень тихо.
- Ты не знаешь, что такое Сигил. Однажды попав туда, ты будешь стараться сбежать, а покинув его, ты будешь пытаться вернуться вновь. Это странное место, Сайрус, прекрасное и опасное, все эпитеты подходят к нему. Многие называют его также Клеткой, - она смотрела клерику в глаза, - Я была рождена там, и провела юность, пытаясь избежать смерти, часто подстерегающей на его улицах.
- Я не ступала по улицам Сигила десятилетия, с тех пор, как очутилась в Бездне. Вот почему я хочу вернуться, - воспоминания увлекли ее, вызвав тень той улыбки, что он видел раньше.
- Ты убила ассасина и пожалела о том, как это сделала. Тебе не хотелось испытывать стыд за свою демоническую половину. Помнишь, ты поцеловала ЛунДо? Ты чувствовала вину за его состояние… Ты не видела себя во сне. Не надо пытаться спрятаться от свой второй половины, она такая же часть тебя, как и та демоническая, что тянет тебя в Сигил… - клерик встретил ее взгляд, - Ты не чувствуешь ни капли привязанности к этому миру?
Тифлинг недоуменно нахмурилась, застигнутая врасплох:
- Почему ты решил, что это кровь демона, что тянет меня туда? Уверяю тебя, хоть Сигил и опасен, но все же он не является средоточием зла, как ты, возможно, представляешь, - она переступила с ноги на ногу, пытаясь подобрать слова, - Я слышала о птицах Прайма. Говорят, многие из них каждый год проделывают далекий путь на юг, и каждую весну возвращаются обратно, в то место, где родились...
Девушка вопросительно взглянула на клерика, ожидая подтверждения.

- Да, такие птицы есть... - клерик задумался на минуту. Молчание начало становиться неловким, когда он прервал тишину леса:
- Ллейтиан... я стараюсь удержать тебя здесь. Я не хочу тебя терять... вот и все, как глупо и абсурдно это не звучит, но я... я не просто к тебе привязался... Знаю, что могу ошибаться и торопиться... но ничего не могу поделать, - Сайрус подался вперед и поцеловал девушку, привлекая ее к себе.
Тифлинг замерла, слишком шокированная произошедшим. Наконец она очнулась и оттолкнула клерика, руки ее при этом заметно дрожали.
- Ты... Сайрус, ты не можешь, никто не может... Запрещено! - слова складывались в бессвязный лепет, а на лице отразилась гримаса страха и отвращения. Она попятилась назад, до тех пор, пока не уткнулась в дерево, вцепившись в него изо всех сил.
- Что с тобой? - Сайрус подскочил к девушке, не на шутку встревоженный ее состоянием.
Когда дансер подняла голову, священник заметил, что ее глаза вновь стали тускло-красными. Запрещающим жестом она вскинула руку, останавливая его. Постепенно ее дыхание выравнивалось, по мере того, как девушка обретала контроль.
Клерик отступил на шаг назад, не понимая, чем вызван гнев тифлинга.
- Прости, - она задержала дыхание, прикрывая глаза, - Это не связано с тобой...
- Тогда с чем или кем? - на лице клерика отразились непонимание.
- С моим прошлым, - прошептала девушка. Все еще ощущая противную слабость, она сползла вниз и кивнула эльфу, приглашая присоединиться.
- Иди сюда... Я чувствую, что задолжала тебе это объяснение.

Сайрус подошел к ней, впервые не чувствуя ни капли опаски перед тифлингом, и присел рядом с Ллейтиан под деревом.
- Рассказывай, я не убегу... – взяв ее за руку, попытался пошутить клерик.
Она помолчала, вызывая в памяти ранящие воспоминания.
- Там, в Бездне... Я повстречала человека, бывшего солдатом в войсках моего хозяина. Мы оба были молоды и вскоре почувствовали взаимное притяжение. А затем полюбили друг друга. Кайл, его звали Кайл, и он стал для меня всем…
Вспышка боли пронеслась по лицу девушки, она поперхнулась, но затем продолжила:
- Нам приходилось встречаться урывками и каждый раз, расставаясь, мы не знали, увидимся ли снова. И с каждым разом наши чувства становились все сильнее, затмевая мысли и руководя нашими поступками. Так продолжалось некоторое время, до тех пор, пока мой хозяин не почувствовал изменения в нас обоих.
Она снова прервалась, пытаясь восстановить дыхание:
- Он... он бросил меня в клетку, пытками стараясь выжечь все, что горело в моей душе. Сколько это длилось, я не помню. Возможно месяцы, он приводил меня на грань смерти и исцелял, чтобы начать снова, до тех пор, пока не увидит лишь пепел на месте огня. Через какое-то время я желала лишь умереть, но каждый миг помнила о Кайле и чувстве, что мне открылось.
Клерик поморщился, когда тифлинг до боли стиснула его руку, стараясь удержать контроль над воспоминаниями.
- Мой хозяин был не так глуп, чтобы не понять, что скорее он убьет меня, чем добьется результата. И тогда он привел его ко мне, моего любимого... Показал ему, что сделал со мной. А затем он...он убил его на моих глазах. Я до сих пор слышу его крик во сне...
- Но это было не все, что он для меня приготовил. Он оставил тело моего возлюбленного, и день за днем я смотрела на его мертвое лицо, медленно сходя с ума. А когда его тело начало разлагаться и трупный запах поплыл по камере, я принялась кричать и биться о стены, надеясь разбить голову. Я была слишком слаба, а охранники – слишком бдительны… Так продолжалось до тех пор, пока вместо любви я не ощутила всепоглощающую ненависть. Я ненавидела то лицо, которое столько раз целовала. Только тогда он пришел снова и выпустил меня. И выходя из клетки, я поняла, что он добился своей цели. Внутри меня были лишь пустота и холод...

- Я не хотел будить неприятные воспоминания. Прости...я просто надеялся, что мои чувства взаимны. Хотя было глупо надеяться на это с моей стороны, - Сайрус не находил себе места, гнетущее чувство вины не покидало его.
Она молча кивнула, не в силах говорить.
Клерик не знал, какие подобрать слова, чтобы отвлечь Ллейтиан.
- Я не хотел причинять тебе боль...
- Теперь ты знаешь, почему... - голос ее звучал глухо. Прошлое вернулось и ранило сильнее, чем она предполагала, - Оставь меня, пожалуйста!
Сайрус осторожно освободил руку из твердой, как сталь, хватки девушки и, стараясь ступать бесшумно, пошел к лагерю, потирая кисть и шепча слова магии, чтобы унять боль. Выглядел он весьма паршиво, а на душе было еще гаже.

Какое-то время после ухода клерика тифлинг сидела, пытаясь привести мысли в порядок. В конце концов звуки и запахи леса подействовали успокаивающе, и увидев запутавшиеся в кронах звезды, она поняла, что день подошел к концу, а вместе с ним и ее уединение. Вскочив, девушка направилась к стоянке, и с бесстрастным лицом пройдя мимо угрюмого Сайруса, принялась будить остальных.
Призрачная фигура наматывала круги по пятачку в овраге, куда была вынуждена спрятаться, когда заметила, что за командой кто то следует. В принципе, это на планы особо не влияло, поскольку "подопечные" остановились на отдых. Раздражало присутствие множества посторонних , которое как всегда было некстати, и наличие зомби, которого не в пример ей, выследить было можно, хотя и предпринимались шаги, призванные замаскировать следы пребывания в лесу оного.
- Хотя один прок из этих праздношатающихся по лесам, так называемых борцов со злом, есть - мелькнула у неё мысль - далеко ходить за закуской не надо. Голод таки давал о себе знать.
Намотав еще два круга, у нее возник план действий на сегодняшний вечер - закусить и на десерт устроить представление с зомби. Правда еще не был решен вопрос на ком угробить уже порядком поднадоевшую игрушку. На маге - это давало лучший театральный эфект в связи с реакцией на появление живехонького трупа ( внешний вид, пригодный для данного предприятия, вернее его эффективности, даже с заклинаниями продержится не так долго, как хотелось - это все таки лес , а не лаборатория). На преследователях, в совокупности с пропажей кой кого, тоже могло дать неплохие результаты, но тут было все неопределенно... После недолгого размышления над проблемой было принято решение определить выбор цели на сытый желудок.
Осмотрев еще раз зомби и признав его пригодным, она принялась ждать заката.........
Маг скривил нахальную ухмылку и напялил обруч обратно. Он уже не играл роли держателя волос. Скорее как дорогое украшение.
Глаза мага расширились и загорелись темно-фиолетовым огнем.
- По дракончику говоришь? Чтоб зажарит? - Дроу с усилием сжал импровизированный посох.
Бледно-синий луч вырвался из нижней части и ударил в кончик сапога мага.
- Грахмфффррвввыыы!!! - странное утробный звук вырвался из него, и Лун'До стал прыгать на одной ноге, держась за обмороженую. Мокрая мантия хлестнула по ноге и маг с уханьем шлепнулся на хвою.
- И ничего смешного, - проворчал он.
Повернувшись и поднявшись он прищурился.
- Перекусить? Я за.
__________________________________

Маг шарахнулся от клерика при упоминании "всякой ползучей гадости".
- И чем тебе не угодила та тварь ползучая? Или тебе хотелось, чтобы я ее увеличил этак раз в 40?
___________________________________

Дожевывая, Эльф поиздевался над медведем Корна:
- Угу, Вири, и поищи потолще, а то ведь задавишь.

Увидив самку, маг прохихихал и лег спать.
____________________________________

//Во время дежурства друида проишествий не было
//а вот во время дежурства Сайруса

Магу снился дом.
"...Андердарк. Огромный город Сшемат. Край пещеры. Скромный фасад сталактита - всего несколько пляшущих огоньков и пылающий символ дома. Сталактит был полым, и в нем располагалось по одной комнате на этаж, не считая двух винтовых лестниц. Этажей было семь, но лестница вела и под землю, в искуственную пещеру, соединяющую одинокий сталактит с основным домом - огромной пещерой в стене.
На пятом этаже сталактита сидел за бумагами странного вида Дроу, одетый в блистающую кольчугу. Он что-то читал в свете тусклой лампы.
На седьмом этаже сидел коротко стриженый дроу, со всякими побрякушками на шее. Большинство из них изображало гробики или черепа. Он просто сидел и сконцентрировавшись смотрел в одну точку.
На шестом этаже лежала какая-то размытая фигура. Вроде это тоже был дроу, но темный плед скрывал его почти полностью. Видна была только копна длинных волос, убраных адамантиновым обручем. Хоть обруч и удерживал волосы, но они все равно лежали не ровно и неровно лежали на лице.
В комнате кроме двух дверей с противоположных сторон овальной комнаты была кровать, пара стульев, на одном из них висел аккуратно положеный пивафви с вышитым золотом символом Гаундаура, стол со множеством разных бумаг и громоздкой книгой, с прикрепленной запиской на дроувише "...скоро закончу. Руну подобрал, но прошлая книга погибла в Абиссе. Нужен план поспокойнее...", три шкафа, полностью занятых разными книгами и стол для экспериментов. К краю кровати была приделана маленькая корзинка, в которой посапывая спала ящерица, иногда выдавая искры.

В дверь постучали..."
Маг проснулся в холодном поту. Он не стал вскакивать, чтобы не тревожить остальных, а только аккуратно покрутил головой.
Друида он нашел крепко спящим, хотя солнце уже катилось на убыль.
А вот клерик что-то шептал лежащему дансеру. Они пошептались, и тифлинг встала на ноги, а эльф улегся. Маг попытался снова заснуть, но шевеление эльфа его заинтересовало. Пытаясь не издать ни звука, маг посмотрел сначала на шарик, что все еще летал над его головой и скрывал от любых заклинаний обнаружения, и улыбнулся. Он достал из сумки другой такой-же камешек, но другого цвета, и положил на лодонь. Как только второй взвился в воздух, первый со звонким гулом шлепнулся на живот Лун'До.
Мага перекосило, но он не издал ни звука,а только направил новый камешек высоко в небо и подвесил над отошедшими клериком и дансером. Каждое их слово эхом отражалось у него в голове.

Дождавшись, когда они объяснятся, эльф перестал прислушиваться и погрузился в собственные мысли, разрабатывая план нахождения дракончика.

//Далее

Когда Ллеитиан разбудила его, маг потянулся и пошевелил конечностями. Беглый взгляд на себя сказал многое - пора мыться и зашиваться.
Поднявшись, он нацепил пивафви на единственную оставшуюся застежку, а с другой стороны просто вдел в петлицу.
Покопавшись в сумке он достал бутылку и пару кусков вяленого мяса, что купил в таверне и по привычке произнес двеомер, призвавший книгу. Только когда рука отяжелела, он выронил бутылку. Яростный рывок чуть было не вырвал книгу из ошеломленных рук мага, но он успел схватиться за нее обеими руками - в книгу вцепившись зубами и передними лапами висел Дзор. Именно висел, потому что неизвестная сила тянула его назад, так что хвост не был виден из-за зеленоватого дымка.
- Дзор! - маг не удержался и выкрикнул.
\\ Действие происходит после ночи, когда шел дождь.
Лагерь, организованный Чандо, был устроен довольно уютно, если не считать отсутсвие костров по его приказу. На пространстве размером в десяток или около квадратных метров на скорую руку разместился весь отряд с их скудными пожитками и уже не столь скудной экипировкой. Чандо почувствовал приближение дождя и загодя приказал установить палатки. Выставление часовых его не занимало никоим образом, он был уверен в том, что дроу уже испугались и бегут так, что только пятки сверкают. Он был уверен, что они никуда не денутся. Он знал, что в том случае, если они пойдут через холмы, они попадут в засаду тех двух особо безжалостных убийц - Груррка и Развара (того ассасина). Ему даже было особо приятно осознавать, что их нет рядом и не надо боятся проснуться с ножом в горле.
На севере же дроу ждал Фэйлар. Чандо при мыслях о нем представлялась гора поверженных дуэргаров и забитый досками вход в андердарк. "Нет, там они не пройдут никогда",- улыбался он себе.
И вот из этих размышлений и выходило то, что ему - простому сельскому оборванцу в прошлом, предстоит сыграть решающую роль в освобождении Лейлона от "угрозы из андердарка", причем "раз и на всегда". Слова же "угроза из андерарка" всегда ассоциировались у него с этим наглым выскочкой - Сайрусом, который не переставал посещать его в мысях. "Как же он выкарабкался? Я набил его иголками почище, чем иного дикобраза природа" - постоянно вертелось в его голове.
Эти вопросы не оставляли его, из-за чего Чандо не спал почти всю ночь и он хотел получить на них ответы. Но он знал, что получить он их сможет только если встретится с Сайрусом, с "друидом-предателем" и с "крылатой ведьмой". И он очень жаждал этой встречи как голодный волк жаждет мяса. Но Чандо был терпелив, годы научили его осорожности. Он и сейчас, уже ранним утром, сидя на поваленном кем-то (знал бы он кем - руки бы оторвал) стволе могучего дерева, машинально затачивал одну за другой поочередно свои камы, проверял набор волшебных палочек призыва сил стихий - огня и молнии и пробовал пальцем остроту шипов на шкуре.
-Чандо...Чандо...- позвал его кто-то несколько раз. Ему показалось, что это хрипящий голос Сайруса умоляет его о жалости и снисхождении, Чандо как раз обдумывал какие приемы будет лучше применить против "банды синеухих чернокнижников".
-ЧАНДО, я не могу стоять столько на ветру, я...я...а...а-а-АПЧХИ,- говорящий высморкался, - Ну вот. Поймал насморк. А-пчих, черт, кажется, меня лихорадит. Да оторвись ты уже от своих приготовлений.
Говорящим был Вик, тот маг, который тоже не смыкая глаз провел большую часть ночи. Он писал свитки по приказу монаха.
Чандо вдруг передернуло, он очнулся от раздумий и глупо уставился на Вика.
-Я боюсь, что не смогу больше вас сопровождать. Я слишком устал, эта-а-а-а-пчхи...эта природа не для меня. Я ошибся, когда решил выбраться из города,- но тут он,заметив неудовольствие на лице собеседника, сменил тему, - я написал свитки, - он улыбнулся и протянул несколько свитков, больше не найдя ничего для того, чтобы обрадовать Чандо.
Чандо рассовал их по складкам одежды, снял с пояса кошель, туго набитый золотом и отдал Вику. Тот обрадовался, что все закончилось для него столь легко и "даже без кровопролития", как он потом рассказывал своим внукам. С светящимися от счастья глазами Вик принялся собирать вещи в дорогу назад - в Лейлон.
Чандо следил за его сборами безучастным взглядом, что-то беспокоило его, что-то было не на месте, чего-то не хватало. И тут он понял чего.
Из ближайшего к нему спального мешка до его ушей донесся смачный храп с присвистом, больше похожий на храп скота в хлеве. Чандо вскочил на ноги, до него вмиг дошло, что ни один из наемников кроме Вика не был еще на ногах. Злоба овладела им. Он подскочил к мешку и пнул в район живота храпящего что было сил. Храп сменился звуком похожим на хрюканье в перемешку с кашлем.
-Подлецы! - заревел Чандо,- за что я плачу вам золото!? За то, чтобы вы только жрали и дрыхли у меня перед носом!? Да я вас...- тут он разразился таким потоком ругани, что даже самый здоровый и видавший виды из наемников в его отряде поморщился.
Вмиг отряд был собран воедино в полном боевом облачении, все были готовы даже не просить золота за работы в этот момент, лишь бы "этот пивной бочонок" замолк и перестал махать кулачищами. Когда голос Чандо чуть сел он замолчал, набрал воздуха в грудь и молча оглядел вставших неровным строем наемников. Он улыбнулся.
- Что же вы, как в кормирской гвардии встали? Или на параде??- все остальные тоже невольно улыбнулись при слове "парад".
С самодовольным видом монах затем достал какой-то свиток и развернул его, опять пристроив свой зад на дереве. На свитке было накарябано некое подобие карты Лейлона с окрестностями, вероятно нарисованное самим Чандо. Единственное, что смогли разобрать наемники была надпись "ХАлмы", в которую часто тыкал пальцем Чандо, обьясняя свой план. Однако сам он, по всей видимости, отлично разбирался в нарисованном на свитке и изложил им свой план действий от начала и до конца.
План состоял в следующем...
Из тех умазаключений, которые крутились в голове Чандо всю ночь, и были, как ему казалось, очень и очень мудрыми, следовало, что "банда синеухих чернокнижников" обязательно ринется в сторону холмов, чтобы дальше творить свои бесчинства. Там их встретит парочка из Груррка и Развара и замедлит их продвижение, если не перебьет их всех. В это время Чандо подойдет сзади и неожиданностью возьмет противника. Для какого-нибудь коммандующего-стратега план в своих деталях был просто нелеп, из-за чего Вик, все еще собиравший вещи, тихонько хихикал. Но жестикуляция Чандо и его полное решимости выражение лица а также острые зубы его голодного медведя, стоявшего неподалеку, и обещанные горы золота убедили наемников в истинной мудрости Чандо и том, что не надо ему противоречить. Поэтому они все время, пока монах излагал план стояли и одобрительно кивали головами, изредка перешептываясь.
Когда Чандо закончил, он еще раз осмотрел всех присутсвующих. Вик уже ушел, о его недавнем присутсвии напоминали только свитки в полах у Чандо и тугой кошель с деньгами, который прямо перед уходом Вика свистнул у него самый вороватый в отряде наемник. Но Чандо это неудовлетворило, он нахмурился.
- А где этот...(он подбирал слова)...с кобылой?- он поднял бровь на одном глазу и вопросительно уставился на того бывалого бойца-наемника, как будто зная, что тот виновен в исчезновении Максемиуса.
Тот был все ще тронут проникновенной речью Чандо и выложил все начистоту. Он ослушался приказа не выставлять часовых, боясь за свою шкуру, и, сговорившись с другими, отправил в дозор самого юного из отряда - колдуна Максемиуса. Колдун, по его мнению, лучше других должен был стоять на стороже. Сам же Максемиус хотел побыть один, поэтому не превратил в жабу этого детину, а покорно пошел выполнять свою "обзанность".
Через минуту детина с синяком под глазом от кулака Чандо бежал к тому месту, где он последний раз видел Максемиуса, чтобы сообщить тому о приказе снятся со стоянки и отправится в путь.
// Небольшое добавление.

Еще через пару минут Максемиус верхом на своем скакуне приблизился к отряду. Всё уже было собрано, все уже стояли с изрядно опустошенными относительно начала похода сумками за плечами.
-А где Норкит?- удивился Чандо, он стоял впереди всех и рвался поскорее уйти в погоню, перспектива поиска еще одного члена отряда была ему противна, - я же посылал его за тобой?
-А...этот невежа. Он...предпочел болото нашему обществу, - какой-то недобрый огонек пробежал в глазах колдуна, но лицо осталось спокойным.
Чандо пожал плечами и проворчал что-то почти шепотом. Ему не хотелось также оставлять хорошего война, но и медлить больше было нельзя. К тому же он вспомнил, что Норкит ел больше всех, больше даже, чем сам Чандо, что полностью его убедило в том, что поиски начинать не стоит.
-Ну, потопали, - он махнул рукой, и отряд двинулся. Максемиус ехал чуть поодаль, наверное потому, что наемники старались избегать его и шли рядом с Чандо. Они то знали об отнюдь не товарищеских взаимоотношениях Норкита и Максемиуса, прекрасно понимали, что значили сова колдуна и боялись провести остаток своей жизни квакая на болоте.

//По желанию Максемиуса моменты с его участием могут быть изменены.
"... тихое шуршание опавшей листвы выдало его с головой. Хорошо что вовремя успел спрятаться. Огромный медведь неторопливо вышел из-за бугра. Его перекошенная злобой морда не предвещала ничего хорошего. Кто-то или что-то его вывело из себя. Через несколько мгновений все встало на свои места. Медведь хромал на правую переднюю лапу. Она оказалась сильно поврежденной, как будто он вырывал ее из капкана. Я мысленно тянусь к нему и чувствую всепоглощающую ауру боли, муки и злобы на охотников. Пробиться через эту ауру крайне сложно, но мне удается. И я начинаю успокаивать животное. Постепенно злоба затухает в этом могучем звере и я не без опаски выхожу к нему. Продолжая мысленно успокаивать я завожу с ним разговор:
- Кто ж это тебя так? Кто посмел?
Ответом становится яркий образ закутанного в шкуры огромного полу-орка, ставящий капкан на медвежей тропе. Следом этот же полуорк лежит с разорванным горлом и оторванной рукой...
Я осторожно приближаюсь к медведю и кладу свою руку ему на голову.
- Давай посмотрю, что там с твоей лапой.
Медведь недоверчиво смотрит на меня, но все-таки садится и дает осмотреть лапу. Уф, вроде ничего страшного, обыкновенный вывих. Это мы мигом... Рывок... Медведь пронзительно взревывает и на какое-то мгновение приступ острой боли парализует его, но вот боль начинает стихать. Постепенно она исчезает совсем. Медведь благодарно тычется мордой в плечо, разворачивается и уходит в чащу..."
Друид почувствовал как кто-то осторожно трясет его за плечо. Он открыл глаза и увидел бездонные глаза тифлинга, наполненные горечью и болью. Почти как у того медведя, которого ему как то раз удалось вылечить. Только там боль была физическая, а здесь явные муки души. Корн сел, и что-то в кармане штанов впилось ему в ногу. Нервно засунув руку в карман, он извлек на свет кольцо Сайруса, которое тот просил передать Ллейтиан, а он в суматохе так этого и не сделал.
- Ллей, тут для тебя колечко есть. Оно хоть и не взрачно на вид, но магия переполняет его. Меня просили передать его тебе, только не спрашивай кто. Все равно не отвечу. Быть может это кольцо еще спасет тебе жизнь в этом не спокойном мире.
С этими словами, друид вложил кольцо в руку девушки, обратив внимание на то, как поспешно та отдернула руку.
- Что с тобой произошло тут? Впрочем, можешь не говорить. У тебя опять душа разрывается... Это и так хорошо видно. Постарайся справится с этим. Скоро нам потребуется много сил. И душевных и физических...
Наступила ночь. Небо наполнилось причудливыми узорами созвездий. Неполная луна отбрасывала свой блеклый свет на лагерь Чандо. Ее призрачное свечение падало и на лицо Максемиуса и на его верного скакуна, которые расположились на самом краю лагеря. Но падший не замечал ни луны, ни звезд, ни прихода царствия ночи. Его мысли были за пределами лагеря, со странной партией. Падший паладин пытался найти причины, которые могли связывать столь несовместимых на первый взгляд путешественников. Что движет ими? Куда они стремятся? Какая цель может объединять столь разношерстную компанию? Правда ли, что эльф с друидом захвачены нечестивцами, или это всего лишь догадки? Такие вопросы вертелись в его голове, вытеснив боль собственного положения.

Поразмышляв еще некоторое время, падший провалился в сон. Вначале ему снилось его детство. Он видел своих учителей, их добрые понимающие лица, тренировки. Видел, как совершил свой первый благородный поступок – защитил маленького мальчика от хулиганов. Затем магия сна перенесла его в дом, ставший ближе отчего – в паладинский орден. Он видел своих братьев, видел яркие паладинские церемонии. И тут сочные, жизнерадостные сновидения резко сменились серым видом пещеры. Той самой пещеры. Где он потерял себя.

Он стоял у самого входа к гнезду своей жертвы и …убийцы – Вирма. Сзади вдруг появилась глухая стена. И ставший падшим, второй раз стоял на пороге этого ненавистного места, но теперь без возможности повернуть назад. В голове еще не успело возникнуть решение, как некая сила толкнула его в спину. Максемиус, потеряв равновесие, пролетел несколько футов вперед. И тут ему в нос ударил знакомый запах. Запах, который будил самые ужасные воспоминания и неотрывно преследовал его уже более двух лет – запах Вирмовой, а теперь и его, крови. Максемиус поднял голову. У дальней стены залы развалилось, разрубленное двуручником, тело Вирма. Его бывшим двуручником, поразившим дракона и человека. Тело конвульсивно сучило по полу лапами и крыльями, поднимая небольшие облачка пыли. Но шея Вирма, казалось, жила собственной жизнью. Она плавно двигалась в разные стороны. А вместо ненавистной драконьей головы, тонкая змеиная шея несла голову убитого им юноши. Лицо перечерчивала глубокая рубленая рана, в точности, как и того юноши, из которой резкими толчками вытекала пузырящаяся кровь. Она падала на каменный пол, смешиваясь с кровью из драконьего тела и превращаясь в горький бурый туман, погружая в себя воздух пещеры и укрывая ее содержимое.

Вдруг, существо заговорило. Голос слышался как будто от всей поверженной туши целиком. «Приветствую тебя, сошедший с пути!» - голова застыла, глаза уставились в глубь души падшего – «Я очень рад, что ты, наконец, можешь лицезреть меня! Ты знаешь кто я? Нет? Подойди ближе. Не бойся. Я тебе ничего не смогу сделать. Ты сделал меня собственными руками. Видишь этот меч в моем теле? Помнишь его?» - казалось, что существо читает ответы напрямую из разума паладина – «Да. Вот этим самым мечом ты создал меня. Вытащи его из моего тела. Вытащи, быстрее!» - не в силах сопротивляться команде существа падший сделал несколько шагов к нему и резким движением попытался вытащить свой бывший двуручник. Но меч не поддавался. Только тут паладин заметил, что кровь из тела дракона вытекает все медленнее и медленнее, а края разреза в драконьей плоти сближаются, обхватывая, таким образом, меч. «Да. Драконья плоть намного сильнее человечьей. Посмотри на меня» - снова раздался голос существа. Падший поднял глаза. Лицо существа целиком было покрыто багровой коркой. Глаз уже не было видно. – «Что же, уверен, теперь ты глянул истине в лицо, падший!» - усмехнулось существо. Пещера начала растворятся в цветном круговороте. Лишь в последнее мгновенье падший разглядел под засыхающей коркой, что голова у существа уже не убитого юноши, а его собственная.

Сон Максемиуса резко оборвался. Он по-прежнему находился на краю лагеря Чандо. Его окрикивал один из наемников. Падший попытался вникнуть в суть сказанного. Но голова лишь отдавала болезненным эхом. Был уже день. И, похоже, лагерь снимался, для продолжения пути. Максемиус попытался встать. В глазах мелькнули разноцветные круги. В голове отдало резкой пульсирующей болью. «Что со мной» - мелькнула мысль в тумане боли – «Я не смогу в таком состоянии двигаться с отрядом». Кто-то легонько тронул плечо. Что-то большое и влажное коснулось щеки. В сознание проникла мысль: «Выпей эликсир из седельной сумки и забирайся в седло, друг. Мы должны двигаться». Максемиус вытащил пузырек с эликсиром и отхлебнул одним большим глотком его содержимое. Все тело охватила волна теплоты, поднялась в голову, ударила жаром в лицо. Падший почувствовал себя значительно лучше. Медленно собрал свои пожитки. Осторожно залез в седло к Роланду. И они неторопливо тронулись с остальным лагерем.

…Уже вновь стали высыпать на небе звезды, а отряд Чандо продолжал преследование. Боль в голове утихла. Тело приобрело прежнюю подвижность. Но память о сне осталась прочной. Максемиус начинал понимать его смысл. И если видение было правдой, то значит, его попытки к искуплению ни к чему не приведут. Нет. Он не мог поверить в это. Пелор не мог оставить своего бывшего верного последователя. Или мог? Или на самом деле драконье уже настолько укрепилось в нем, что спасать что-либо уже бесполезно? Так ли неуязвима драконья сущность, как показало это виденье? Пожалуй, он сам не сможет ответить на эти вопросы. И тут нежданно:…ровный поток мыслей вышел из берегов…

Падший почувствовал ЕЕ. Он почувствовал свою кровь. Недалеко отсюда. Мысли стали разбегаться, оставляя внутри разума черный ком, который стремительно разрастался, сковывая волю. Из глубины разума послышался голос. Голос призывал к действию. Голос призывал к служению Пелору, но к служению путем убийства. «Я знаю, ты хочешь искупиться перед богом и людьми» - вещал он – «Уничтожь нечестивцев, и твои грехи будут искуплены. Убей их с именем Пелора в сердце и на устах, и Он простит тебя. Убей. Уничтожь» - шептал голос. Сопротивляться ему не было возможности. Это был тот же Голос, что и во сне – это был Голос второй его сущности.

-Максемиус, что с тобой? Я чувствую в тебе что-то иное. Это снова кровь? - спросил Роланд.
-Мне нужно попасть к холмам. Я должен убить их – прошептали губы падшего.
-Но…ты не можешь,…они могут быть невиновны
-Замолчи глупое животное, и исполняй, что тебе сказано! – в глазах промелькнуло пламя.
-Слушаюсь, господин

Максемиус шествовал позади колонны, поэтому никто не заметил, как вначале его скакун замедлил шаг, затем свернул в сторону и помчался в сторону тракта. Он не знал этих мест. Но что-то древнее вело и направляло его. Подобный ветру Роланд промчался по тракту в сторону холмов.
Тифлинг поспешно отвела взгляд и глухо пробормотала:
- Да, конечно же. Ты как всегда прав друид, я справлюсь.
Рассеянно крутя на пальце кольцо, девушка отошла на десяток шагов в сторону холмов, не желая, чтобы остальные заметили то же, что и Ларден. Краем глаза она наблюдала за беспорядочными попытками друзей соорудить ужин и сборами в дорогу.

Внезапный крик мага привлек ее внимание и, обернувшись, она увидела, как несмотря на отчаянные усилия эльфа, Дзора начинает затягивать обратно в Астрал. В два прыжка преодолев расстояние, дансер обхватила тельце дракончика и резко потянула к себе, позволив Лун’До оборвать его связь с Планом. Отчаянные усилия девушки и мага привели к тому, что оба потеряли равновесие и повалились на землю. Приземлившись на вцепившегося в книгу эльфа, она не удержалась от того, чтобы стиснуть дракончика:
- Дзор, ящерица ты разноцветная! Вернулся таки!
Маг уперся пятками в землю и тянул, но размокшая земля поехала под ним, давая порталу сделать свое грязное дело.
Неожиданно подскочившая тифлинг дернула с такой силой, что маг не удержался и упал на спину, нечаянно прищемив хвост фамильяру закрывающимся порталом.

Когда тифлинг повалилась на него, с мага в очередной раз слетел обруч, и его глаза заслезились. От рези он закрыл их и попытался прикрыться чем-нибудь, но сковывашая движения Ллеитиан решила просто потискать дракончика, вместо того чтобы слезть.
Дракончик яростно залился ворчанием по поводу прищемленного хвоста, помятого крыла, стиснувшей его Ллеитиан, отсутствия мага и еще множеством жалоб и обвинений, он переходил от рычанья до жалобного писка и обратно. Но никто ничего не мог понять, потому что Дзор все еще мертвой хваткой держался за книгу.
//пост Максемиуса

Фигура одинокого всадника стремительно двигалась по тракту. Не доезжая до холмов, всадник спешился и свернул в лес, ведя скакуна под узцы. Углубившись на пару сотен футов, всадник остановился и приблизился лицом к своему скакуну.

- Подожди здесь! –приказал он, вламываясь своими мыслями в разум животного – Я один разберусь с этими … эээ … - падший не мог подобрать правильные слова - … Врагами! Пелора и моими! – в последней мысли чувствовалась непрекрытая фальш.
- Слушаюсь, мой господин. Но Пелор не учит убивать, даже врагов, в спину под покровом темноты и…. – скакун не успел договорить.
- Замолчи животное, я лучше тебя знаю волю моего Бога! – резкие мысли толчками врывались в мозг Роланда, но в них чувствовалась дрожь. Падший резко отстранился от скакуна и не оглядываясь быстро зашагал в лес по направлению к странной партии.

…На расстоянии нескольких сот футов от лагеря путешественников, Падший резко остановился. Он вновь услышал мысленное обращение – приказ Голоса. «Воззови к магии крови. Спрячь себя. Ты уже знаешь магическую формулу этого заклятья». Паладин стал нараспев читать слова, появляющиеся из глубин памяти. «Как я запомнил все это» - мелькнула мысль, но тут же исчезла под напором слов заклинания. Руки быстро совершали воронкообразные движения, как будто нагнетая воздух под броню. От фигуры падшего стало исходить несильное свечение, контуры тела под ним становились менее четкими, краски одеяния стали сливаться и приобретать сероватый оттенок. И через несколько мгновений фигура паладина исчезла вовсе. «Можешь теперь двигаться дальше. Ты невидим для обычного зрения». Различаемый только по оставляемым следам на земляном покрове леса падший двинулся дальше по направлению к лагерю.

Он остановился на краю травяных зарослей, разделяющих лагерь путешественников и бесконечные своды леса. Уроки преподанные учителями и орденом не прошли даром. Паладин в течении нескольких секунд оценил ситуацию. Да. Количественное преимущество было не в его пользу, но неожиданное нападение могло переломить исход сражения.

Маг-дроу явно был не в лучшей форме для боя. Руки демона стискивали маленького дракончика, ее лицо выражало восторг и она не ожидала нападения в данный момент. Лицо же эльфа несло радостно-мечтательное выражение, казалось, ничто не может нарушить плавное течение его мыслей. Только друид, казалось, к чему то прислушивался. Эх! Если бы знать наверняка – зачарован он или нет.

Медлить было больше нельзя. Дроу уже начал постепенно приходить в себя и пытался избавиться от навалившейся на него тяжести. «Убей нечестивцев! Освободи себя от греха!» - стукнуло ударом молота в голове. И падший, более не размышляя, ринулся из зарослей, показывая невиданную прыть. Пару десятков футов, отделявших его от дроу с демоном, он пронесся за несколько мгновений.

Падший занес меч для удара , готовясь отправить демона к его повелителю, и, мысленно намечая траекторию второго удара по дроу. Огромный паладинский меч начал свой смертельный путь со свистом рассекая воздух.
Тифлинг только собралась произнести очередную язвительную тираду, как до ее слуха донесся отчетливый шум шагов и бряцанье доспехов. Подняв глаза, она заметила колыхание ветвей и тут же инстинктивно вцепилась в мага, откатившись вместе с ним в сторону. Совсем рядом послышался свист стали, и тяжелый палаш врезался в землю в паре дюймов от ее головы. Не успевая добраться до оружия, девушка нанесла отчаянный удар ногой по лодыжке нападающего. Потерявший равновесие громила не удержался и упал на одно колено. Нападение произошло столь стремительно, что ей пришлось прошипеть оказавшемуся сверху магу:

- Слезай с меня, пока он не опомнился! – слова наполовину заглушил писк ошеломленного дракончика, и тут она заметила, как противник вскочил и приготовился к новой атаке…
И тут, нога падшего за что-то зацепилась и он, совершив несколько кульбитов по земле, растянулся рядом с друидом.
- Здравствуйте, почтеннейший! Какими судьбами вы оказались в нашем ауле? Да еще и с мечом в руке? Разве вам не говорили, что об эти железки можно пораниться?
Голос друида был мрачен и сух, с его рук уже готовилось сорваться смертоносное заклинание нацеленное на падшего, но Корн не спешил высвободить его силу. Ему было интересно узнать причины столь неординарного появления гостя. Появление падшего не стало такой уж большой неожиданностью для него. Он еще загодя почувствовал слабые эманации коня и постарался приготовиться к встрече. Так что, вовремя выброшенное заклинание, вызвавшее бурный рост лиан, оказалось как нельзя более кстати.
Маг ошарашенно смотрел в черные глаза тифлинга, не совсем понимая что же произошло, но все таки разжал книгу и слез.
Дракончик по-собачьи сполз с Ллеитиан все еще что-то попискивая, и так и не отпуская книгу. Лун''До подошел к фамильяру, поглядывая на незваного гостя.
- Ах ты ящерица - переросток. Отдай книгу. - Но дракончик лишь помотал головой, он явно не хотел с ней расстоваться, боясь что опять исчезнет.
- Давай говорю. А не то я вместе с ней тебя отошлю, - этот ход явно не прошел, Дзор знал что для мага книга - священная реликвия.
- Ах так? ну держись! - маг набросился на своего друга и стал его щекотать, а дракончик попытался взлететь. Но поврежденное крыло и тяжесть книги ему этого не дали.
В конце концов фамильяр не выдержал и разжал зубы, распищавшись, и маг легко вытащил книгу.
На книге явственно видны были глубокие отпечатки маленьких зубов.
- Посмотрите на него, чуть не отгрыз. Следующий раз я тебя посажу на диету из сосновых шишек.
Но взглянув на невозмутимое лицо друида, маг осекся.
- Ах да. Гость.
Он взял книгу, открыл ее где-то в середине и прошептал заклинание.
На поляне появился гарцующий конь. Он был бледной масти, с темно-черными волосами и подобием рожек на голове. В седельную сумку с обоих сторон были вставлены по резному посоху, каждый из которых источал слабое свечение.
Как только призматический конь встал на четыре копыта, его волосы стали блестеть всеми цветами радуги, а глаза горели ярко-красным огнем.
Маг подошел к коню, погладил по голове, задев рожки и что-то прошептав. Конь покорно стоял на месте, хотя демонический взор мог испугать кого угодно.
- Ну вот и славненько. Давно я тебя не видел. - Дроу подошел к сумке и достал оба посоха.
- Ну что. Рассказывай, уважаемый, чем мы тебе не угодили? Опять рыжебородый что-то задумал? - Лун''До скрестил посохи, то-ли для защиты, то-ли чтобы высвободить их магию
Тень наблюдала за суматохой в лагере вызваной пропажей неудачливого наемника тело которого покоилось в дыре под корнями дерева. Прислушавшись она выяснила что весь бардак творится вокруг какогото друя. Тот бесился и орал на остальных наемников поноша их по чем зря. Оказывается нехватало еще одного, Друй распекал остальных за разгильдяйство и грозился снизить оплату по окончании контракта.
Внезапно до нее донеслось легкий , почти на границе чувствительности, всплеск магии. Свежая кровь придавала на небольшое время некоторое усилиние возможностей. Побоявшись что слегка сумашедшая компания опять что то вытворяет. Превратившись в легкую дымку и понеслась сквозь лес в напрвлении команды.
Приблизившись на растояние которое не помешало бы принять активные действия но токже оставляющую место для маневра, она вызвала шар - как ни странно но все вроде было в порядке, все были на месте и вроде никуда не собирались. Потом до нее дошло что там на одного больше чем следовало. Новый посетитель ( :) ) лежал на земле опутаный ,толи лианами толи травой - не понять, и команда собравшись вокруг что то его распрашивала. Даже через шар что то не естественное чуствовалось в нем и к тому же к первому ощущению примешивалось что то вызывавшее неприязнь, и глубоко внутри ,при взгляде на него, зарождалась ярость и то кровавое безумие которое поджидало тех из бессмертных кто слишком долго не пробовал живой крови. Покопавшись в памяти вспоминая где и когда чуствовались подобные ощущения - в памяти всплыл эпизод когда один клер набрав толпу крестьян решил расправится с ним за небольшую резню в деревеньке. Тогда все ополчение там легло поголовно, но клер тогда попортил шкуру хорошо, правда и умирал он долго. Ощушение от пленника были похожими но какимито не правильными - вроде ручейка вместо реки- это наводило на размышления, и будило подспудную ярость которую удавалость контролировать только благодаря железному контролю над собой который не раз уже спасал его шкуру.
…Падший не понял, как оказался на земле. Только что он несся по направлению к демону с дроу. Вот уже лезвие его меча должно было оставить на земле только два бездыханных тела. Вот уже близко было искупление, как что-то небольшое, но твердое резко ударило его по лодыжке. Тяжесть меча несла его вперед. И чтобы сохранить равновесие, падший припал на одно колено, намереваясь резко с него отпружинить и продолжить свою сокрушительную атаку. Но тут его ногу обхватило нечто очень похожее на толстую, прочную веревку. И как будто сам Пелор сошел на землю, но покарать не врагов, а своего слугу. Свет, ослепляющий и одновременно очищающий, заполнил все пространство вокруг и внутри него. Паладин, не удержав равновесия, распластался на земле и прокатился вперед на несколько футов.

Черный ком взорвался фейерверком раздирающей боли в голове падшего. Первые
продирающиеся через нее мысли были о том, что он снова совершил непоправимое, в очередной раз, нарушив кодекс паладина. Он не хотел нападать на них и теперь по праву заслужил смерти! Что же, он встретит смерть подобающе своему ордену! Сквозь жуткий шум в ушах он услыхал голос, наполненный грозой весеннего неба. «Друид» - мелькнула догадка. Глаза ничего не видели, слов падший тоже не смог разобрать. Но паладину это и не требовались, чтобы почувствовать готовность друида ответить на любой его недружелюбный выпад.

«Почтеннейший хозяин лесов! Я пришел лишь узнать, как могло случиться, что Вы и любимый сын лесов – эльф, путешествуете в сопровождении столь…ммм…необычных спутников, не нужно ли вас освобождать от их темной и злой магии. Я напал на вас, но не мог этому противиться. Кровь звала меня. А теперь ей и мне придется поплатиться. Моя вина неизгладима. Я заслужил смерть, и с честью приму ее из ваших рук!»
-Хм, интересные у вас, однако, способы спасать мир от всеобщего зла! Ваши действия больше похожи на поведение юнца, только только научившегося махать мечом, но совершенно не умеющего думать и контролировать эмоции.
Л"Арден внимательно присмотрелся к человеку опутанному лианами. Человек представлял собой довольно жалкое зрелище, и где-то в глубине души у друида зашевелилась жалость к нему.
- Может быть вы все-таки спрячете свою железяку и расскажете нам о себе, прежде, чем мы дадим ответы на ваши вопросы. Поверьте, так будет лучше и для вас и для меня и моих спутников. Если мы удовлетворимся ответом, вам будет сохранена ваша никчемная жизнь. Если же нет - молитесь своим богам... Я очень не люблю когда на меня или моих друзей нападают подобным образом. И я очень не люблю лишать жизни кого-либо без особо веской на то причины. Так что, мы вас внимательно слушаем.
…По мере того, как падший слушал речь друида, его разум все сильнее наполнялся недоумением и изумлением. Как такие речи могли произнести уста многомудрого друида? Падший, по-прежнему ничего ни видя, сел на землю. Повернулся лицом в сторону, где по его предположению находился друид. Протер от грязи кольчугу, откинул бесполезный двуручник в сторону. Подобрав нужные слова и вздернув с достоинством подбородок, Максемиус начал произносить речь.

«Уважаемый друид, чьей мудрости могут позавидовать сами Боги! Верно, мой голос недостаточно громок и внятен, или демоны исказили смысл сказанных мною слов. Я не спасал мир от всеобщего зла! Даже объединившись, все ордены не могут покуситься на столь нелегкую миссию. Всем известно, что зло – неистребимо. А если оно вдруг полностью исчезнет, то наступит конец света». - уверенность и сила голоса падшего нарастала с каждым сказанным словом. Казалось, что он читает лекцию ученикам паладинов. -
«Я шел расспросить про Вас и эльфа, и освободить от злой магии, если это будет потребно. Так же мне были интересны причины, по-которым Ваши необычные спутники появились в нашем мире. Они живут не здесь, а если и появляются, то их умыслы обычно наполнены злобой к здешним обитателям. А мой священный долг - оберегать их.
Но случилось все иначе. Моя кровь…..» - голос стал тише, и в нем появились дрожащие нотки - «Драконья кровь…имеет власть над моей волей. Сопротивляться ее желаниям нет сил. Она приказала мне….убить вас». - голос падшего вновь стал набирать силу – «И я нарушил кодекс паладинов второй раз – напал на вас. Я не прошу у вас снисхождения ко мне. Если можете, то убейте меня быстро, это единственная моя просьба. Моя жизнь никчемна. Я сам повторю это сотни раз пред святым ликом Пелора!» - Максемиус повернулся на колени и закинул голову к небу. – «Видите, он вновь покарал меня. Вначале – проклятой кровью, теперь – своим божественным светом» - Падший вновь сел и повернул гордо вздернутую голову в направлении друида – «Но тем страннее слышать слова о никчемной жизни от друида, для которого жизнь Божьих тварей – это сам смысл существования! Я все сказал. » - Максемиус еще выше вскинул подбородок – «Да и не пристало добрым путникам вести разговоры с человеком в таком виде» - не удержался съязвить напоследок падший, и приготовился умирать...
- Ах, какая гордость, а сколько пафоса! – раздался тихий голос дансера, - Учитывая, что ты напал на нас, не дав возможности объяснится, это звучит, по крайней мере, глупо.
Она встала, и медленным движением отстегнув хлыст, подошла к противнику. Взяв одной рукой за подбородок, тифлинг заставила его смотреть себе в глаза, прижав острие кнута к щеке паладина.
- Или ты так спешишь умереть, «падший»? – ее слова прозвучали как плевок.
- Не вижу нужды объяснять это повторно, для коснувшейся тьмы! - резким кивком головы назад, падший вырвал подбородок из ее руки.

Секунду подумав, она покачала головой:
- Это было бы слишком просто. Ты ответишь на вопросы друида или твоя смерть будет настолько долгой и мучительной, что ты будешь завидовать душам в лапах Баатезу.
- Если так будет угодно моему Богу, то я с радостью соглашусь с его волей, – голос паладина был спокоен и ровен. Падший был прекрасно выучен умению борьбы со страхом.
Схватив его снова, она провела лезвием по щеке, так чтобы выступила кровь, и ухмыльнулась:
- Ты чувствуешь кровь? Еще немного и один из шипов пронзит щеку. Я даже могу быть настолько неосторожна, что…неправильно вытащу его из раны.
- Или, быть может, мне стоит перенести свои усилия…ниже? Быть может, ты даже уйдешь отсюда живым после всего, что я с тобой сделаю… Но вот мужчиной ты уже не будешь. Так что ты выберешь – отвечать друиду, который если и убьет тебя, то сделает это быстро и без мучений, или же ты выберешь меня?

- Меня веселят твои заигрывания со мной. Ты уже получила отказ. И менять своего решения я не намерен! - Паладин решил разозлить демона, чтобы она покончила с ним одним ударом.
- Неплохая попытка, вот только мимо, - тифлинг притворно вздохнула. Рука ее скользнула вниз и через мгновение падший почувствовал прикосновение стали пониже живота, - Ну что ж, приступим, пожалуй.
Она бросила через плечо:
- Да, заткните ему рот кто-нибудь. Нет нужды привлекать внимание его сообщников.
События в лагере разворачивались настолько интересно, что грех было не понаблюдать. Тифлинг судя по всему взялась выбить из паладина не только правду но и заодно продырявить его шкуру в парочке мест. Видать к рыцарям без страха и упрека она не питала особой любви и уважения , наверняка пересекалась с ними раньше и приятных воспоминаний это ей не добавляло. Устроившись по удобнее Тень продолжила смотреть спектакль....
Маг стоял и слушал, опустив посохи, как вдруг у него появилось опять это странное чувство - кто-то за ними подглядывает.
Такое положение дел Лун'До не устраивало и он поднял с земли книгу, прочитав тихонько в сторонке заклинание. Перед его глазами предстала странная картина - нечто размытое с хрустальным шаром. Причем предполагаемых наемников рыжебородого поблизости видно не было.
- "то-ли он остался один, а они пошли дальше, то-ли это вообще не из той области" - подумал маг. Присмотревшись, маг немного побледнел, а его волосы привстали - вампиров он давно не видел, и явно не желал с ними встречаться. А тут один из них, да еще и наблюдавший именно за их группой.
- не к добру это, не к добру. - прошептал он и достал все тот-же хрустальный камешек с фиолетовым свечением. Что-то метеоритом пронеслось мимо него, ударившись в землю и испустив последний оранжеватый свет.
- О, вот он! - маг тут-же осекся, боясь что его кто-то услышит, ведь он этот камень использовал в подлых целях.

В это время фиолетовый взмыл над головой мага и стал кружить, издавая фиолетовое свечение. Маг полностью исчез из шара Тени.
Лун'До не спеша подошел со спины к друиду и прошептал:
- Не оборачивайся, за нами следят! Заканчивай с этим, разговор есть. - И отошел в тень, где его скрыл все еще бегающий на четвереньках дракончик.
- Ой, прости, сейчас - Дроу достал из сумки какую-то коробочку и полил на крыло дракончика какой-то жидкостью.
Дзор зашевелил крыльями и легонько взлетел, выдав тираду из рыков.
- Ладно, ладно - все так-же приглушенно сказал маг - а сейчас слетай на разведку, - и он указал направление.
- Ллей, остановись! - громко сказал друид, опасаясь, что тифлинг в пылу горячки может сотворить непоправимое. - Он уже ответил на вопрос, который меня мучал. Я знаю что с ним произошло, и что произойдет в дальнейшем. Это паладин, вернее это бывший паладин. Похоже, что во время поединка с каким-то драконом, кровь дракона попала в рану и смешалась с его собственной. Теперь, он такое же несчастное создание как и ты. Ему нужна помощь с нашей стороны, и было бы глупо отказывать ему в этом.
Так же как и ты, он временами не может контролировать свой разум. И это его беда. Из-за этого он больше не святой воин. Не в наших силах изменить его кровь, но в наших силах обучить его справляться с ее силой и направлять ее в доброе русло.
- Итак, поскольку, сами того не зная, вы ответили на мой невысказанный вопрос, я отвечу на ваш. Почему мы вместе? Для меня не играет значения к какой расе принадлежит то или иное создание, какое у нее мировоззрение и какой у нее характер. С эльфами меня объединяет жажда знаний и приключений. А тифлинг - волей случая она оказалась в нашем мире и жаждет покинуть его. Вот мы и решили помочь ей в этом. Но чтобы попасть на внешние планы, данных нам знаний не хватает и мы, в поисках мудрости, решили наведаться в библиотеку Инниарва. Место, как вы сами понимаете, не безопасное. А тут еще и всякие нелюбители дроу и личные междуусобные распри... Нам не было нужды затевать ссоры в Лейлоне, но так получилось... И не наша в том вина. Как бывшего паладина, я тебя спрашиваю - разве мы причинили кому-то в Лейлоне зло? Разве мы убили или надругались над кем-то в этой, богом забытой, деревушке?
Друид сделал паузу и продолжил:
- Я не тороплю тебя с ответом, но в твоих же интересах не задерживать его. Мы можем помочь тебе. И теперь только от тебя зависит останешься ли ты с нами или нам придется отправить тебя в чертоги Пелора. Сейчас, ты представляешь большую опасность для мирного населения нежели мы. Выбирай!
Давая время на размышления, Л"Арден встал и отошел в сторону. Немного побродив, он как бы невзначай подошел к магу и тихим шепотом спросил:
- Что случилось, Лун"До? Тебе удалось что-нибудь выяснить?
Выслушав тираду друида, тифлинг вспыхнула:
- И это были все твои вопросы, Корн? Дерьмо Набассу, видать никто из вас не был на войне, раз вы настолько беспечны!
Повернувшись к паладину, она рыкнула, с трудом удерживая ярость:
- Хорошо, друид быть может закончил с тобой, но я - нет. И пока ты не ответишь на мой вопрос, все остается по-прежнему. Каковы планы Чандо и сколько человек он ведет за собой обещанием награды? Ответь на него и останешься жить.
Она помолчала, а затем улыбнулась краешком рта и продолжила:
- И быть может мы действительно сможем помочь тебе справиться с проклятием.
…Такого поворота событий Максемиус явно не ожидал. Вот еще только что он презрительно смотрел смерти в лицо и вдруг – к смерти приговорен и его друг! Роланд! Как же он мог забыть про него? Почему же он не заставил его скакать во весь опор в лагерь Чандо? Надеялся на легкую победу над демоном? Напрасно! Что же, Бог покарал его еще раз, теперь за глупость!

Теперь перед ним стоял выбор: либо его друг…нет , пожалуй, даже брат, либо толстый самоуверенный Чандо. Роланд стал ему самой близкой душой, единственной душой понимающей и любящей его. Он всегда был ему верен, всегда выслушивал и давал советы. А Чандо? Да, Чандо дал ему кров. Дал ему миссию для искупления грехов. Но падший не чувствовал в Чандо добра. Да и в случае рассказа о силах Чандо, монаху не могло от этой партии угрожать чего-либо серьезного, слишком не равны были силы. Да и рассказы Чандо о партии, как выяснилось, были не до конца правдивы…Максемиуса слегка бросило в дрожь и он кинул взгляд на «демона». Она здесь не для разрушения. «Демон» похожа на него самого, как он и предполагал. Друид подтвердил его догадки. И она всего лишь стремится домой.

- Прошу вас, ради святого лика Пелора, не убивайте Роланда, он ни в чем не повинен. Он лишь отговаривал меня от нападения на вас. Я расскажу вам все о Чандо, да простит меня Бог за очередное пригрешение! И прошу извинить меня..- голос стал тише – таинственную путницу ... за ошибку по отношению к ней. – Максемиус начал обстоятельный рассказ о расположении сил Чандо, о количестве его наемников, составе сил и … о засаде.
Дансер слушала, не перебивая, и лишь кивала, узнавая подробности. При словах падшего о засаде, она неопределенно махнула рукой, и он разобрал бормотание:
- Этих уже нет, неплохо.
Когда паладин закончил свой рассказ, она задумалась, а затем, почесав в затылке, протянула:
- Что же с тобой делать? Сам понимаешь, мы не можем отпустить тебя, не сейчас.
- Нельзя его отпускать, Корн слишком много сболтнул.. - сердито зыркнув на друида, сказал священник, - Придется его с собой тащить.

Падший ненадолго задумался. Его взгляд изучающе скользил по лицу тифлинга. Утонув в глубине ее глаз, он казалось, не мог вернуться из их бездны. Но, собравшись с мыслями и успокоившись, произнес:
- Я могу быть тебе….вам полезен. Мой меч может быть развернут против ваших врагов. Если вы поможете мне разобраться в себе.
Тифлинг минуту оценивающе разглядывала человека и на лице ее появилась слабая улыбка:
- Да, действительно, возможно оно того стоит. Я помогу тебе и надеюсь, остальные меня поддержат. Как тебя зовут, тебя и… - она оглянулась и указала в сторону коня, - И то чудесное животное, что так тебе дорого?
- Имею честь представиться, моя госпожа – Максемиус Келтер, отныне ваш покорный слуга – уста паладина тронула улыбка. Он отвесил церемонный поклон, но руку целовать не рискнул, опасаясь реакции тифлинга. – А моего друга и брата зовут просто Роланд. От второго имени он отказывается.
Выдержав паузу, падший задал ответный вопрос:
– Был бы крайне польщен узнать имена тех, с кем свела меня судьба.

Девушка внезапно смешалась и покраснела, явно непривычная к подобному обращению. В смущении спрятав за спину хлыст, как нечто лишнее, она пробормотала:
- Э-э мда. Зови меня Ллейтиан, этого достаточно. Как ты знаешь, я – тифлинг, частично человек и частично демон, - она подняла руку, предупреждая возможные неприятности, - Я не несу зло. Все, что мне нужно – найти способ вернуться в мой мир. Друида зовут Корн, как ты возможно уже понял, священника – Сайрус, а второго эльфа – Лун’До. Он также не тот, что ты мог представить, и в нем нет зла.
- Как вы уже знаете, я бывший паладин. Я ушел из ордена, когда почувствовал в себе … это … кровь дракона. Она звала меня в дорогу. И я еще согрешил. Я не мог далее оставаться в ордене с этим, – паладин не мог остановиться. Слова вырывались из него бурным потоком. Тифлинг была похожа на него. Он мог рассказать ей это.

Она похлопала падшего по плечу и кивнула на брошенный двуручник, и на скакуна:
- Нам нужно спешить Максемиус, и добраться до башни раньше, чем Чандо сможет перехватить нас. К счастью у нас есть…маг. Который как всегда чем-то занят...
Заметив отсутствие мага в шаре, и после поиска таки его не обнаружив до Тени дошло что она потеряла осторожность. "Что ж прийдется приготовить ему теплый прием" - подумал он и на бледном лице появилась ехидная ухмылочка. Прелесть ситуации в том что и старатся особо не надо. Оставив шар на месте он подозвал зомби , последний выглядел вполне нормально и за вампа вполне сойдет. Плащь был правда грязноват но в темноте это было не заметно. Нахлобучил ему капюшен на голову и велел сесть и смотреть в шар, потом полностью развоплотившись принялся ждать гостей. Последние не заставили себя долго ждать, правда не в лице мага как он ожидал. Это было что то небольшое и к тому невидимое, что впрочем ему не особо мешало поскольку зрение показывало ему жизненую силу. Поняв что поймать так просто не удастся , а на подготовку времени небыло, он решил хотяб как следует напугать - чтоб не повадно подглядывать было. Подкравшись к зависшему в густых ветках дракончику он принял форму спектра, эту его форму дракон засек моментально, аура страха и так окружающая призрака была сознательно усилена на максимум способностей. Сдавлено чирикнув дракончик с места взмыл свечей в воздух. Тем временем призрак матариализовался, погасил шар и отозвав зомби скрылся в лесу. Отойдя немного он вдруг хлопнул по лбу себя и произнес короткое заклинание, после чего с довольной улыбочкой заскользил дальше в поисках более надежного места для наблюдения.
Маг отошел в сторону от друида, когда тот высказывал тираду и начал какие-то приготовления.
Когда Корн к нему подошел, маг шепетом сказал чтобы тот остановился на месте и не ссмотрел в его сторону.
- Погоди, сейчас сам увидишь. Да не смотри ты на меня!
Что-то прошептав, Лун'До выудил из сумки хрустальный шар, диаметром около 10 сантиметров, с деревянной подставкой.
Маг раскрыл книгу, прошептал заклинание и шар потемнел. Через секунду на нем появилось излбражение.
- Иди сюда, только сделай вид что тут никого нет.
Когда друид подошел к Дроу, маг протянул шар Лардену.
- Смотри, только быстро. Я не хочу чтобы он узнал.
В шаре была видна странная сероватая фигура, которая стала увеличиваться. На ее ухмыляющемся лице явственно выступали два клыка, а кожа была бледна как у мертвеца.
Фигура смотрела в похожий шар, в котором еле различимы были фигуры кого-то похожего на тифлинга и незванного гостя.
Вдруг шар погас, а маг убрал его подальше.
- Эта нежить похуже личей будет. Он не только и не столько обладает магическими способностями, сколько неемоверно силен и почти неуязвим.
Маг стер с лица пот.
- Это вампир. Я только не пойму, то-ли рыжебородый теперь еще и с нежитью договорился, то-ли этот привел, - он указал на стоящего пленника - то-ли нами заинтересовались более значительные силы, чем нам бы хотелось.
В голосе мага явственно чувствовалась дрожь.

Как только клерик привел лошадь на поляну призматический конь, до этого отдыхавший в стороне, встал и, переливая гривой и хвостом всеми цветами радуги, подошел к Сайрусу.
Сначала он ткнулся ему лбом с маленькими рожками в плече, а когда тот шлепнул неизвестную коняку по крупу откровенно баднул в лоб.

//Примечание модератору: Ох надавать бы по чьим-то шаловливым ручкам. Для подобных замечаний есть оффтоп тут или на ВРГ.
Хватит тут уже злоупотреблять должностными полномочиями.
Практически взлетев наверх, тифлинг напряженно огляделась и прошептала:
- Мне не по себе. Что-то надвигается, что-то...непонятное. Не смогу объяснить, это просто предчувствие, но я привыкла доверять им.
… После разговора с тифлингом:

Падший стремительно подбежал к Роланду. Глубочайшее чувство вины перед своим другом разрывало сердце паладина на части. Тщательно осмотрев его и ласково похлопав он вступил с скакуном в диалог.

- Как ты, мой брат?
- Я цел, Максемиус. Сила крови разрастается в тебе, как я и предполагал.
- Прости меня, Роланд! Я был груб с тобой, и ты чуть не погиб из-за моей слабости.
- Ты не виновен в этом. Кровь звала тебя. Я знаю, что ты не можешь с ней совладать.
- Похоже, что мой единственный путь – понять ее цели и смириться, а может и стать с ней единым целым.
- Что же , раз он единственен - следуй по нему. Не сворачивай с него, и не бойся Пелора. Раз он не оставляет тебе выбора, значит, на то Его воля.
- Да будет так!

Не желая более задерживать своих новых друзей, Максемиус быстро подобрал меч, несколькими движениями очистил его от земли. И взвалив на Роланда часть груза партии , повел его под узцы вслед за друидом…
...Поднимаясь вверх, после заклинания Сайруса, Максемиус испытывал удивительные чувства. «Вот что значит, снять с себя земные оковы! Вот что значит, уподобиться дракону! Я почти лечу, и земля не властна надо мной» Перед его взором снова встали картины Вирмовой пещеры, и в носу опять заиграл запах драконьей крови. Боль разлуки с Роландом была очень сильна. Но, шагая чрез потоки воздуха, обдуваемый воздушными потоками, смотря на землю с высоты, и, паря над ней, разумом и сердцем падшего начали овладевать совсем другие чувства – чувства восторга и задорного веселого страха…
За поворотом горы мелькнула тень и юркнула за огромный валун, развалившийся на откосе нижнего яруса горы. Ллейтян прищурилась:
- Мы не одни, - процедила она сквозь зубы и резким движением руки высвободила рапиру из ножен. Ларден насторожился, увидев поведение девушки и, отбросив в сторону выпитый пузырек, потянулся к своему серпу. Пузырек упал на землю в нескольких футах от друида. Вместе с этим падением у последующим ударом об землю мир, казалось, замер. Не слышно было даже свиста ветра, воздух сотрясали только метоличные молитвы Сайруса.
Сайрус договорил заклятье и из земли вокруг священника начал струиться фиолетовый дымок, иногда и стал сгущаться в вихревое кольцо перед священником, едва он перестал совершать пассы руками и произнес последнее слово, голубой фонтан вырвался из земли и тающим облаком окутал Ллейтиан. Вокруг нее закружились кольца из магических знаков, хаотично вращась в разных направлениях. Постепенно свет символов померк, и руны почти растворились в воздухе, став прозрачными. Он не слышал слов Ллейтян. Она хотела поблагодарить жреца, но В это время за булыжник из-за поворота под пристальной слежкой Ллейтян проскользнула вторая тень. Девушка смогла различить человекообразное существо, которое было одето в обтягивающий черный костюм. Затем, неестественно медленно, черная как ночь рука показалась из-за края булыжника и оперлась на землю, вслед за ней, пригнувщись низко к земле вылезла продолговатая черная голова с несоразмерно большими глазами без зрачков. Тифлинг согнулась, вставая в боевую стойку. Взгляд Ллейтян, сперва обращенный на лапу, скользнул по краю камня встретил пустой взгляд существа. Несмотря на отсутсвие зрачков он показался девушке пристальным и внимательным, и в то же время пустым, абсолютно пустым, как будто затягивающим в себя окружающий мир. Ей вдруг стало непосебе, она отвела взгляд и зажмурила глаза.
Мир исчез, вокруг было темно и всплывший в мозгу образ двух пустых глаз сверлил её сознание, однако, физическая боль, казавшаяся неименуемой, все не подступала. Сквозь тьму донесся обрывок фразы Сайруса и разошелся эхом:" Что...слу...ось...ось...ось...Ллей..." Затем глаза исчезли, напряжение схлынуло, ожидаемая боль так и не пришла. "...тян.." - последний слог уже был явно слышен. Но уши Ллейтян привлек другой шум, похожий на поступь босых ног по голой земле. Шум шел не со стороны булыжника, а откуда сбоку, скорее сверху, а сбоку он отдавался в слоях земли.
Ллейтян открыла глаза, она стояла в той же позе, в какой была до того, как увидела глаза существа. Её вдруг осенило, что это бы не человек в обтягивающем костюме. Это было существо, с черной кожей, такой черной, что только пустота его безжизненных глаз могла сравниться. Прошло лишь мгновение после окочания заклятья Сайруса, который с обеспокоенным лицом следил за движениями девушки.
- Сайрус...дурак, к бою! Сверху, они сверху!- закричала Ллейтян, не заботясь о словах. Вся опастность, которой они подвергались в этот момент отчетливо предстала перед ней. И ей впервые стало невыносимо страшно за своих недавнообретенных друзей. Такой страх она испытывала впервые.
В этот же миг, как будто в потверждение слов Ллейтян на верхнем ярусе показалась бегущая в сторону жреца и тифлинга черная фигура. Сайрус повернулся на звук босых ног и разинул рот от неожиданности - существо, не добегая до края обрыва, сделало мощный толчок ногой и прыгнуло на эльфа, протянув свои тонкие пальцы. В полете тварь встретил меч Максемиуса, удар которого отбросил её назад, оставив длинный разрез. Паладин заслонил Сайруса и сделал второй замах, собираясь прикончить гуманоида, валявшегося на земле, но тот, не издав за все это время ни звука, дернулся в сторону - меч тяжело опустился рядом с ним.
Сайрус, не видя происходящего из-за спины Максемиуса, судорожно искал эфес рапиры. В это время с верхнего яруса соскочила еще один подобный гуманойд , легко миновав паладина, подскочила к эльфу и вцепилась ему своими холодными пальцами в шею мертвой хваткой. Оба упали на землю. По большим пустым глазам Сайрус узнал, что это были бодаки, о обилии которых рядом с башней он слышал давно. Он даже встречал нескольких из них в прошлом, поэтому отвернул лицо от искавших встречи с его взглядом глаз твари. Левой рукой пытаясь разжать пальцы бодака, правой Сайрус нащупал таки и схватил рукоять рапиры.
- Ллей! - промелькнуло у него в голове и губы хрипло повторили мысль.
Но внимание Ллей было устремлено на двух бодаков, что выскочили из-за камня и быстро бежали теперь по направлению к ней. Она стояла спиной к валявшемуся на земле Сайрусу и не могла обернуться - секунда отвлеченного внимания и она оказалась бы в цепких черных лапах.
Внизу, под горой, Ларден и Лун'До видели как еще три бодака приближались к их друзьям со стороны поворота горы, противоположного тому, рядом с которым был валун.


// Само собой что-то по мелочам может быть изменено, если хотите. Сайрус наколдовал спелл резист. Бодаки имеют 20\- резист к огню и кислоте и иммун к электричеству если что.
Подвергнувшись неожиданному нападению со стороны бодаков друид несколько мгновений пребывал в растерянности. Но оцепенение быстро прошло. Воздев руки к небу он завел странный речитатив обращенный к силам леса и жизни... Вокруг Корна закружились голубоватые искры. Их становилось все больше и больше. Они сплетались в причудливый узор и стали устремляться в вверх. Постепенно этот кружащий рой обратился в гигантский голубой столб вращающийся вокруг заклинателя. С последними словами заклятия, этот столб рухнул вниз и растекся огромным кругом, захватывая в себя друзей и бодаков. Приходя в себя после заклинания Ларден почувствовал, как на его коже стали затягиваться все царапины, полученые во время перехода. И тут... Воздух содрогнулся от воя бодаков, полного осознания неизбежности произошедшего...
"Вот оно!" мелькнуло в голове у Ллейтиан и в ту же секунду она рванулась вперед. Лезвие рапиры, усиленное инерцией ее тела, по самый эфес вонзилось в грудь ближайшего бодака, а хлыст, пропев смертельную песню, обвил шею второго. Дернув тварь к себе, дансер от всей души приложилась ногой по ее отвратительной морде, отправляя голову нежити в полет с холма. Два тела с глухим стуком упали к ее ногам.
…Нападение бодаков не застало падшего врасплох. Он был научен одновременно следить за всем полем боя и заметил, когда бодаки начали спрыгивать на них сверху…

…Когда же друид , вызовом силы жизни, высосал ее жалкое пародие из нежити, паладин подскочил к Сайрусу, сбил тяжелым пинком душащего, но уже пронзенного рапирой клерика бодака. Следущая его атака была направлена на первый раз избежавшую смерти тварь. Бодак явно опешил, и не торопился покидать место, куда он отпрыгнул после атаки Максемиуса. Диагональный удар тяжелого двуручника развалил тело нежити на две части, которые плавно осели на землю, показывая партии лишь пустое содержимое.

В паладине вдруг появилось неизведанное им чувство, некий азарт , называемый авантюристами - лихорадка боя. В мозгу возникли слова, образуя причудливый текст магического заклинания. Быстро прошептав их и сделав пассы руками, указывая поочередно на трех еще оставшихся в живых бодаков, с кончиков его пальцев сорвалось три небольших сгустка магической субстанции. Пролетев в направлении нежити, они врезались в их тела, оставляя на них выжженые следы.

Окинув беглым взглядом поле боя, падший заметил крадущегося к нему бодака. По изученным в ордене манускриптам о нежити, бывший паладин знал, про свойство этих тварей превращать в себе подобных взглядом. По-этому он старательно отводил глаза от взгляда твари. Дождавшись, чтобы она подползла на четвереньках к нему поближе, он нанес рубящий удар мечом сверху вниз, намереваясь поразить спину нежити. Но на доли секунды раньше этого тварь прыгнула сама, нанося верхними конечностями удар в грудь, и уходя с линии удара двуручника. Меч падшего ударил мимо, поднимая земляной фонтан. Паладин покачнулся, на его кольчуге появилиь неглубокие вмятины от удара нежити. Но ему хватило сил, чтобы изменить траекторию меча, и нанести удар по виску твари рукоятью двуручника. Не оправившись еще от своего прыжка, и получив рукоятью по виску, бодак по инерции пролетел за спину паладина. Падший развернулся одним коротким шагом по дуге, его меч сделал петлю и до земли бодак долетел уже разрубленный надвое.
// Когда произошел каст хила.
Троица бодаков, что резво бежала к месту схватки отпрянула с такой же скоростью на несколько шагов назад. Вслед за воем они издали шипение, закрыв голову лапами и с отвращением отвернувшись.
//Когда столб рассеялся.
Источник невыносимой для бодаков энергии иссяк. Один из них встал на четыре конечности и медленно и осторожно стал таким образом идти по направлению к паладину, выискивая своими пустыми глазами встречи с взглядом того.
Двое других, находившиеся довольно близко к группе в момент сотворения заклятья, но не быв затронутыми, словно почувствовали источник столба энергии и, спрыгнув вниз, подгоняемые своей ненавистью к жизни ринулись в сторону Лардена, не спуская с него взгляда.
Маг вышел с поляны через некоторое время довольно ухмыляясь. Оставленные сюрпризы были расчитаны как на рыжебородого, так и на вампира.
Оставив какие-то знаки на земле для фамильяра, Лун'До отправился по отчетливам следам призматического коня, попутно накладывая на себя все защиты, что мог вспомнить - ведь путешествие в одиночку може обернуться неприятными последствиями.
Дойдя до места, гда остались конь падшего и призматическая коняка, маг остановился и стал ждать фамильяра.

Дзор был напуган настолько, что летел куда глаза глядят. Он не замечал куда, в каком направлении и сколько времени.
Успокоился только когда взлетел на высоту полета горного Орлана - огромной и сильной птицы.
Оглядевшись по сторонам он на всякий случай еще раз накинул на себя нивидимость и полетел потихоньку вниз, к месту, как он предполагал, была поляна, на которой компанию догнал Максемиус.

*/
Сай, тогда уж добавь что они имеют DR 15/silver, и ваше оружие их почти не тронуло.
Тут выбирай, либо по 3ей редакции (DR 15/silver, fire 20/-, acid 20/-, elec immune)
или по 3.5 (DR 10/iron (cold), fire 10/-, acid 10/-, elec immune, undead)
*/
- Береженого - лес бережет! - прошамкал друй и, тяжело переводя дыхание, еще не полностью восстановившийся после заклинания, стал деловито отделять серпом головы бодаков от их пустых тел.
Глянув вниз, тифлинг прошептала в темноту:
- Корн, ты в порядке? Помощь не требуется?
Присмотревшись, она заметила стоящего между лошадьми мага и недоуменно нахмурилась.
- Он видел все и ничего не сделал? - донеслось до паладина сдавленное бормотание.
Вопрос Ллейтиан застал друида за выковариванием зубов из безмозглых черепушек бодаков.
- А? Чего? Со мной все в порядке. Я тут это... зубы на ожерелье собираю, ну, или хотя бы на амулетики. Может поможешь. Я из них сделаю простенькую защиту от этой чертовой некроматии. Во! Гляди, что получается.
Корн нанизал один из зубов на шнурок и повесил его себе на шею. Тело друида окутало призрачное зеленоватое свечение, которое тут же растаяло без следа.
- Ооо-п-с! Без закрепления не держится. Ладно, разберусь на досуге, - и тихо добавил, укладывая добытые зубы в мешок, - если он когда-нибудь будет.
В руку Корна ткнулась морда Виргилиуса. Тело медведя содрогалось в приступе панического ужаса при виде бодаков.
- Ладно, я подымаюсь к Вам. Вири, ступай себе в лес. Если останусь жив, мы еще встретимся.
Отпустив мишку на волю, Л"Арден поднялся на вершину и остановился рядом с тифлингом.
Отойдя на достаточно далеко, вампир задумался, он точно знал что маг его засек, учитывая нелюбовь живых к его племени, тут его губы искривила бледная ухмылка. У Тени оставалось только сделать вывод, что к его вниманию отнеслись, мягко говоря, с недоверием. Высветив в сфере поляну, и никого там не обнаружив, Тень поискала куда все подевались. Вампир ненадолго задумался, что делать с зомби, практичная часть сознания не давала бросить его просто так. Не для этого столько сил было брошено на его откапывание и работу с ним.
- "Можно натравить его на преследующий ее "подопечных" отряд "борцов со злом" - наемников Чандо и самого бородача," - тут его губы искривила бледная ухмылка. Наколдовав на зомби парочку заклятий, Тень отправила его навстречу с толстопузому монаху с приказом убить как можно больше наемников и если повезет - самого монаха, дальнейшая судьба зомби его хозяина не интересовала.
- "Они не могли никуда кроме башни, " - во всяком случае, противный вариант казался маловероятным. Решив двинуться прямо к библиотеке, вампир исчез в воздухе, а небольшое облачко тумана благополучно достигло до предместий башни. Устроившись в укромном местечке на утесах он принялся ждать...

//когда команда взлетела на утес
....Ожидание было не напрасным. Путешественники явились как миленькие, с другой стороны их появление заметил не только он. Нежить, обладая особой чувствительностью к присутствию живых зашевелилась - это вампир ощущал это явственно.


//каст друя
....Заклинание исцеления заставило Тень поморщиться, как и все заклинания излечения, что были отвратны его природе. Применение таких мощных заклинаний могло взволновать нежить в башне. Новые хозяева не любили когда к ним вторгаются таким образом, впрочем нежить всегда была "рада" живым гостям и возможности перекусить. Внутри него разгоралось жажда крови, глаза на мгновенье полыхнули зеленью, но Тень подавила в себе вспышку жажды.
… Паладин расслышал фразу тифлинга. Он не мог еще отойти от горячки боя, но четкость разума постепенно возвращалась. Об произошедшем сражении напоминали , лишь слегка колышащиеся на ветру пустые останки бодаков и несильная боль в груди. Все друзья были целы. Но фраза Ллейтиан несколько смутила падшего. Помимо слов он услышал в ней переживание за друзей, досаду на мага и облегчение от прошедшей мимо угрозы. Паладин сделал несколько шагов к тифлингу и тихим голосом произнес: «Не переживайте, моя госпожа, мы пока еще все целы и не оставим друг друга пока бьются наши сердца»

…Падший еще раз обошел поле битвы, убеждаясь, что в телах бодаков больше не теплится их богомерзкая «жизнь». Разглядев, что делает друид, паладин пытался вспомнить, для чего могут пригодиться эти части тел нежити. Так и не найдя в своем разуме объяснения, паладин обратился к пришедшему в себя от удушения и колдования клерику.
- Уважаемый Сайрус, чей глас есть глас Бога, не могли бы вы объяснить мне предназначение зубов этих нечестивых тварей, тела которых мы только что оставили без жизни?
// Когда в партию влился паладин и они решили двигаться дальше.
//Этот кусок согласован с Сайрусом, как составителем конечного варианта.

Вдалеке, где-то рядом с основным трактом вдруг что-то вспыхнуло, затем до поляны докатился звук, напоминающий раскат грома. В небо тревожно взмыла стайка птиц. Вспышка не пропала, только слегка уменшилась в размерах и стала теперь похожа на зарево пожара. К небу потянулась тонкая струйка дыма, которая исходила, по всей видимости от мест, близких ко входу в пещеру кобольдов. В сердца всех на поляне закралась тревога. Первым нарушил молчание Сайрус:
- Кто-то похоже решил устроить кобольдам трепку, это в стиле Чандо. Пора бы нам поскорее отправится в путь. Я знаю короткую дорогу, идемте.

//Теперь немного о толстых монахах.

Переход был легким для Чандо. Он уже забыл сколько раз ходил по этому пути. Однако в этот раз это не было приятной прогулкой. Его отряд таял на глазах: сперва слабость Вика, теперь еще ему не без удовольствия доложили, что колдун с волшебной кобылой их покинули. Да и весь остальной сброд не выглядел таким уж надежным. Одному же принимать на себя целую армию кодунов дроу ему не хотелось, хотя это был бы геройский поступок по его мнению.
Чандо шел своим ровным широким шагом, остальным приходилось иногда переходить на бег, чтобы не отстать. Грозовая туча в его мыслях рассеялась после нескольких часов похода, в конце концов идти и о чем-то думать не было его привычкой. Заболоченный лес, где ночевал отряд, сменился не менее заболоченной дорогой, которая постепенно, по мере удаления от места стоянки становилась все более похожа на проходмую. Вскоре группа вышла на основной тракт, собрала свою растянутую цупочку построения воедино и двинулась дальше.
Стоял поздний вечер, когда Чадо наконец достиг холмов. Но его ждало разочарование. За исключением нескольких десятков мертвых орков и еще десятка живых, что разбежались при первом же негромком ударе грома от волшебной палочки Чандо, здесь не было никого. Ни Развара, ни Груррка, ни засады дроу. Даже те орки, что не успел убежать и то имели в своих карманах лишь пару медяков. Лица наемников из-за последнего факта приобрели довольно грустное выражение и на небольшом общем собрании было решено отдохнуть на уже подготовленном месте стоянки, которое осталось со времени пребывания здесь отряда в первый раз.
Чандо решил, что на сегодня планов и мыслей хватит, ведь еше с утра он надумался на неделю и это не было компенсированно хорошей дракой. Поэтому он свернул свой плащ как подушку, отодвинув подальше хвост с шипами, приказал Слэму сторожить свою походную сумку и заснул.
Он проснулся от озлобленного медвежьего рычания.
- Что там еще?- спросоня промямлил монах,- веди себя прилично, а то...а-а-а-мням-мням,-он зевнул,- а то выпорю.
Слова эти были сказаны больше по привычке, потому как Слэму Чандо доверял и правой рукой уже нащупал рукоять камы, спрятанной под шкурой. Левой он протер глаза и уставился ничего не понимающим взглядом на тех личностей, что потревожили покой его медведя.
Это были двое из наемников.
-Чандо, тебе надо взглянуть на это, там пожар! Мы уже битый час тебе пытаемся сказать, но твой медведь...-вспылил один из них, он явно был раздражен таким приемом. Второй же мило улыбался Слэму и делал ему знак руками, наподобие того, что показывают собаке, когда хотят отдать ей приказ "сидеть". Это выглядело довольно глупо, но в его положении - подмятым под медведя - было весьма кстати.
-Да, да, я сейча-а-а-мням,- монах опять зевнул,-идите, я догоню.
Когда Слэм отпустил посетителей и они покинули его, Чандо кряхтя встал, накинул на себя шкуру и, ворча что-то вроде "элем залились по уши, вот и мерещится", поднялся на вершину горы, Слэм послушно последовал за ним.
Поднявшись, Чандо увидел то, что мгновенно встряхнуло его от сна. Все наемники стояли и внимательно всматривались вдаль где пылало хоть и небольшое но зарево. "Сайрус, вот он где!"-словно молния вспыхнула мысль в его голове.
-Снимайтесь с лагеря, да поживей, ленивцы, нам предстоит бой!
- Надеюсь, у тебя не будет возможности доказать свои слова, - буркнула девушка, и паладин заметил мрачный огонь, разгорающийся в ее глазах, - Не бодаки меня встревожили, нет. Что-то приближается...

Она тоскливо вздохнула и повернулась к мрачной громаде башни. Темные окна, казалось, всматриваются в нарушителей тысячью глазниц. Окрестности были неестественно пустынны и лишь легкий ветерок гнал пыль и разрывал редкие клочья тумана, собирающиеся у подножия. Что бы ни ждало их здесь, оно явно не собиралось покидать башню.

- Мы так стремились сюда, - задумчиво прошептала она, - но будь моя воля, сейчас я бы с радостью оказалась подальше.
// После боя с бодаками, но до поста Ллейтиан по понятным причинам.

Лун'До, видя работу друида задумался о чем-то своем. Как вдруг его внимание привлекло близкое возмущение в сплетении. Он почувствовал сильную магическую ауру и попытался обнаружить её источник. Глаза мага обеспокоенно стали изучать окружающий мир и тут он увидел нечто странное: в башне, на вершине горы, даже не в самой башне, а на небольшом балкончике, что возвышался над землей на несколько десятков метров, стояла человеческая фигура, закутанная в какую-то рваную одежду. Можно было различить худые пальцы, вцепившиеся в поручень балкона, седую бороду, треплющуюся на ветру, но лица не было видно, скорее не было самого лица. Фигура стояла неподвижно, толи выжидая чего-то, толи изучая самого Лун'До, толи это вообще была качественная статуя в лохмотьях и с бородой - настолько неподвижно и мертво она выглядела.
Внимание мага отвлек писк Дзора - он обернулся, за его спиной о чем-то пищал фамилиар, но Лун'До не захотел слушать и вновь обратил свой взгляд на балкон. Фигуры уже не было, присутсвие ауры более не чувствовалось. "Померещилось... -, как бы спросил сам себя маг,-...или?". Он так и не решился дать окончательного ответа и обратился к своим делам.
- Так, тихо. Мне надо закончить с этими чертовыми амулетами. Я наконец-то нашел, чем можно закрепить заклинание.
Друид уселся на землю и стал что-то быстро нашептывать, попутно натирая зубы бодаков оторванным от стен башни мхом. И вот, зубы один за другим издали слабую зеленоватую вспышку и приняли свой первоначальный вид.
-Уф-ф, - вытирая пот со лба, тихо произнес Корн. - Все. Защита конечно не долгоиграющая, но часа на четыре хватит. Ну-ка, взяли по амулетику и повесили себе на шеи, если не хотите потерять свои головы. От меча там или огня оно конечно не спасет, но вот от всякой там некромантии будем защищены.
Он первым повесил себе на шею всеже изготовленный амулет, и его тело тут же охватило призрачное зеленоватое свечение.
- Ллей, я так чувствую, что тебе сейчас придется хуже всех. Ты будешь у нас на острие атаки, так сказать. Так что, дай-ка я тут немного руками повожу.
Л"Арден достал из котомки перо колибри, которое ему привез один добрый священник из своего путешествия на юг страны, и начал короткий обряд. Постепенно тело тифлинга окружил призрачный переливающийся ореол.
- Вот вроде и все. Теперь я буду знать с какой строны тебе грозит опасность, и смогу предупредить тебя, если будет возможность.
//Продолжение про монаха.

Сборы были быстрыми. Потребовалось всего несколько подзатылников, чтобы наемники упаковали свои спальные мешки и последние остатки еды. Вскоре отряд уже ускоренным шагом стремился к полыхающему учаcтку леса, в чём ему помогали пустые на две трети мешки и желание поскорее разобраться с бандой дроу и следующую ночь провести уже в теплой постели.
До кромки леса добрались быстро, но здесь случилось непредвиденное.
Чандо остановился посмотреть, не отстаёт ли кто, как вдруг за его спиной послышался треск ломающихся ветвей кустарника сопровождаемый озлобленным рычанием Слэм.
-Раз, привет!- радостно крикнул кто-то из наемников, но на него сразу зашикали.
Запах трупной гнили достиг носа Чандо и тот, поморщившись, обернулся. Из леса выхрамывало то, что недавно было Разваром, теперь же предсавляло собой не более, чем ходячий труп. Черные, когда-то ухоженные волосы его были растрепаны и на голове не доставало нескольких клоков, лицо обезображено гримасой ужаса и испачкано в грязи, одежда подрана в нескольких местах на плечах. Особенно большая дыра в ткани зияла на животе, вокруг неё уродливым рисунком была размазана запекшаяся кровь. Не шевеля губами бедняга издавал гортанный мычащий звук. По мере приближения к Чандо он всё дальше вытягвал левую руку. На месте правой была лишь бесполезно болтающаяся культяпка с выпирающей костью - остальная часть руки осталась висеть на кустарнике.
Все замолчали, лишь Слэм продолжал рычать.
Чандо сделал упреждающий знак медведю: "Не трожь эту падаль". Затем он достал из-за пояса одну из своих кам, в его руках она всполыхнула огнём. Затем так же молча он сдела шаг в направлении ходячего трупа и наотмашь нанёс режущий удар, от которого голова Развара отправилась в полёт на несколько футов. Затем, повалив обезглавленное тело ногой, монах вонзил в него лезвие меж рёбер. Огонь быстро распространился по брыкающимся останкам Развара и вскоре уже весь он был охвачен языками пламени. Чандо убрал каму, кто-то за его спиной прошептал молитву.
-Он был редкой сволочью, - его бас рассеял тишину, - но такого даже ему не пожелаешь. Эти дроу заплатят за свою чёрную магию, они заплатят мне за всё...
Он сплюнул и побрёл даьше в лес, остальные последовали за ним. Долго стоять и вдыхать вонь жжёного трупа им было в тягость.
// Теперь немного о пожаре в лесу.

Кондарру ( дуэргарскому магу, что "беседовал" с демоном-охотником ) не удалось собрать большое войско. Причиной этому послужило прибытие в леса Крипгардена нескольких сумасбродных магов, которые в отсутсвие его хорошенько попрактиковались в своём искусстве, испепелив, высушив, продырявив, наэлектризовав, утопив, разрубив и обобрав до нитки большую часть его сородичей, которые оставались сторожить пещеру в лесу. Они в это время жарили на костре, насадив на вертел, нескольких случайно забредших туда путников, чтобы затем отдать на сьедение тварям в лесу, которые в обмен не трогали гномов. Таким образом они жили в своебразном симбиозе уже много лет, благо путников хватало. Поэтому магам не составило труда подкрасться к дуэргарам с кучей вызванных элементалей и сделать то, зачем он пришли в лес.
Но Хозян даже не хотел слушать жалкий лепет Кондарра, и под угрозой вечных мук тот все же согласился с мыслью о необходимости немедленно выступать, взяв с собой как можно больше бойцов.
Демон, посланный Им не останавливаясь и не смыкая глаз продолжал вести гномов к цели. Они вышли из леса и прошли через кобольдские пещеры к основному тракту у болота. Путь был долгим, но без опастостей, даже живность пряталась в норах, когда пять десятков дуэргаров-бойцов с полным сопровождением из жрецов, Кондарром и железным демоном шагали по земле.
Разведчики кобольдов завидели их издалека и поэтому пещеры были пустынны, лишь мириады маленьких испуганных глаз высовывались из темных углов и следили за тенями, двигающимися по главным корридорам пещер, и множество острых ушей внимало бряцанию доспехов, страшась того, что этот звук вдруг направится к ним.
Кондарр отстал от колонны уже у самого выхода на болота. Старчески крякнув, он присел на камень и вытянул свои короткие ноги. Он не помнил сколько длился поход, да ему и не было дела. В этот момент он бы с радостью принял вечные муки, только бы не продолжать идти и наступать на мозоль на большом пальце правой ноги, которая измучала его до невозможности. Свой посох он положил рядом.
Магический посох этот был ему особенно дорог, поэтому он не взял его с собой в первый раз. Но теперь, после того как Кондарр видел на что способен враг, он пришел к мысли о том, что сила посоха не помешала бы ему. Да и в пути такая палка оказалась очень хорошим помощником, особенно если учитывать мозоль мага.
И вот, пока гном разминал ноги и пятый раз за день хопал по карманам в поисках целебной мази, которую он выронил еще утром, но не заметил этого. Пока маг занимался своими делами, из темноты за углом возникли два глаза-бусинки и послышалось сопение. Небольшого росточка кобольд с наглой мордочкой, медленно и тихо ступая каждый шаг, вышел из тьмы и подкрался к магу. Сделав резкое движение рукой, он схвати посох и был таков.
Маг встал, не заметив этого, зевнул, что-то проворчал и не глядя потянулся к месту, где пару секунд назад лежал посох, но нащупал там лишь холодный камень. Тут до его ушей донесся звук шлепков босых ног о пол пещеры.
В это время основная часть дуэргаров уже видела выход из пещеры. Внезапно сзади послышался дикий крик, в котором они узнали обыкновенное ругательство Кондарра, разве что
оно звучало громче, чем когда-либо. Гномы обернулись, передние ряды встали на цыпочки, чтобы увидеть происходящее: посередине пещеры, высунув язык, с икрустированным камнями посохом их мага в лапках бежал небольшой кобольд. Он изредка оглядывался назад и что-то гавкал. Сзади, забыв о мозолях, семеня короткими ножками бежал их предводитель. Он что-то бессвязно кричал и грозил кулаком кобольду.
Общее замешательство позволило кобольду проскользнуть мимо бойцов, задев шлем одного из них краем посоха, отчего у того долго еще потом звенело в ушах. Затем он проскочил между ног впереди идущего демона и выскочил из пещеры с победным визгом. Тяжело дыша, он оглянулся назад, погони не было. Кобольд вытер пот со лба и еще раз победно провизжал. Но не успел он полностью насладиться своей находкой, как вдруг его газа расширились от страха. В нескольких шагах от него из пустоты начал вырисовываться силуэт того старикашки, что бежал за ним. Он что-то говорил, поблёскивая глазами, на непонятном кобольду языке и держал кисти рук в форме сферы. Когда в этой импровизированной сфере начал формироваться огонёк, кобольд подскочил и побежал в лес, но было уже поздно - шар огня сорвался с рук Кондарра и нагнал воришку в метре от леса, разлетевшись при попадании снопом пламени и сильно громыхнув. Огонь попал на несколько деревьев, и, несмотря на то, что они были все ещё мокрыми после дождя, вмиг зажёг.
Через несколько мгновений из пещеры появились передние ряды дуэргаров. Их глазам предстал поглаживающий бороду и улыбающийся Кондарр, который подошёл к обуглившемуся трупу и подня свой посох, нисколько не пострадавший от огня. Но маг увидел нечто недоступное им: среди дымящихся останков кобольда что-то излучало магическую ауру. Кондарр заинтересованно разгрёб концом посоха останки и обнаружил также не пострадавший амулет незнакомой ему работы. Он поднял его, отряхнул, и внимательно стал разглядывать. // тут Сайрус вставляет описание своего потерянного амулета//
В это время в мозгу мага раздалось противное ему скрежетание:
- Туда. В лес. Они близко...Тёмная башня...Смерть. Скорее.
Гном чуть не уронил амулет от неожиданности приказа, но всё-таки смог удержать и положил его в карман. Думая, что слово "смерть" было адресовано ему он занервнича. Оглядевшись, гном увидел, как демон сворачивает куда-то в лес, остальные же его спутники стоят в нерешительности. Маг подозвал одного из жрецов:
- Фрарунг, иди по этой дороге, - он показал на широкий путь недалеко от леса, - возми с собой десяток войнов. Ты отрежешь все пути и будешь следить, чтобы никто не проше мимо тебя живым.
Жрец кивнул и, взвалив на плечо тяжелёлую булаву, скомандовал нескольким войнам построится на дороге.
-Если Ладугур будет благосклонен, то скоро мы будем дома,- сказал Кондарр уходящему жрецу вслед. Он скорее сказал это для своего успокоения, чем для ободрения товарищей. Затем он вздохнул, обернулся к лесу и, видя, что демон уже далеко, крикнул своим приказ о движении и угрюмо поплелся по грязи, опираясь на посох.
-Ну-с, кто пойдет вперед на разведку? - пробурчал друид.
//стоя у подножия башни
Бывшему паладину приходилось не раз встречаться на поле боя с нежитью. Но чтобы попасть в их обитель. Такого еще не случалось с ним ни разу. Он хорошо умел справляться с живым врагом. Знал его слабые места и страхи. И умел успешно пользоваться ими. Да и верховой бой был ему много ближе. Мчась на верном Роланде на ровный строй врагов, вонзая пику в их кажущиеся несокрушимыми шеренги, и создавая бреши в их рядах, в которые чуть позже ворвется тяжелая пехота – вот это бой, бой по всем канонам и правилам. А нежить? Без страха к смерти, без воли к победе, без чувств, да и без жизни как таковой, только с жалким ее подобием. Какие могут быть законы битвы с таким врагом? Разве что – бой без жалости, бой на полное уничтожение – единственное правило. Ну что же, значит без жалости. Он сможет постоять за друзей и себя, даже без Роланда, даже без помощи Бога.

//шагая по коридору башни.
Атмосфера башни давила на него. Казалось, что все ее бесконечные этажи своей тяжестью лежат на плечах падшего. Здесь была только нежить. Полное отсутствие жизни давило на душу падшего, пыталось сжать его сердце в один сплошной комок страха. Спертый воздух, пропитанный запахом разлагающейся плоти не давал вдохнуть даже половиной грудной клетки. Приходилось дышать быстро и судорожно, маленькими глотками давая своей крови спасительный воздух, и отодвигая липкие щупальца страха в глубь сознания.
//1. КОгда маг подошел к конякам - бой уже окончился, посему он никак не мог в нем участвовать.

Дроу нервно оглядывался, и не сразу заметил друида.

//2. Старык

Мысли мага ушли от реальности, множество раз прокручивая лицо этой то-ли статуи, то-ли человека.
Странное его появление и колебания в Плетении не давали ему покоя, и скорее из предосторожности, нежели из страха он пообещал себе не использовать магию в башне.
Проследив за подъемом друида Лун'До призвал воздушную элементаль и заставил ее поднять себя наверх. До башни он так и шел молчаливо, задумавшись над этим лицом и загадками, что лежат в башне.

//У входа.
Отозвав элементаль, маг огляделся. Когда все расхватали амулеты друида, Дроу в нерешительности взял один и исследовал.
В тайне от всех он достал серебренный порошек и протер им зуб, отчго тот засиял.
- Вот теперь лучше.
Как только амулет попал к нему на шею, вокруг него появилось не ожидаемое зеленоватое свечение, а лазурное поблескивание.

//Открывание
Маг с небольшой неохотой отдал кинжал Ассассина, нервно потискивая кольцо отпирания в кормане. Кинжал мог бы сойти и для более достойных дел, но использовать какой-либо артефакт он не хотел.

//Первая ловушка.
Просвистевшие дротики напомнили ему вход в сокровищницу дома, в Сшемате. А тот паук был каким-то нелепым дополнением.
Дзор схватил паука не задумываясь и скинул на землю, а Лун'До поднял его и засунул в пустую трубку для свитков, которая была тут-же накрепко завинчина и убрана в один из карманов.
- Не нравиться это мне. Так и до рассвета недоживем.
Недовольно поморщившись, маг с сарказтической элегантностью пропустил всех вперед, поглядев в глаза Максемиуса.
У Лун'До небыло времени рассмотреть или разобрасться с павшим с момента когда тот так невовремя гапал на них. Сначала Дзор, потом вампир. К моменту когда у мага появилось свободная минутка изучить Максемиуса, вдруг компания сорвалась с места.
Будучи Дроу по крови,маг предпочел ненадолго остаться и подготовить сюрприз для преследователей - будь то рыжебородый с наемниками или таинственный вампир-маг.
Послав своего коня за конем паладина, Дроу присмотрел пару самых гибких деревьев, и достал веревку.
Создав три петли, он нагнул деревья, приложив большие усилия, и сделал из них ловушки, как его учил эльф-рейнджер, из небольшого поселения в Мунвуде.

Когда работа была закончена, но призвал книгу и пролистал несколько страниц. Перечитав и закрыв спеллбук, маг достал пузырек с кровью и перо - начертив на деревьях вокруг поляны по руне. Теперь любая нежить, зашедшая на эту поляну была заперта на ней навеки, конечно если не прочитает эти руны в верном порядке.

Убрав опустевший пузырек, Лун'До извлек мешочек с драгоценными камнями - рубинами, опалами и алмазом.
Единственным их недостатком было отсутсвие какой либо огранки, поэтому они для мага не представляли никакого интереса.

Прикаснувшись к каждому (а всего их было 5), он произнес заклинание и рпзбросал по поляне, некоторые намеренно втаптывая на половину в грязь.
Последний - шестой, алмаз, Дроу положил в центр полянки и произнес заклинание, которое должно было вышибить дух из потревожевшего камень - цепную молнию.
Убедившись что кроме согнутых деревьев, ничего более не выглядело угрожающим, маг начертил три печати симметрично центра - Символ страха, Символ паралича и Символ слабоумия.

Оставшись довольным своей работой, он побежал по ярко-горящим следам своего коня, уже слыша жалобный писк, летевшего метрах в ста за ним фамильяра.

Вот с тех пор у него и небыло времени разобраться с паладином. Лун'До чуствовал в нем магию. Но не обычное знание законв, нет, скорее как нечто живущее внутри него. Подобные вещи он начал ощущать в своем брате - Кзенессе,еще в Сшемате. Но события во время "испытания" не дали возможности с ним поговорить. А после своего случайного путешествия по Абиссу, Лун'До Кзенесса более не видел.
Хотя маг никогда не разделял темных путей своего брата. Способность колдовать от рождения всегда его удивляла, но еще больше удивляла его любовь к мертвым и тайнам смерти.

Откинув воспоминания, маг еще раз осмотрелся и только сейчас заметил что Дзор негодующе просил его перестать гладить, так как это уже прератилось в сплошные мучения.
- Извени, - более не проронив не слова, маг переложил свой посох в другую руки и пожалел, что тот, что он захапал у бессознательного Фризззби он оставил в седле Призматического Коня.

Ловушка из дисков его ошарашила, но он не смог сдержать ухмылки, когда наюлюдал как Сайрус в своей консервной банке пытался прижаться к земле.
Друид бродил вокруг башни. Внезапно сильное чувство беспокойства заставило его вздрогнуть от неожиданности. Он как будто своими глазами увидел узкий мрачный коридор, едва заметные щели в стенах, скрывающее нечто очень опасное. "Ловушка! Смертельная ловушка! И она угрожает Ллейтиан!" - пронеслось в голове Корна. И хотя Л"Арден очень любил свежий воздух и природу, не раздумая и не медля ни секунды, он ринулся внутрь башни. Стремительно преодолевая растояние до своих друзей, Корн мучительно думал: - "Успею ли? Надо успеть... Там же мои друзья, быстрее..."
Когда друид догнал друзей, они как раз начали пролезать под ловушкой. Решив не отвлекать их, он молча последовал их примеру, и по пластунски, осторожно последовал в след за группой. Когда все миновали ловушку, Корн тихо сказал:
- Видно все-таки это судьба! Я должен оставаться с Вами и помочь в этом деле!
- Стойте, - повторил вслед за священником друид. - Тут что-то очень опасное. Не знаю что, но охранные чары на Ллейтиан уже встревожены. Возможно это какая-то хитрая ловушка, а может быть и сам хозяин пожаловал. Хотя нет, это еще не хозяин. Уж в его то случае заклинание дало бы более четкий рисунок.
Окрик друида ошарашил сконцентрировавшегося на слух мага, и он сам не заметил, как столкнулся с падшим.
Максемиус, уйдя весь в зрение и слух, не ожидал толчка и кубарем, под действием кирасы пролкатился метра 3, уволочя с собой Лун'До.
Что-то необычно-магическое пролетело у Дроу в голове, и он осмотрелся. Они сидели в середине какой-то руны, в центре коей был изумительной работы рубин. Посмотрев на него пристально, маг впал в ужас и крикнул
- Не трогайте камень, - его голос громогласным эхом прозвучал в стенах коридора, но было уже поздно.
Дракончик, с улыбкой заядлого клептомана выковорил рубин, высвободив тем самым всю мощь печати. Густой, ослепительно-белый туман окутал Лун'До, Максемиуса и Дзора.
Туман заползал в ноздри, не позволяя дышать. Он застилал глаза, ослепляя своей яркостью. Он заползал в уши, обрезая все звуки вокруг. Он касался кожи, и все ощущения пропадали. Через секунду не осталось ничего - ни пола, ни потолка, ни стен, ни звуков, ни запахов, ни осязаемых вещей.
Только густой белый ослепительный туман, который был везде. Ощущение пустоты и невесомости. Небыло слышно ни то что собственного дыхания - даже собственного сердцебиения.
Собственный крик заглушался пустотой. Лун'До и Максемиус звали. Звали кого-то. Звали себя. Звали друг-друга и своих богов. Но небыло абсолютно ничего.

Как только туман заволок мага и падшего, он тут-же рассеялся. Но на его месте небыло ни руны, ни камня, ни живой души.

А не в далеке, у подножья призматическая коняка терлась о коня паладина. Она явно выказывала знаки любви. Но резкое исчезновение мага отозвало на свой план... Когда дым рассеялся, лошади небыло. Конь то-же куда-то делся.

--------------------------------------------------------------
Через некоторое время маг почуствовал опору под ногами, потом еле слышный звук капель. Потом туман стал проходить...........

//Они были перенесены... читайте тему "пособие по путешествию, или два потерявшихся мага"
Откат мощнейшего заклинания ударил по сознанию Корна словно молот по наковальне. Сознание поплыло и в это время страшная боль пронзила грудь друида. Старое, изможденное сердце не выдержало напряжения последних дней и разорвалось на тысячу частей. Тело Л"Ардена медлено сползло по стене на пол...
Чернота перед глазами постепенно отступала. Тяжелые веки никак не хотели подниматься. Сделав очередное усилие, Корн с трудом открыл глаза и вслушиваясь в чье-то хриплое дыхание произнес:
- Кто тут? Что со мной? Как давит грудь...
И снова потерял сознание...
Сухенький скелетик в висящей на костях складками рваной мантии, немного напоминающий старичка, стоял между парой шкафов и сложив за спиной костлявые лапки наблюдал за гостями зелеными угольками светящихся глаз. Корн посмотрел на лича с такой неприязнью, что хозяин башни стал неврно теребить остатки своей редкой бороденки.
- Понимаю вас, хоть и не могу разделить ваших чувств, но будьте сдержанней, это в ваших же интересах. Когда-то я был такой же как вы, живой, молодой и глупый, - лич явно издевался. - Идемте за мной, - он уже было повернулся спиной и пошел, похрустывая костяшками суставов, как вдруг обернулся.
- Кстати ваша спутница сейчас ни о чем уже не беспокоится... - бросил он невзначай с безразличным тоном - ему явно доставляло удовольствие злить и играть на нервах.
- Осторожно, не пораньтесь, - проскрежетал лич, хоть и не видел уже как эльф схватился за рапиру. - Мое нынешнее состояние меня радует сейчас меньше вашего, - он вел друида и клирика мимо стеллажей библиотеки.
- Оо.. у нас есть для вас чудесное лекарство, злорадно ответил Корн, Сай дай ему живительной водички из синего пузыречка.
- Лучше сразу вылечить недуги, - ехидничал в ответ священник.
- Ваш язвительный юмор не может не восхитить, - парировал мертвец, - теперь понятно почему вы ей так нравитесь...
Троица неспешно миновала ряды книжных полок и прошла в отдаленный угол комнаты, возле стен стояли алхимические столики уставленный стеклянными трубками и причудливыми аппаратами, на некоторых горел волшебный огонь. На изодранном диванчике неподвижно сидела тифлинг с остекленевшим взглядом, смотря в пустоту перед собой.
- Кстати ваша история меня заинтересовала... Вы не против того что я все у нее узнал против ее воли? - лич опять измывался, видя как лицо клирика принимает злостное выражение он поспешил добавить: - Ну вы должны меня понять. У меня редко бывают гости, - казалось он грустит, - использую каждую возможность... И потом... вы же не можете причинить мне вред, ее разум в моих руках... - друид зарычал пострашнее своего медведя.
- Спокойно! Все можно исправить... - лич что-то стал шептать на неведомом языке и во взгляде девушки появилось живость. Ллейтиан удивленно озиралась вокруг и словно прислушивалась к своим ощущениям. С ней происходило что-то странное, движения ее были вялыми, в глазах была паника и испуг. Девушка прикрыла глаза и завалилась на спинку дивана, провалившись в сон. Непонимающие взгляды Л'Ардена и Сайруса обратились на лича.
- А я то тут причем? Сама выматывала свой разум борьбой с магией, - лич пожал плечами. И прошел к столику.
- При жизни я очень любил пить чай, вы не откажитесь? - он протянул костлявую лапку к колбе с мутной жидкостью. - Я в момент подогрею...
- Спасибо, не надо... - даже Корн опасался пить мутную жидкость из склянки. В это время клирик изучал состояние девушки, и повернувшись к друиду поспешил успокоить.
- С ней все в порядке, всего лишь измотана, - друид облегченно вздохнул, но продолжал бросать на лича подозрительные взгляды.
- А где же Максемиус и Лун'До? - клирик покосился на лича.
- Понятия не имею, да и какое мне дело до ваших товарищей? Они попали в расставленную не мной ловушку, та печать была установлена обучавшим меня волшебником. Он любил путешествовать, в том числе и по планам, и куда могла завести его печать можно гадать вечно... - лич пожал плечами и повернулся к столику со склянками. Продолжая деловито возиться с ними он бубнил не переставая себе под нос. Внезапно мертвец остановился, словно что-то вспомнил, и повернувшись с волшебным скипетром в руках указал костлявым пальцем на гостей.
- Итак, я знаю кто вы и зачем пришли, я могу вам это дать, - лич замялся, - но что вы предлежите взамен?
- Целебные напитки, и святую воду, - Корн снова глумился над старичком. - Что же стало с ними? - друид опечалился и загрустил.
- Кстати при... жизни, меня звали Биссимилус, я был талантливым учеником одного мага, только наклонности у меня были... – хозяин башни на секунду умолк, - наверно вы догадываетесь какие. И как видите преуспел в своих достижениях... - лич старался увести разговор от неприятной темы.
- Довольно, скажи что тебе надо, - священник нетерпеливо мерил шагами угол библиотеки.
- Скажем так, ваше появление мне приносит неприятности, и незваных гостей, избавьтесь от них для начала и я решу что с вас взять за содействие...
- Неужто Чандо собрал армию паладинов и сейчас на подступах к этой развалине? - теперь ехидничал эльф.
- Ошибаетесь... - Биссимилус довольно смотрел на непонимающего ничего священника, - на подходах вовсе не... не Чандо, - лич замялся и снова задергал свою жиденькую бородку. - Сюда двигается довольно большой отряд дуергаров, - он махнул рукой в сторону слабо светящейся кристальной сферы на столике рядом с алхимическим. Друид подошел ближе и присев на корточки стал вглядываться в сферу.
- Небось еще одна некромансерская приблуда, - Корн всем свои видом выражал недовольство и недоверие, прищурив глаза он стал различать картинку, она становилась все четче, дымок исчезал из сферы и округлившиеся глаза Л'Ардена увидели как по пологому склону холма башни спешно в цепочку бегут один за другим закованные в тяжелые латы дуергары. Рядом с вереницей пробегавших воинов неспешно семенил один карлик, опираясь на посох и прихрамывая. Маг отдавал какие-то распоряжения пробегавшим мимо воинам.
- Вот... - друид отшатнулся от сферы и ударился спиной о латы стоявшего за ним Сайруса.
- Дерьмо? - спросил клирик продолжая смотреть из-за спины Корна в сферу.
- Вы эту кашу заварили, вы их сюда притащили, вы и убирайте, - голос лича, будь он живым, давно бы сорвался на панический визг.
- Мы в ловушке... - с грустью пробормотал священник. Он подошел к кристаллу ближе и продолжал вглядываться в него...
- Хм... а вот и наш толстопуз... - клирик усмехнулся. Друид снова заглянул в сферу и увидел уже другую картинку. В кустах и замаскированные магией и листьями лежал монах со своей братией.
- Что-то его армия маловата... - Сайрус откровенно злорадствовал забыв о своей ситуации. - Наверно добрая половина его войска в штаны наложила не добежав до кустов... - в глазах эльфа был гадостный огонек.
- Какая у вас наблюдательность, я просто удивлен, особенно кругом ваших интересов, - не смог удержатся Биссимилус от комментариев, - быть может вы лучше подумаете над тем что будете делать? - лич продолжать сердито ворчать. - Меня вовсе не радует столь обильная толпа, вдобавок вовсе не хочу видеть в гостях нечто, что сопровождает этих гномов. Поэтому будьте благоразумны, побеспокойтесь о своей судьбе, это в ваших же интересах... - едкий скрипучий голос лича стих.
- Наверно лучше всего будет встретить их на лестнице, там всего пара сможет подходить одновременно, да уставшие они будут после подъема... - эльф задумчиво поскреб подбородок.
- Силы природы помогут нам, - от сердитого голоса Корна лич заерзал и стал метаться перед столиками со склянками.
- Отдохнуть нет времени, правда и дуергары уже не самые бодрые... - Сайрус повернулся к личу.
- Если вы можете отправить ее домой, то сделайте это, она нам сейчас ничем не поможет, лучше поспешить.
- Вы говорите так, как будто мы обречены на поражение, - лич сердито тряс бородой, - тоже мне священник... - хозяин башни недовольно хмыкнул. - Где твоя вера в бога, вера в то что он не покинет тебя в трудный час, вера что бог дарует тебе силы в трудный час? - мертвец не унимался и злобно шипел на клирика.
- Быть может бог уже даровал мне видение конца этой встречи? - эльф с удовлетворением смотрел на опешившего некроманта.
- И что же нас ждет? - голос лича был спокоен и вкрадчив.
- Для кого-то это конец... - Сайрус подмигнул Биссимилусу.
- Вот... дерьмо!!! - лич почти выщипал все остатки своей и без того реденькой бороды, Л'Арден еле сдерживал сдавленный хохот, но вдруг стал серьезнее.
- А что за нечто сопровождает дуергаров? Тот маг так силен? - поинтересовался друид.
- Нет, проблема вовсе не в маге, - некромант выглядел задумчивым, - их сопровождает демон, и нужна ему она, - лич указал костяным пальцем на крепко спавшую на диване девушку, его голос снова напоминал панический визг.
- Тогда если мы ее поскорее отправим, быть может и он сюда передумает идти? - священник спрашивал словно у стен.
- Может быть, - скептически ответил хозяин башни. - Я пока что поищу древний манускрипт, будем врага открывать... - лич на секунду замер. - Пойду быстренько найду то, что требуется для колдовства...
Лич было уже двинулся в шкафам, как вдруг его кости хрустнули, он замер в движении и обернувшись к живым недовольно проворчал: - Хм, похоже быстро не выйдет, - сгорбившись он медленно уже заковылял к пыльным полкам невнятно бормоча проклятия.
- Эээ, быть может мы поможем быстренько найти все что надо? - обратился неохотно Корн к Биссимилусу.
- Нет! - недовольно вопил скелет. - Вы мне тут бардак наведете такой, что я потом вечность буду все обратно расставлять по местам, - видя панические выражения лиц клирика и друида, лич разогнулся и сдавлено засмеялся, напоминая шипение змеи.
- Уж и пошутить нельзя, - резко похрустывая суставами и шаркая потертыми сапогами по каменному полу, Биссимилус затерялся среди стеллажей.
- А вы времени тоже не теряйте... - послышался ехидный ворчливый голос, показался один из охранников башни, остановившийся в молчаливом ожидании, и едва клирик сделал к нему шаг, как проклятый воин развернулся и пошел из библиотеки. Л''Арден и Сайрус поспешили следом. Проходя уже по знакомому залу они не встретили уже зомби, вся недовольная их присутствием нежить куда-то разбежалась. Корн недоверчиво оглядывался.
- Еще удумает чего, коварный тип, сюрпризов неприятных от него надеюсь не будет, - сказал тихо друид.
- Это ничего не меняет, - с грустью ответил клирик.
Приближаясь к лестнице они все отчетливее слышали шум, гулкое эхо доносило звуки царящей внизу сумятицы. Эльф закрыл глаза и прислушался. До его уха доносились визг коробившейся стали, скрежет по металлу, глухой звук рухнувшего на камень железа, непонятное чавканье и стук кованных сапог по камню, и все это почти перекрывали дикие крики боли, эльф словно увидел перед глазами картину в коридоре... часть тел дуергаров лежала на полу без голов, некоторые были без рук или ног, кто-то с ужасными ранами, пол коридора обильно заливала кровь, из тел раненых и убитых торчали зазубренные края острых дисков, волшебная сталь добиралась сквозь латы до тел карликов.
Клирик отрыл глаза и глухо пробормотал стоявшему рядом друиду.
- Хвала Олидоммару, наши преследователи угодили в смертельную ловушку...
Священник провел рукой в перчатке по лезвию клинка шепча слова молитвы, с пальцев срывались белые искры. Клинок стал светиться на миг ослепляющим белым светом. Сайрус не останавливался и продолжал бубнить слова молитв, из темноты зала в воздухе появлялись искры белого света, они начинали вихрем кружить вокруг жреца и с маленькими вспышками врезались в него, воздух кружился вихрем вокруг него, друид чувствовал как священника и его оружие пропитывали силы родственные божественным. Сквозь шум маленького урагана кружащего вокруг эльфа друид с трудом разбирал обрывки слов.
- ...Надели слугу своего силами, великий Олидаммар, не оставь клирика верного твоего в трудный час, наполни тело мое силами, вложи в клинок мой мощь божественную. Сокрой меня от взгляда врага, убереги от удара его оружия, во славу тебе будет этот бой, - слова священника потонули в шуме ветра. Корн лишь видел наполовину закрытые глаза друга, нахмуренный лоб, покрытый капельками пота, и двигающиеся губы.
С лестницы доносилась отборная ругань на дровише, тяжелое сопение и топот множества ног. Шум становился все ближе. Друид приложил руки ладонями к камню и стал шептать слова магии, пол задрожал, стены загудели, тряска становилась все сильнее и с полотка посыпалась каменная пыль, где-то упали мелкие камни, на лестнице творилось невообразимое. Ступени дрожали все сильнее с каждым словом друида, камень начинал вываливаться из кладки, послышались тяжелые удары камня от металл, ругань на лестнице стала обильнее и ядреней. Корн довольно улыбнулся.
- Иш сволота дуергарская, ругаются, не нравятся им дары природы, нехорошо... - Л'Арден не сдерживал глумливую радость, лицо почти светилось от радости...
- Я им сейчас еще гадостей наделаю... - Корн стал снова шептать слова магии, появившийся непонятно откуда рой мух с жужжанием густым потоком устремился вниз по лестнице. Усилившиеся вопли внизу необычайно сильно радовали друида.
- "Вот человек отрываться умеет..." - с легкой завистью подумал эльф глядя на улыбающегося Л'Ардена.
Между тем громкое сопение предупредило о первом посетителе. Показался первых воин врага, устало перебирая коротенькими ножками по ступенькам шел серый карлик, топор в его руке уже почти безвольно висел, он тяжело дышал и не переставал ругаться, заметив эльфа он взбодрился и резво побежал по оставшимся ступенькам. Заслоняясь щитом от удара топора священник успел скривиться от отвращения, глядя на избитую и искусанную мухами опухшую рожу дуергара расплющенных с кровоподтеками нос переходил плавно в обильно испачканные каменной пылью густые усы, улыбаясь от успех показать свежие дырки в зубах. Воин щурился от попавшей в глаза пыли и удар топора было легко отбить. Клирик сжал руку с рапирой в кулак и треснул по раздавленному носу, вопящий карлик потерял равновесие и шлепнувшись мешком покатился вниз по ступеням. На лестнице была свалка, вопли и ругань уже была направлена на весь эльфийский род. Сайрус вопросительно посмотрел на друида.
- Да, тоже неплохо, - пожевав губу ответил на взгляд жреца Корн.
Корн подпрыгнул на месте от испуга, когда из-за его спину неожидано тихо появился Биссимилус. Лич держал в зубах старую изгрызанную трубку. Друид злобно зарычал и замахнулся на некроманта серпом. Но тощий скелет неожиданно резко отпрыгнул и предостерегающе поднял костяные руки.
- Извиняюсь, привычки с молодости... - было непонятно что он имеет ввиду вынимая изо рта трубку - курение при жизни или манеру пугать людей. Он сложил руки на груди и указав изгрызанной трубкой поочередно на человека и эльфа спросил:
- НУ как дела у наших коротышек? - он подошел к лестнице шаркая потертымисапогами и посмотрел в темный провал, откуда доносились проклятия. - Все хорошо? - всем видом лич выражал желание услышать ответ "да".
- Пока все нормально, - ответил ему Л'Арден обергивая свою куртку и недовольно зыркая на хозяина башни.
- Вот и славно, но пожалуй я тоже хочу внести свою лепту... - лич снова закусил трубку размяв костлявые кисти стал бормотать слова залятия...
ядовито красный свет стал собираться в кровавую сферу между костяшек его пальцев, он как будто сматывал нитку в клубов, шепча все громче с каждым словом. Уверенный злорадный голос становился все громче и Биссимилус раскрыл торжествующе ладони, густой красный туман крутящейся вихрем струйкой потек в темноту уходящей вниз лестницы, он распадался облачком, едким густым дымом режущим глаза. Эльф отшатнулся в сторону и прикрыл глаза.

- Что это за дрянь?.. - обратился он некроманту, неполучив ответа он повернулся к лестнице.
Воняет как сотня дуергаров! - крикнул Сайрус в темноту. В ответ лишь донеслись проклятья. Спустя несколько секунд недовольные, чуть ли не плаксивые стоны и вопли понеслись сплошным потоком.

Послышалась возня, из едкого тумана показался заплаканный серый карлик, дуергар брел почти вслепую, злобно размахивая перед собой топором, и одной рукой тер слезившиеся глаза. Покрытая волдырями покрасневшая кожа изобранными клоками местами свисала с его бородатого лица. Клирик взмахнул рапирой и дуергар мешком свалился на пол, стараясь остановить текущую из раны на шее темную кровь.
В темном провале показалось еще полдюжины карликов, дико вопя и размахивая оружием они бежали по ступенькам вверх, толкаясь и мешая друг другу и бренча кольчугами. Эти были не лучше первого, их покрасневшие глаза горели невыразимой злобой. Удар цепа клирик меньше всего хотел получить, но видимо так хотела судьба. Тяжелый цеп врезался в щит эльфа, оставив существенную вмятину, эльф отшатнулся назад но с трудом сохранил равновесие. Рука гудела и стремительно немела. Друид в спешке подбирал слова заклятия когда дуергары вдруг замерли оторопело, словно прислушиваясь к чему-то, секунда замешательства и...
Удары двуручных клинков стражников лича застали серых карликов врасплох. Скрытых заклятием невидимости некроманта, их выдала только окружающая аура животного страха. Лязг железа смешался с криками боли и стонами. Пол одно за другим устилали тела карликов... Когда последний их них пал, проклятые воины остановились в выжидании, никто из них не шевелился, как молчаливые слуги они ждали приказа своего господина.
- Хорошо поработали ребята, - хозяин башни с хрустом тер друг о друга костяные ладони, он явно был доволен первым успехом...
Друид и священник сердито поглядывали на некроманта.
- Можно было бы с нами как-то действия согласовать! - как бы невзначай бросил клирик.
- Да, но тогда сюрприза бы не было, - гаденько хихикающий старичок радовался как ребенок.
- Не надо нам сюрпризов, особенно таких... - друид был возмущен не меньше Сайруса.
- А я обожаю делать сюрпризы, - ответил лич Корну и хихикая гаже прежнего.
Кондарр был все себя от злости, раздраженно оглядывая остатки своего стремительно тающего войска он спрашивал про себя Ладугура почему судьба шлет ему одну гадость за другой. Сначала на подступах к башне сколькие отродью унесли жизнь трех его воинов, потом в башне ядовитые дротики еще двоих... Вспоминая дьявольскую ловушку унесшую жизни дюжины его самых отважных воинов он вздрогнул. Это был какой-то кошмар.
- Это невозможно, так не должно быть, - бурчал маг под нос меряя шагами одну из комнатушек на первом этаже башни. В комнате стонали четверо раненых но оставшихся в живых карликов, трое уцелели столкнувшись с ловушкой.
- Как такое могло случиться? Проклятая башня! - Кондарр в сердцах хотел стукнуть посохом о пол, но попал палкой по большому пальцу, уже успевшему покрыться мозолью. Дикий вопль боли разорвал относительное затишье башни.
Волшебные ловушки маг легко нашел и обезвредил, предотвратив потери еще пары воинов, последний карлик мямля рассказывал об ужасах подстерегающих их впереди.
- Сначала все было нормально, но потом на головы посыпались камни, Гарлоду один упал прямо на нос, - карлик усмехнулся, - и мухи, какие-то кусающиеся мухи залезли под доспехи и истязали нас.
- Он пошел на разведку, - хрипел дуергар, - но потом свалился к нам на лестницу со сломанной шеей, мы разозлились и побежали вверх, чтобы разорвать свиней в клочья, но красный туман появился вокруг, ничего не было видно, он жег глаза и кожу, и убил всех мух что грызли нас... - голос карлика задрожал, он прикоснулся к своему лицу и взвыл.
- Я же приказывал вам сразу же вернуться как только что-то узнаете, - маг ударил посохом по ноге воина, тот закричал. Кондарр с отвращением смотрел на ужасное кровавое месиво на лице собрата.
- Нас не спасали даже шлемы, едкий туман просачивался через щели, изъедал все места на теле и... - дуергар умолк, было видно, что нечто с ним произошедшее сильно задело его самолюбие.
- Что было дальше? - орал Кондарр и в нетерпении снова ударил раненого воина.
- Мы побежали по лестнице вверх, я был последним, я слышал как все умерли, - карлик сглотнул и дрожащим голосом продолжил, - там был страшный человек и писклявый противный эльф, но с ними мы бы справились...
- Тогда почему вы не справились? - брызжа слюной от гнева, Кондарр снова ткнул посохом в рану на теле дуергара. Вопли им истязаемого воина слышали все оставшиеся в живых солдаты его отряда.
- Там была нежить, они напали на всех, появились из воздуха, с огромными мечами, а мы были слепы почти... Только я убежал, - увидев растущий гнев в глазах мага, карлик поспешил добавить, - чтобы обо всем вам рассказать.
- Ты только послушай... Вопят... - клирик обратился к друиду, Корн прислушался и через несколько минут донесся новый вопль.
- Видать что-то у них там происходит интересное, - Л'Арден задумался, - не к добру это...
- Вас должны волновать не карлики, а демон что с ними... – вмешался лич. Биссимилус выглядел обеспокоенным, но быстро перестал подавать признаки беспокойства.
- Даже очень интересное! - лич вдруг панически задергался и стал выщипать последние остатки несуществующей уже бороды. - Оно идет, сюда! - некромант вызвал из астрального плана волшебную книгу, древний том раскрылся перед ним, страницы быстро с шелестом переворачивались одна за другой, лич тер костлявым пальцем облезлый висок белого черепа.
- Проклятье, - в голосе лича проскальзывало волнение. - А... вот... - скелет ткнул острым когтем пальца в книгу и завыл проткнув страницу книги. - Да что же сегодня творится?! - мертвый волшебник орал, схватил книгу дрожащими руками он захлопнул ее страницы и с размаху ударил ею по морде ближайшего мертвого рыцаря.
- Так спокойно... Для паники нет причин. Нет причин, все хорошо... - хозяин башни старался успокоиться и снова открыл спеллбук, на этот раз медленно и осторожно переворачивая ветхие страницы книги. Корн и стоявший рядом клирик вели себя тихо, как нашкодившие дети, которых поймали родители.
- Хм, не подойдет... - лич перевернул очередную страничку и с видом профессора из академии деловито смотрел в книгу, словно вспомнив о чем-то, он достал из кармана изодранной мантии металлическую дужку на длинной цепочке в форме повернутой на бок восьмерки, с парой прозрачных стекляшек в ободках. Покрутив замысловатое приспособление в руках, он деловито нацепил его на высохший века назад нос. Светящиеся угольки в его глазницах стали больше и он что-то спокойно забубнил себе под нос водя пальцем по странице книги.
- Ну что там? - робко спросил священник когда Корн ткнул его локтем в бок и мотнул головой в сторону Биссимилуса. Некромант приподнял нос и перевел взгляд с книжки на священника.
- Вы что не видите что я занят? - вкрадчиво спросил он у мнущегося эльфа, или я должен бросить все к е... - тут он вдруг умолк и деловито пошлепал себя костяной ладошкой по тому месту, где когда-то были губы. – будьте любезны, не отвлекайте меня от очень важного для дела спасения наших... жизней... занятия, - лич снова чуть ли не уткнулся носом в книгу и продолжил бубнить себе под нос. Л'Арден пожал плечами и повернулся к священнику.
- Ну что делать будем? - шепотом спросил он у Сайруса.
- Я хотел бы бросить все это и смыться отсюда, да только вот отсюда одна дорога, - клирик замялся, - и Ллей, надо ей помочь, раз уж она решила уйти. Не можем же мы ее здесь оставить, бросить одну, в одиночестве, отдать ее врагу, - священник был мрачнее тучи. Он повернулся к лестнице, с которой стал снова доноситься шум. Красный туман рассеивался в воздухе, путь врага был чист.
- Корн! Сделай что-нибудь!
- Да-да. Я сейчас... - друид стал бормотать слова заклинания. - Сай отойди назад... - эльф отошел чуть назад и в темноте пригляделся, его не подводили глаза, из трещин камня и щелей пола пузырясь вытекала черная маслянистая жидкость, она скапливалась в скользкие лужи на полу прямо перед лестницей.
С лестницы выбежали первые карлики. Размахивая оружием, громко вопя матюки и болтая кривыми ножками в воздухе они продолжали движение вперед по инерции, прямо под разящие смертельные удары клинков стражи Биссимилуса. Еще три тела неподвижно легли на холодный пол зловещей башни. Сайрус резко взмахнул рапирой, и с тонкого лезвия слетели горящие волшебным огнем капли темной крови. Клинок снова был чист и зловеще мерцал в темноте. Следовавшие за первыми воинами карлики мигом сбавили темп и осторожно старались идти вперед по маслянистой луже. Ноги коротышек разъезжались в стороны и пара дергаров даже упала с шумом на пол, подняв испачканную черным жиром голову от пола они гневно вопили на своем языке.
- И что этих бестолочей гонит вперед? - друид обернулся на лича, тот продолжал деловито сопя читать свою книгу. Корн сжал зубы, удержавшись от едкого комментария и стал бормотать слова нового заклинания, закрыв глаза и растирая ладонями какой-то серый порошок. Воздух стал густеть, как будто в преддверии сильной грозы, он стал тяжелый, каждый вдох становился все труднее. Самый густой вихрь вился волчком вокруг фигуры самого друида, волосы Л'Ардена растрепались и метались в вихре, клирик на миг посмотрел на друида и в ужасе поспешил отвести взгляд, светящиеся зрачки человека были видны сквозь закрытые веки. Сайрус сам сощурил глаза до щелок когда кружащаяся в воздухе каменная пыль стала доставлять болезненные ощущения глазам.
Видимость стремительно падала. Серые карлики уже брели в пыльной почти непроглядной туче. Воздух стал закручиваться вокруг воинов маленькими ураганами, сапоги карликов покрывались камнем словно ледяной коркой, каменное крошево сыпалось с лат дуергаров и вновь взвивалось в густой воздух, оплетая их фигуры, каждая пылинка норовила забиться в щель поглубже. Камень постепенно нерушимой коркой покрывал фигуры карликов, превращая их в каменные изваяния. Тем кто из них гневно неразборчиво вопил в тот момент повезло меньше всего, продолжая орать и отплевываться они застывали в нелепых позах с выпученными глазами. Пузырящийся жир под ногами растекался темными ручьями по полу огромного зала, заливая все больше пол.
Вот он! - раздался за спиной панический вопль лича. Он схватил свою книгу обеими трясущимися руками и попятился к библиотеке.
Сквозь темную тучу в полутьме с трудом можно было различить размытую фигуру большого существа, она занимала почти весь дверной проем, рядом с его ногами, почти по колено исполину было еще одно размытое пятно. Клирик отступил на шаг назад когда пузырящийся маслянистый жир подступил к его ногам.
- Корн... - клирик что-то говорил друиду. Но слова тонули в шуме окружающего человека урагана. Тем не менее тот кивнул и перевел. Перестал шептать слова магии. Вихри воздуха перестали трепать его одежу и волосы, Сайрус бросил взгляд на Л'Ардена и заметил что тот порядком измотан.
- Давай, держись Корн... - эльф повернулся к лестнице. Две фигуры, гигант и казавшийся рядом с ним пигмеем Кондарр шли через тучу. Их ноги ступая по каменному полу почти не скользили на маслянистой пленке, густые вихри воздуха не могли остановить медленного, но верного движения вперед. Каменная крошка громадными кусками сваливалась с гиганта. Маленькую фигуру окружал не менее плотный, чем туча вихрь кружащегося воздуха. С каждым их шагом очертания их становились яснее. Высокий гигант, казалось, был без доспехов или одежды, или сам он весь был от головы до ног покрытым причудливой зашитой.
Поверхность его тела местами напоминала кости, обвитые жилками, идущими из глубины тела, местами она была монолитна и гладка словно латы воина. От него матово отражался свет, как от металла. Движения существа были плавны, ни лязга его одеяния, ни шелеста, ни единого звука. Причудливая рогатая голова, красные пылающие огни глаз, все выдавало в нем неземное происхождение.
- Слад что-ли?.. - клирик был в замешательстве.
- Демон это, - ответил из-за спины скрипучий голос лича, - а второй, - он умолк на мгновенье, - второй маг коротышка из породы серых карликов, - некромант нервно хихикнул...
Кондарр послушно семенил за демоном, злостно отряхивая мантию от осевшего песка он плевался песком, скрипевшем на зубах. Как не вовремя все было, он с досадой катал язык по рту и злился еще больше. Но теперь все было в порядке, плотный вихрь отгонял от него пыль кружащую в воздухе. Карлик протер снова зудящие покрасневшие глаза, его взгляд стал еще озлобленней. Сквозь тучу он видел ждущие впереди фигуры, да, это были они, его враги, ради одного из них его притащили сюда.
- Когда же это закончился, - сопя бормотал он под нос. Кондарр остановился прямо посреди кружащего вокруг ураганом серого облака, место было выбрано как нельзя удобнее, кружащее вокруг облако скрывало его от взгляда врага и позволяло ему наблюдать за всеми, подкрасться к нему было сложно. На маслянистую скользкую жидкость под ногами маг уже перестал обращать внимание. Натянутые на руки волшебные перчатки были слегка малы, но волшебник терпел не первое неудобство уже за последние дни. Сжав руки в кулаки он сложил их вместе и стал шептать слова магии, усилившийся ветер стал рвать его мантию. Но маг лишь крепче сжал одной рукой волшебный посох и с неохотой поставил в грязь бурлящую под ногами.
Молчаливый демон продолжал двигаться сквозь тучу вперед, его руки стали медленно менять форму, привычные магу когтистые лапы стали обрастать острыми лезвиями и шипами. Один удар кулака этого демона мог разорвать мага на множество мелких кусочков. Кондарр поспешно отвел глаза и сосредоточился на колдовстве. Зеленый шар сорвался с его рук и стремительно понесся к самой большой фигуре какую видел маг. Шар летел и стремительно увеличивался в размерах, он расширялся во все стороны и через секунду превратился в сжатый зеленоватый кулак.
Биссимилус что-то второпях бубнил, сидя на корточках подле одной из статуй и водя пальцем по странице в своей книжке.
- А вот и то, что нам надо, - он довольно отвернулся от книжки и стал бегло произносить слова заклятия. Его необычайно точные движения рук при совершении волшебных пассов, строгое соответствие слов движениям удивили бы любого волшебника, но в тот момент все внимание было приковано в фигуре, вышедшей из облака кружащейся пыли. Оба стражника башни как по безмолвной команде бросились на демона с занесенными для удара клинками. Из темной тучи от размытой фигуры вылетел зеленоватый шар, он быстро превратился в здоровенный зеленый кулак. Друид оторопело смотрел как этот кулак, как будто на зло скорчивший фигу врезался в одного из рыцарей охранников. Мертвеца отбросило назад, он отлетел быстрее выпущенного арбалетного болта и с треском врезался в одну из каменных статуй. Каменное крошево полетело во все стороны. Второй едва добежал до демона был разодран на куски руками демона. Его отдельный части лежали на полу и в нелепых попытках двигались стараясь завершить начатые движения.
Все словно медленно плыло перед глазами эльфа, он с ужасом смотрел как мертвец врезавшийся и расколовший каменную статую встал, и подобрав с пола свой двуручный меч вновь бросился в бой. Друид видя такое безобразие поспешил спрятаться за одну из статуй и оставить в поле зрения демона, в его голове созрел коварный план. Нудный голос лича в его голове в спешке бубнил, какое ему надо было начать колдовство. Корн с неохотой кивнул сидящему на корточках у другого ряда статуй мертвому волшебнику. И начал шептать слова магии, голос Корна становился все громче с каждым словом. Биссимилус совершил последний магический пасс костлявой ручкой и простер кулак в сторону незваного гостя.
Лич раскрыл кулак, с кончиков его костяных пальцев слетели голубые и фиолетовые искры, они собрались в маленькую переливающуюся светом сферу, стремительно летящую в демона. Существо недовольно зарычало при приближении волшебного пучка...
Кондарр сопел, колдовство вражеского волшебника он заметил слишком поздно, но не смотря ни на что, сразу же безошибочно определил направленное на демона заклятие и лишь усмехнулся, еще немного и все враги буду лежать замертво. Мага необычайно заинтересовали волшебные книги прятавшихся от него колдунов.
- Что это? - спросил дуергар сам себя, видя как отброшенный волшебным кулаком воин поднялся и снова ринулся в атаку.
- Мертвяк? - маг успокоился. - Ладно, черт с тобой, - его внимание переключилось на последнего вояку с огненным мечом в руках, приглядевшись он довольно хмыкнул: - Святоша... - Кондарр гадко хихикнул и стал шептать слова магии смерти...
Сайрус почувствовал, как маг-дуергар стал плести смертельное заклятие, рядом был только мертвый страж башни.
- Демоны тебя задери... - побледневший клирик в спешке дотронулся до амулета друида, до сих пор без дела болтавшегося на тонкой веревке на шее. Сине-зеленая пелена пронеслась перед глазами клирика. Казалось, в смазанном тумане видны лица умерших, кричащие призраки погибших в башне людей. Священник моргнул и видение пропало. Второй воин-страж лича разлетелся отдельными кусками в разные стороны. Металлический демон повернулся и тяжело переступая направился к эльфу. Из-за спины вылетел сверкающий сгусток магии, и столкнувшись с телом существа стал растекаться по его коже.. Сверкающее облако белых, голубых и фиолетовых искр окутало демона, огни растекались по его телу вызывая конвульсии, дрожь и гневное утробное рычание. Демон оглушительно выл, когда его тело истязала магия лича. Замахнувшийся для удара священник почувствовал холодное прикосновение ледяных пальцев смерти, холодный пот выступил на лбу. Тело скорчила болезненная судорога, амулет друида вспыхнул зеленым огнем и погас, ноги подкосились и эльф упал перед вздрагивающим в гневе демоном. Глаза стал застилать туман, в голове шумело, эльф с трудом оставался в сознании...
Что-то шло не так, Кондарр не понимал что. Священник вместо того чтобы упасть замертво, всего лишь безвольно рухнул на колени перед демоном. Маг довольно ждал, когда демон превратит очередного врага в кучу окровавленного мяса, миг и еще один враг будет мертв... Проследив взглядом к месту, откуда прилетел клубок магии, он с трудом заметил вражеского волшебника, тот жался к каменным изваяниям и прикидывался дохлой мышкой. Дуергар довольно потер руки и заметил что пыльная туча перестала виться вокруг него, каменные воины стали приходить в себя, покрывавшая их с ног до головы корка шумно трескалась, осколки напоминавшие черепки один за другим сыпались на каменный пол.
Друид прошептал последнее слово своего заклятия и сжал кулаки. В воздухе пронесся ветер, пахло цветами, лесом, таким какой в дали от городов. Стальной монстр занес кулак-кувалду чтобы сделать удар. И замер замахе, непонятные вопли исходили из самого его нутра, демон кричал в ужасе, от его крика невыносимо болела голова. Корн и Кондарр закрыли уши, Биссимилус пытался встать с колен, но кости разъезжались от тряски, вызванной непрекращающимся криком. Эльф попытался одной рукой закрыть ухо, но не смог оторвать ее от пола, из длинных ушей пошла кровь, сознание померкло и клирик без сознания распластался на полу...
Друид пополз к другу, сжав зубы стал оттаскивать бесчувственного клирика подножия дуба. Небольшое дерево тянуло свои мертвые ветки к потолку зала. Кондарр разинув рот смотрел на огромное бревно, на деревянных истуканов застывших в нелепых позах вокруг него и что-то мычавших. В голове дуергара словно было пусто, непонятный звон не позволял закончить ни одну мысль, поскользнувшись, карлик упал в черную грязь и приподняв седую голову тупо смотрел как не менее измученный его человек ползет к дереву. Маг тупо смотрел как жир, как тот растекаясь по полу добрался до горящего прутика в руках лежащего без сознания эльфа. Как черная смола вспыхнула, как взметнулось вверх горячее пламя, как оно охватило одеревеневшую статую существа, как огонь приближался к нему, как огонь охватывал одного за другим воинов дуергаров, превращая их в кричащие от нестерпимой боли живые факелы. Дуергар-маг смотрел сквозь языки пламени на стоявшего скалящегося лича, он смотрел прямо на Кондарра, и карлик вздрогнул от взгляда огоньков в глазницах некроманта и прошептав слова защитного заклинания пополз прочь, назад, к лестнице, к выходу, это было похоже на ад, он полз в горящем пламени, но не причинявшем ему вреда, он чувствовал как его защитные чары стремительно слабеют, и торопился, скрипя начинавшими обугливаться деревянными башмаками по камню...
...Друид и священник брели прочь от холма. За спиной возвышалась полуразрушенная башня, узких окошек уже третий день валил густой дым.
- Корн... Она ушла не попрощавшись, просто ускользнула...
- Ты сам знаешь что она могла сказать, быть может так лучше для нее? Там ее дом, она лишь хотела вернуться...
- Но она хотела и остаться!
- Тем не менее она ушла, значит это было ее желание, мы не в праве осуждать ее, это ее выбор. Может быть мы когда-нибудь еще увидим ее.
- Да ты прав, может быть.
Некоторое время они шли молча. Левая рука священника безвольно висела. Грязные и перепачканные сажей они вспоминали недовольные вопли лича при расставании.
- Корн...
- Чего тебе ушастый прохиндей? - друид повернул чумазое лицо к эльфу, впрочем его грязь и сажа в отличие от священника нисколько не смущали...
- Загляни в сумку, - Сайрус весело улыбался. Л'Арден открыл рюкзак болтающийся на боку Виргилиуса и увидел воров в спешке напиханных в сумку свитков и бумаг. Корн усмехнулся и закрыл сумку.
- Тебя твои привычки до добра не доведут... - эльф лишь усмехнулся в ответ.
- Была бы у тебя борода, я бы ее тебе оторвал. Что ты сделал с моими доспехами и мечом? Это просто ужас...
- Новые добудешь, с твоими привычками и вечно прущими все что плохо лежит руками это будет не сложно.
Они продолжали идти по лесу смеясь. В этот момент они походили на двух чумазых одетых в лохмотья бродяг.
- Куда ты теперь?
- В родные леса... А ты?
- В Лейлоне я теперь неважный гость, быть может с тобой? Боюсь что вороватого эльфа с привычкой поджигать все попало леса не примут...
- Хм, ладно тебе, я буду тихонько полоть морковку на грядках...
- Ага, выдергивать все подряд и подом сдавать оптом скупщикам краденного. Я боюсь что с тобой останусь без последней ложки скоро.
Друзья снова посмеялись.
- Сай, почту за честь принять тебя у себя в гостях, а тряпки дело наживное... - друид подмигнул клирику.
- Только со зверушками из лесу на деньги не поиграешь.
- Ничего, буду с ними на желуди и шишки играть, - Сайрус улыбнулся.
- Хорошо, - Корн добродушно улыбнулся.
В лесу пел соловей. Человек и эльф молча брели наслаждаясь пением птиц и чистым с ароматом утренних цветов воздухом.
Чудом выживший маг Конндар сумел добраться обратно до своего племени. там он поведал он необычайно подлости, трусости и коварстве наземных тварей. его рассказ произвел на дуергаров такое неизгладимое впечатление, что с тех пор они не уходят дальше леса охотников и злого леса от своей пещеры в лесу.

Друид Корн Ларден исчез в своих лесах и больше не показывался.
Крылатой ведьмой Ллейтиан будет еще долго пугать Чандо молодых и доверчивых монахов учеников...
Сам пузатый монах все еще продолжает опустошать пивные бочки бедного трактирщика "Орочьих клыков"
Сайрус пропал вместе с ним, в Лейлоне его запомнили как лживого и подлого бандита...
Судьба Лун'До и Максемиуса осталась тайной покрытой мраком...

еще одна маленькая история, маленькая страница истории нашего иллюзорного мира закончена, чернила высыхают под пером писца... и Талек 'Потерянная душа' спешит покинуть таверну порта Ласт с новой книжкой... Из-за столика где сидел бард встал и накинул капюшон на голову эльф, в темном свете таверны не различить его лица, но хорошо видна серая кожа его рук, они ушли к причалу дока чтобы уплыть в неведомые проходящим мимо жителям порта края...
Авторизуйтесь, чтобы принять участие в обсуждении.